Распечатать Read in English
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Наталья Стапран

К.и.н., директор Российского центра исследований АТЭС при РАНХиГС, доцент кафедры востоковедения МГИМО, эксперт РСМД

Подписанная 18 ноября 2015 г. декларация лидеров АТЭС ярко продемонстрировала смещение основного внимания участников форума в сторону проблем внутреннего экономического развития и качественного роста, положив конец пятилетке геополитических и экономических тяжеловесов. С 2010 по 2014 гг. в АТЭС по очереди председательствовали Япония, США, Россия, Индонезия и Китай – крупные глобальные игроки, чьи амбиции простирались далеко за пределы региона. Эти страны – участницы «Группы двадцати», что позволяло им увязывать работу АТЭС с вопросами глобальной экономической повестки.

Подписанная 18 ноября 2015 г. декларация лидеров АТЭС ярко продемонстрировала смещение основного внимания участников форума в сторону проблем внутреннего экономического развития и качественного роста, положив конец пятилетке геополитических и экономических тяжеловесов. С 2010 по 2014 гг. в АТЭС по очереди председательствовали Япония, США, Россия, Индонезия и Китай – крупные глобальные игроки, чьи амбиции простирались далеко за пределы региона. Эти страны – участницы «Группы двадцати», что позволяло им увязывать работу АТЭС с вопросами глобальной экономической повестки.

В 2015 г. председательство перешло к Филиппинам, одной из развивающихся экономик региона, для которой на первом месте стоит необходимость решения насущных внутренних проблем, среди которых борьба с бедностью и неравенством, нехватка продовольствия, низкий уровень образования, неразвитость внутренней инфраструктуры, которая страдает не только из-за нехватки инвестиций, но и регулярно принимает на себя удары природной стихии. Таким образом, «инклюзивность» и «устойчивость» стали ключевыми понятиями АТЭС-2015, а большая часть дискуссий и основные мероприятия проводились по вопросам структурных реформ и развития микро-, малого и среднего бизнеса, развития человеческого капитала и продовольственной безопасности, борьбы с чрезвычайными ситуациями и природными катастрофами.

«Инклюзивность» и «устойчивость» стали ключевыми понятиями АТЭС-2015.

Впервые о проблемах развития и качества экономического роста в АТЭС заговорили японцы еще в 2010 г. Именно они в рамках Стратегии роста АТЭС предложили рассмотреть несколько качественных характеристик экономического роста – сбалансированность, инклюзивность, устойчивость, инновационность, безопасность. В 2015 г. экономики попытались отчитаться о своих достижениях за пять лет, но задача оказалась весьма непростой, так как японская инициатива не предполагала никаких качественных индикаторов, по которым можно было бы провести сравнение. В 2015 г. такие индикаторы были предложены (Key Accountabily Areas) и были прописаны в отдельном приложении к декларации лидеров.

Для России тематика стимулирования экономического роста и устойчивого развития гораздо актуальнее и интереснее, чем интеграционная повестка АТЭС, в рамках которой Россия пока мало что может предложить и чем похвастаться. Созданный в 2015 г. Евразийский экономический союз партнеры по АТЭС никак не готовы рассматривать в контексте Азиатско-Тихоокеанского региона, и даже заключенное в мае 2015 г. соглашение о Зоне свободной торговли с Вьетнамом и проект сопряжения ЕАЭС и китайской инициативой экономического пояса Шелкового пути не позволили ЕАЭС быть упомянутым в декларации лидеров среди интеграционных достижений членов АТЭС 2015 года. В то же время, возможно, подобное демонстративное игнорирование ЕАЭС – это очередное проявление нарастающей политизированности современной интеграционной повестки. С уверенностью можно утверждать одно – поворот в сторону социально-экономических и гуманитарных вопросов в рамках АТЭС может стать весьма выигрышным для России, если своевременно и качественно включиться в работу. Именно в этой области России есть чем поделиться и даже помочь развивающемуся миру. При этом российские ответы на вопросы развития зачастую гораздо более гуманные, эффективные и учитывающие реальные потребности развивающихся стран, чем весьма меркантильные рецепты западных участников АТЭС.

Для России тематика стимулирования экономического роста и устойчивого развития гораздо актуальнее и интереснее, чем интеграционная повестка АТЭС, в рамках которой Россия пока мало что может предложить и чем похвастаться.

Особые возможности у России есть в области решения проблем продовольственной безопасности в регионе АТЭС. В отличие от развитых экономик АТЭС, которые рассматривают продовольственную безопасность прежде всего в контексте обеспечения устойчивой работы рынков продовольствия, установления единых стандартов и правил регулирования для продвижения интересов собственного бизнеса, Россия готова реагировать на насущные потребности развивающихся экономик, рассматривающих продовольственную безопасность с точки зрения развития инвестиций, технологий и инноваций в сельском хозяйстве, совершенствования транспортно-логистических цепочек, обеспечения населения качественной продукцией, снижения постурожайных потерь. В этой связи можно отдельно отметить создание в 2015 г. в России Центра АТЭС по сельскохозяйственной биотехнологии.

Поворот в сторону социально-экономических и гуманитарных вопросов в рамках АТЭС может стать весьма выигрышным для России, если своевременно и качественно включиться в работу.

Прочный позитивный авторитет закрепился за Россией в АТЭС в вопросах чрезвычайного гуманитарного реагирования. Существующие национальные центры управления в кризисных ситуациях (НЦУКС) в перспективе планируется объединить в единую международную региональную сеть, чтобы обеспечить оперативный обмен информацией и эффективную координацию действий при крупномасштабных катастрофах в регионе. Эта инициатива получила широкое одобрение среди экономик АТЭС.

Особенно востребована в 2015 г. была традиционная активность России в области развития человеческих ресурсов, речь шла о соответствии профессиональных компетенций потребностям экономики, гибкости системы профессиональной подготовки и переквалификации, возможности создания единой для всех стран АТЭС системы профессиональных квалификаций, которая способна значительно стимулировать качественную трудовую мобильность в регионе. Филиппинцев особенно интересовал опыт России в области технического образования и науки, чему была посвящена отдельная встреча высокого уровня.

Таким образом, в 2015 г. социально-экономическая проблематика, оттеснила на второй план вопросы региональной интеграции. Даже в декларации лидеров этот раздел впервые за все время существования АТЭС оказался в самом конце. Помимо вышеперечисленных внутриэкономических приоритетов хозяев встречи подобное демонстративное пренебрежение ключевой для АТЭС тематикой можно объяснить тем, что в 2015 г. она приобрела недопустимую для АТЭС сильную политическую окраску. Это прежде всего связано с противостоянием двух крупнейших экономических игроков США и Китая и, соответственно, двух интеграционных «мега блоков» Транстихоокеанского партнерства (ТТП) и Всеобъемлющего регионального экономического партнерства (ВРЭП). Транстихоокеанское партнёрство, о создании которого было объявлено незадолго до саммита АТЭС и которое, по сути, зародилось и сформировалось на полях АТЭС, имело все шансы стать хэдлайнером лидерской недели в АТЭС, но в результате всё ограничилось лишь короткой встречей 12 лидеров стран ТТП вне основной программы саммита и безэмоциональным упоминанием соглашения в декларации как одного из возможных вариантов на пути к созданию Азиатско-Тихоокеанской Зоны Свободной Торговли наравне с необходимостью скорейшего завершения переговоров по созданию ВРЭП, участниками которого являются сами Филиппины.

Обсуждение торгово-либерализационной проблематики на саммите явно продемонстрировало устойчивую тенденцию постепенного замещения глобальных подходов к регулированию мировой торговли региональными интеграционными инициативами.

Почему филиппинцы не позволили США с размахом отметить свой триумф в Маниле? Можно предположить как минимум две причины. Прежде всего филиппинским лидерам было неинтересно устраивать чужой праздник без собственного участия, (Филиппины не участвуют в ТТП), но этот вопрос вполне мог быть решен, учитывая многолетние союзнические отношения Филиппин с США. Гораздо важнее то, что особое внимание к американскому проекту могло вызвать сильное недовольство со стороны Китая, с которым у Филиппин и так весьма сложные взаимоотношения, особенно серьезно обострившиеся в последнее время в связи с эскалацией ситуации в Южно-Китайском море. До последнего момента не было полной уверенности, приедет ли вообще лидер КНР в Манилу, и, возможно, одним из условий его появления могло быть обещание хозяев не акцентировать особое внимание на успешном интеграционном проекте США. Во избежание конфликта с Китаем особое внимание было уделено обсуждению перспектив создания Азиатско-Тихоокеанской зоны свободной торговли (FTAAP), одной из главных инициатив китайского председательства в АТЭС в 2014 г., во исполнение которой в 2015 г. стартовало многостороннее стратегическое исследование возможности формирования АТЗСТ. В отличие от вполне конкретных проектов ТТП и ВРЭП для России АТЗСТ очень удобна тем, что пока не предполагает особых обязательств. На данном этапе идет сбор и обмен информацией, которую Россия с готовностью предоставила, учитывая уже имеющийся опыт интеграционной активности на площадке ЕАЭС.

Демонстративное пренебрежение ключевой для АТЭС тематикой можно объяснить тем, что в 2015 г. она приобрела недопустимую для АТЭС сильную политическую окраску.

Помимо прочего, обсуждение торгово-либерализационной проблематики на саммите явно продемонстрировало устойчивую тенденцию постепенного замещения глобальных подходов к регулированию мировой торговли региональными интеграционными инициативами. Очевидно, на фоне вялотекущего кризиса переговорного процесса в рамках Всемирной торговой организации обнародование текста беспрецедентного по своему охвату Соглашения о ТТП подорвало веру многих участников АТЭС в жизнеспособность ВТО как многосторонней торговой системы. Этот кризис доверия ВТО очень серьезно ощущался на этапе обсуждения текста Отдельного заявления в поддержку многосторонней торговой системы, традиционного для всех саммитов АТЭС документа, ежегодно подтверждавшего прочную связку АТЭС-ВТО в торгово-либерализационных вопросах. В 2015 г. позиция России, которая последовательно отстаивала ключевую роль ВТО, порой сильно контрастировала с нейтрально-безразличным отношением к этой тематике других участников. Надо признать, что пока у России нет другого выхода кроме как продолжать отстаивать принципы мультилатерализма в мировой торговле, так как из всех участников АТЭС только Россия, Тайвань, Гонконг и Папуа-Новая Гвинея не участвуют ни в одной региональной интеграционной группировки в АТР.



Особое внимание к американскому проекту могло вызвать сильное недовольство со стороны Китая, с которым у Филиппин и так весьма сложные взаимоотношения.

Интересным образом филиппинцам удалось объединить внутреннюю социально-экономическую и торогово-либерализационную повестку, сделано это было через обсуждение тематики услуг. Начавшись зимой 2015 г. с обсуждения важности развития сектора услуг на национальном уровне, к концу года дискуссия распространилась и на область международной либерализации торговли услугами – одной из самых непростых и противоречивых тем в рамках работы ВТО. В итоге был сформулирован уникальный по содержанию и охвату документ – Рамочный план по сотрудничеству в области услуг (APEC Services Cooperation Framework), который стал приложением к декларации лидеров. И если первая часть дискуссии, касающаяся развития сектора услуг на национальном уровне, несомненно, была интересна и важна именно филиппинцам, то торгово-либерализационный компонент появился под внешним влиянием США, Китая, Японии и других активных участников рынка услуг АТР. Доля России на рынке услуг АТР тоже весьма заметна и составляет 5% от общего объема торговли услугами – это шестое место после США (31%), Китая (15%), Японии (8%), Сингапура (7%), Республики Корея (6%), на долю которых приходится до 75% экспорта услуг в АТР, что говорит о значительном разрыве между лидерами рынка и остальными экономиками региона.

Социально-экономическая проблематика, оттеснила на второй план вопросы региональной интеграции.

Наибольший удельный вес в обороте услуг в России занимают поездки, прочие деловые услуги, транспорт, роялти и лицензионные платежи, компьютерные и информационные услуги, строительство. В последнее время Россия постепенно утверждается и на рынке образовательных услуг Азиатско-Тихоокеанского региона. Именно этой цели посвящена многолетняя российская работа на площадке АТЭС по развитию образовательной мобильности в регионе, инициированная еще в 2012 г., и получившая свое продолжение в формате ежегодных конференций и специального проекта «Стипендия АТЭС». Важность либерализации торговли образовательными услугами для всех экономик АТЭС подтверждает тот факт, что в 2015 г. была досрочно достигнута цель в один миллион иностранных студентов в регионе АТЭС, изначальное выполнение которой планировалось не раньше 2020 г.

Пока у России нет другого выхода кроме как продолжать отстаивать принципы мультилатерализма в мировой торговле, так как из всех участников АТЭС только Россия, Тайвань, Гонконг и Папуа-Новая Гвинея не участвуют ни в одной региональной интеграционной группировки в АТР.

Подводя общий итог работы АТЭС в 2015 г., нужно отметить, что постепенно АТЭС все больше внимание уделяет аналитической работе, подкрепляя громкие слова конкретными цифрами и показателями. Некоторые эксперты говорят, что АТЭС постепенно превращается в своего рода Азиатскую ОЭСР, становясь не просто инкубатором интеграционных процессов, но и катализатором систематизации норм внутреннего регулирования и центром продвижения политики, ориентированной на экономический рост и социальное благополучие людей во всем регионе.

Учитывая, что Филиппины положили начало эпохе развивающихся экономик в председательстве АТЭС, в ближайшие годы председателями будут Перу, Вьетнам, Папуа-Новая Гвинея, Чили, Малайзия, Новая Зеландия и Таиланд, можно предполагать, что в повестке форума ориентир на внутреннее развитие и реформы будет сохранен и усилен, чем обязательно должна воспользоваться Россия для продвижения своих интересов в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся