Распечатать Read in English
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Сергей Веселовский

к.полит.н., доц. кафедры мировых политических процессов МГИМО МИД России, эксперт РСМД

Парижские теракты 13 ноября 2015 г. придали новый импульс международной борьбе против исламистского терроризма. Однако изначальный оптимизм и надежда на формирование, наконец, единой широкой коалиции против боевиков Исламского государства, так и не оправдались. Даже усилия президента Франции Ф.Олланда, не смог убедить президентов США и России начать совместную кампанию против ИГ ввиду расхождения их позиции относительно судьбы президента Сирии Б. Асада.

Парижские теракты 13 ноября 2015 г. придали новый импульс международной борьбе против исламистского терроризма. Однако изначальный оптимизм и надежда на формирование, наконец, единой широкой коалиции против боевиков Исламского государства (ИГ, в последнее время также известного как ДАИШ по аббревиатуре названия «Исламское государство Ирака и Леванта» на арабском языке), так и не оправдались. Даже усилия президента Франции Ф.Олланда, для которого борьба с терроризмом стала как делом чести, так и возможностью для переизбрания на второй срок, не смог убедить президентов США и России начать совместную кампанию против ИГ ввиду расхождения их позиции относительно судьбы президента Сирии Б. Асада. Кроме того, вопрос создания широкой коалиции был фактически закрыт утром 24 ноября 2015 г. в небе над Сирией истребителем F-16 турецких ВВС, который сбил российский бомбардировщик Су-24 якобы в ответ на нарушения им воздушного пространства Турции. Резко ухудшившиеся отношения Москвы и Анкары, а также новый виток напряженности с НАТО, страны-члены которой должны были составить основу новой антитеррористической коалиции против ИГ, лишь углубили недоверие между потенциальными партнерами.

На сегодняшний день чуть ли не основная угроза международной безопасности — активизация региональных и локальных исламистских террористических групп.

На фоне антитеррористической операции в Сирии и Ираке против ИГ на сегодняшний день чуть ли не основная угроза международной безопасности — активизация региональных и локальных исламистских террористических групп. Так, 20 ноября 2015 г. вооруженные боевики ранее малоизвестной группировки «Аль-Мурабитун» ворвались в гостиницу «Рэдисон Блю» в столице Мали г. Бамако и захватили примерно 170 человек в заложники, в том числе граждан европейских государств и России. Впоследствии террористы отпустили нескольких заложников, которые смогли процитировать фрагменты Корана. После штурма гостиницы силами правопорядка Мали выяснилось, что от рук террористов погибли 19 заложников, в том числе шесть россиян-членов экипажа самолета Ан-124 авиакомпании «Волга-Днепр», который накануне доставил в Бамако груз из Норвегии в интересах миссии ООН МИНУСМА (Многопрофильная комплексная миссия в Организации Объединенных Наций по стабилизации в Мали). Еще семь человек из числа заложников получили ранения различной степени тяжести.

Локальные организации ставят перед собой более осуществимые, с их точки зрения, цели и задачи — сместить собственное правительство и установить истинную форму правления, отвечающую положениям ислама.

Данное нападение, помимо вопросов о том, как именно и с чьей помощью боевикам удалось проникнуть на машине с дипломатическими номерами в особо охраняемый район столицы Мали, вводит в повестку дня международной безопасности угрозу локальных террористических группировок, многие из которых не скрывают своих симпатий по отношению к ИГ и готовы с оружием в руках строить халифат у себя в стране.

Системные ошибки антитеррористической стратегии

REUTERS/Pascal Rossignol
Сергей Веселовский:
Франция на распутье

С момента начала операции против терроризма осенью 2001 г. основным объектом международных усилий была террористическая сеть «Аль-Каида», которая, взяв на себя ответственность за теракты 11 сентября, бросила вызов самой мощной державе на планете — США. В результате решительных и скоординированных действий мирового сообщества, а также успешных военных операций американской армии фактически удалось загнать «Аль-Каиду» в подполье. Стратегия «Аль-Каиды», согласно которой достаточно нанести удар по США и они перестанут поддерживать коррумпированные режимы в мусульманских странах, оказалась несостоятельной. Вашингтон был полон решимости подавить любой вызов своему могуществу и глобальному лидерству, как от государственного, так и негосударственного участника международных отношений. Даже в рамках асимметричной стратегии играть на равных с США долго не может никто.

Ливийская война фактически дерегулировала всю систему отношений в Северной Африке, обеспечив практически бесконтрольное распространение через границы легкого стрелкового оружия.

К середине 2000-х гг. на арену исламистской террористической деятельности выходят локальные организации, которые ставят перед собой иные, более осуществимые, с их точки зрения, цели и задачи — сместить собственное правительство и установить истинную форму правления, отвечающую положениям ислама. Такой организацией стала, например, «Аль-Каида в странах исламского Магриба» (АКИМ), ранее известная как «Салафитская группа проповеди и сражения», основанная в 1997 г. Ее костяк составляют граждане Алжира, где исламистские настроения были сильны еще в начале 1990-х гг. В 2006 г. группа присягнула на верность «Аль-Каиде» и использовала ее бренд для проведения террористических акций.

У «Аль-Мурабитун» на повестке дня нет явных требований внутриполитического характера.

Дополнительным катализатором террористической активности в Северной Африке стали события «арабской весны», а их самой трагичной страницей можно считать гражданскую войну в Ливии, которая даже после свержения с поддержкой западных стран М. Каддафи не может найти нового внутриполитического равновесия, погрузившись в пучину локальных конфликтов и межклановых дрязг.

До конца не ясно и под какой эгидой выступает эта группировка: «Аль-Каиды» или ИГ.

Ливийская война фактически дерегулировала всю систему отношений в Северной Африке, обнажив конфликтные ситуации, ранее находившиеся в латентном состоянии и обеспечив практически бесконтрольное распространение через границы легкого стрелкового оружия. Одним из проявлений изменившегося расклада сил стало туарегское восстание в 2012-2013 гг. на севере-востоке Мали, в результате которого половина страны оказалась под властью мятежников, которые хотели создать свое независимое государство — Малийский Азавад. Усугубил и без того сложную ситуацию и сыграл на руку туарегам государственный переворот в Мали в марте 2012 г., осуществленный военными в качестве реакции на неадекватную, по их мнению, политику президента страны Амаду Турэ по отношению к повстанцам. Скорость, с которой туареги отвоевывали себе территорию, была обескураживающей. Возникла реальная угроза падения центрального правительства Мали. В этой ситуации инициативу взяла на себя бывшая метрополия — Франция. Была проведена операция «Сервал», военная часть которой длилась с января по февраль 2013 г. (формально операция закончилась в июле 2014 г.). Быстро обеспечив военную победу над туарегами, которые на тот момент уже находились в конфликте с исламистами, в том числе АКИМ, желавшими создать халифат в северной части Мали, Франция передала миротворческую миссию ООН. На сегодняшний день общая численность персонала Многопрофильной комплексной миссии ООН по стабилизации в Мали (МИНУСМА составляет 11,5 тыс. человек.

Прообраз новой формы исламистской угрозы

Исламистская группировка «Аль-Мурабитун», ответственная за последний теракт в Бамако, возникла в начале 2013 г. на базе двух отколовшихся фракций от АКИМ и других исламистских группировок. Их основу составили представители Алжира, Туниса, а заявленные объекты атак включали французские коммерческие интересы и дипломатические представительства в Алжире, Мали, Мавритании и Нигере, а также международные миротворчески силы в Мали. В 2013-2015 гг. группировка провела атаки в Нигере (военная база и урановый рудник), в Нигерии (следственный изолятор), Алжире (комплекс газодобычи) и Мали (ночной клуб и гостиница). Пока самой резонансной стала атака на гостиницу в Бамако.

У «Аль-Мурабитун» на повестке дня нет явных требований внутриполитического характера. Хотя своими действиями она стремится сорвать выполнение Алжирских соглашений между правительством и туарегами, а также дестабилизировать и без того хрупкую внутреннюю обстановку в Мали перед выборами в надежде раскачать ситуацию, ввергнуть страну в хаос и попытаться организовать халифат над подконтрольной территории. До конца не ясно и под какой эгидой выступает эта группировка: «Аль-Каиды» или ИГ. В мае 2015 г. были сообщения, что «Аль-Мурабитун» присягнула на верность ИГ, которые позже были опровергнуты. Возможно, теракт в Бамако стал своеобразным напоминаем об «Аль-Каиде» в противовес ИГ.

Очевидно, что ИГ в его сегодняшнем виде в долгосрочной перспективе нежизнеспособно.

Очевидно лишь, что такие группировки как «Аль-Мурабитун», могут стать серьезной угрозой безопасности как для любой отдельной мусульманской страны, так и для целых регионов. И увы, такое может случится во многих странах со слабой системой центрального государственного управления.

Очень мало сделано, чтобы эффективно противостоять исламистской идеологии и видению государственного устройства (халифата).

Кроме того, очевидно, что ИГ в его сегодняшнем виде в долгосрочной перспективе нежизнеспособно. Бросив вызов Западным странам, оно, как и когда-то «Аль-Каида», обрекло себя на поражение. Но иностранные боевики ИГ, число которых составляет 30-35 тыс. человек, вернутся в свои страны и будут пытаться продолжать борьбу против своего правительства в составе малых исламистских группировок. Именно поэтому дисперсия исламистской угрозы и рост числа локальных террористических группировок может стать новой сильной угрозой миру и безопасности уже в ближайшем будущем.

Изменить историю

Политические экстремистские движения
на Ближнем Востоке и в Северной Африке.
Ридер РСМД


Необходимо продумать такую систему государственного устройства мусульманских государств, которая бы отвечала канонам исламской религии и позволяла экономически успешно развиваться в современном глобализированном мире.

Сначала в Афганистане, а теперь в Сирии и Ираке мировое сообщество пытается побороть наиболее явные и масштабные проявления исламизма. При этом очень мало сделано, чтобы эффективно противостоять исламистской идеологии и видению государственного устройства (халифата). Военными ударами можно уничтожить инфраструктуру исламистов и их командное звено, но нельзя уничтожить их идеи, которые, увы, получают распространение в мире. Даже если удастся побороть видимые проявления исламистской угрозы, освободить с помощью наземной операции от боевиков Сирию и Ирак и восстановить там центральную власть, то нет никакой гарантии, что следующее «исламское государство» не возникнет, например, в Нигерии, где радикальная исламистская группировка «Боко Харам» открыто присягнула ИГ или в Афганистане и Пакистане, где до сих пор сильны позиции Талибана. К сожалению, это вполне реалистичный сценарий развития событий.

Идеи могут быть несостоятельными только в конкуренции с другими идеями. Так либерально-демократическая модель, которая оказалась сильнее коммунистической, на Востоке приживается плохо в силу целого ряда объективных причин. Необходимо продумать такую систему государственного устройства мусульманских государств, которая бы отвечала канонам исламской религии и позволяла экономически успешно развиваться в современном глобализированном мире. Этот вопрос уже становится достаточным важным и срочным, поскольку альтернативой этому государственному устройству может стать распространение локальной террористической угрозы в разных частях, бороться с которой будет уже значительно сложнее.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся