Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 4.2)
 (5 голосов)
Поделиться статьей
Константин Асмолов

В.н.с. Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, эксперт РСМД

Распространенные в СМИ РФ новости из Южной Кореи в основном касаются или успехов в межкорейском сближении, или того, как администрация Мун Чжэ Ина стремится укрепить свои позиции, проводя существенную чистку силовых и не только структур и сажая экс-президентов. Между тем, некоторые проблемы новой власти оказываются очень похожими на проблемы прежней, и в этом контексте автор внимательно следит за новостями так называемого «скандала с комментариями», который, по его мнению, способен сыграть в политической жизни РК роль, сравнимую с делом Чхве Сун Силь.

С одной стороны, ситуация с блогером Druid King делает Муна заложником успешного развития процессов, ведущих к региональной разрядке, и курс на межкорейское сближение будет продолжен им ради собственного выживания. С другой — это же может означать, что преемник Муна на президентском посту с большой вероятностью будет из противоположного лагеря и, следуя логике фракционной борьбы, постепенно начнет сворачивать/отменять/дезавуировать инициативы Муна. Мы должны учитывать этот вариант и иметь «план Б» на случай изменения ситуации не в пользу действующего президента РК.

Распространенные в СМИ РФ новости из Южной Кореи в основном касаются или успехов в межкорейском сближении, или того, как администрация Мун Чжэ Ина стремится укрепить свои позиции, проводя существенную чистку силовых и не только структур и сажая экс-президентов. Между тем, некоторые проблемы новой власти оказываются очень похожими на проблемы прежней, и в этом контексте автор внимательно следит за новостями так называемого «скандала с комментариями», который, по его мнению, способен сыграть в политической жизни РК роль, сравнимую с делом Чхве Сун Силь.

Напомним ход скандала. Есть две версии того, что считать стартовым моментом.

По одной, еще 31 января 2018 г. правящая Демократическая партия запросила расследование со стороны полиции в отношении подозреваемых в деятельности по фальсификации мнений интернет-пользователей на новостных статьях, размещенных на крупнейшем в РК интернет-портале «Naver». Речь шла о многочисленных лайках и одобрительных комментариях под статьями, критиковавшими правительство Муна и его решение сформировать совместную с Северной Кореей женскую хоккейную команду для зимних Олимпийских игр в Пхёнчхане.

По другой версии, на самом деле все началось с того, что весной блогер Ким Дон Вон, также известный как Druking, Druid King, @D_ruking или tuna69, имеющий более 14 млн активных подписчиков и являющийся признанным «лидером общественного мнения», потребовал от депутата парламента Ким Гён Су (члена руководства Демократической партии Тобуро, кандидата на пост губернатора провинции Южная Кёнсан и друга Мун Чжэ Ина) сдержать данное ему обещание и назначить его консулом в Японию (г. Осака) за оказанные услуги.

Вскоре после этого, в марте, правительство дало указание проверить социальные сети в связи со странным вирусным распространением темы о якобы несогласии общества с решением о совместной хоккейной команде Севера и Юга на зимней олимпиаде. Властям показалось странным, откуда внезапно появилось такое количество публикаций, репостов и лайков этого тезиса, после чего выяснилось, что за «накручиванием лайков» и «ботоводством» стояли вышеуказанный блогер Ким Дон Вон и его команда.

В ходе дальнейшего расследования выяснилось, что блогер Ким занимал пост в правящей Демократической партии Тобуро, и в прошлом году в ходе президентских выборов активно поддерживал кандидатуру Мун Чжэ Ина. Ким Гён Су был знаком с Druid King-ом с 2016 г. и неоднократно встречался с ним, а на слушаниях показал, что после победы Муна блогер попросил порекомендовать на должность генерального консула РК в Осаке одного из членов его интернет-сообщества. Ким Гён Су якобы передал это предложение в Администрацию президента, но вопрос не был решён. В ответ Druid King стал угрожать депутату, а затем начал распространять комментарии с критикой в адрес правительства.

Здесь стоит сразу же пояснить, кто такой Ким Гён Су. Это человек из самого ближнего круга действующего президента Мун Чжэ Ина. Они вместе работали в администрации Но Му Хёна секретарем и старшим секретарем президента по гражданским вопросам, а после смерти Но жил в его родном городе и работал в фонде его имени. В 2017 г. Ким был пресс-секретарем Муна и его главным секретарем — «любимчиком», в отношении которого ходили слухи о том, что когда Мун будет уходить на покой, он объявит Кима преемником.

22 марта Ким Дон Вон был задержан (но пока не арестован) по обвинению в фальсификации общественного мнения, а затем появились сообщения, что факт деловых контактов двух Кимов доказан по следам в изъятых телефонах, хотя многое из секретных чатов в Telegram пока прочитать не удалось. Также выяснилось, что еще до предложения о его выдвижении на пост консула в Осаке Druid King рекомендовал на пост посла РК в Японии кандидатуру адвоката из некоего «общества экономической коэволюции».

16 апреля Тобуро исключила из своих рядов двух членов, с которыми Ким Дон Вон работал наиболее плотно, подчеркнув, что скандал был вызван их «недостойным поведением», и запросила прокуратуру выяснить все обстоятельства скандала, поскольку в данной ситуации правящая партия считает себя пострадавшей.

17 апреля Druid King-у были предъявлены конкретные обвинения в том, что в январе 2018 г. он использовал хакерские программы для «накручивания» лайков двум комментариям, критикующим власть за идею совместной женской хоккейной команды Севера и Юга, для чего было использовано 614 поддельных ID (напомним, что Интернет в Южной Корее «по паспорту»). Речь идет о комментариях к статьям, которые обычно расположены сразу под текстом и непременно попадаются на глаза тем, кто читает сам материал. Считается, что эти комментарии отражают наиболее популярную точку зрения. Уликой оказался обнаруженный у блогера софт, при помощи которого один лайк превращается в 600–700 лайков с разных IP и аккаунтов. Сделано это было, будто бы, с одной стороны, для проверки программного обеспечения, а с другой — в качестве операции «под фальшивым флагом», чтобы затем в манипуляциях комментариями можно было бы обвинить консерваторов.

Уже тогда начала вырисовываться определенная картина. По секретному соглашению с правящей Демократической партией Тобуро и правительством Мун Чжэ Ина блогер Ким занимался пиар-акциями, накруткой рейтинга и влиянием на население через миллионы подписчиков. Им были незаконно приобретены хакерские программы, позволявшие держать нужные статьи и публикации в соцсетях на первых страницах, «накручивать» лайки от имени ботов и делать вирусные рассылки. Особое внимание уделялось «работе по улучшению имиджа Мун Чжэ Ина» — в сеть попадали видео, на которых президент пил пиво со случайными гражданами или как-то иначе демонстрировал близость к народу. При этом сотрудничество команды блогера с Муном и Ко началось еще при Но Му Хёне, у которого Мун был главой администрации.

За подобную активность блогер и его команда будто бы получали до 1,5 млн долл. в месяц от Ким Гён Су, — доказательства передачи денег за услуги уже опубликованы. А сам Druid King еще и хвалился в сети тем, что «это он сделал Муна президентом», писал за него все речи и программы, а за достойную плату готов повторить это с любым желающим.

Ким Гён Су вначале говорил, что блогера не знает, но потом признал факт переписки и даже то, что давал ему какие-то деньги. Druid King был для него всего лишь одним из многих волонтеров. Однако после отказа выполнить его требования блогер «выразил обиду, близкую к шантажу» и, видимо, решил подставить ногу экс-нанимателю. В администрации президента тоже дали понять, что считают Druid King-а простым мошенником, работающим ради личной выгоды, а 19 апреля Ким Гён Су заявил об окончательном решении выдвинуть свою кандидатуру на пост губернатора и выразил готовность активно сотрудничать с правоохранительными органами.

Между тем, дело вызвало большой резонанс в политических кругах, что стало причиной противостояния правящих и оппозиционных сил и даже приостановки работы Национального собрания. 22 апреля в Сеуле прошел многотысячный митинг правых партий с вотумом недоверия правящей партии, правительству и лично Мун Чжэ Ину.

The Korea Herald
Блогер Ким Дон Вон, также известный как Druking

23 апреля три оппозиционные партии (как правоцентристы, так и леволиберальная Партия Мира и Демократии) приняли решение поддержать законопроект о назначении спецпрокурора, поскольку стандартное расследование будет сталкиваться с препонами со стороны властей. Все три лидера оппозиционных партий потребовали, чтобы правящая партия не препятствовала, заявив, что этот шаг определит нормализацию внеочередной сессии Национального собрания, которая была парализована из-за оппозиционной активности. Это требование было достаточно серьезным, так как 30 апреля истекал срок голосования о вынесении на всенародный референдум поправок к конституции, который позволил бы Муну стать последним президентом Шестой республики и первым президентом Седьмой.

Требование спецпрокурора сразу же обратило на себя внимание автора, так как именно с него дело Чхве Сун Силь вступило в активную фазу, хотя начиналось оно как не очень серьезная история про коррупцию при создании благотворительных фондов. Однако позже появились таинственные громкие улики, которые стали основой для широкомасштабной медийной кампании, под влиянием которой народ вышел на улицы, а сервильная система правосудия заработала в «правильном» направлении. Настаивая на назначении спецпрокурора, консерваторы блокировали любые иные законопроекты, в том числе важный для президента закон о референдуме по поводу поправок в конституцию.

8 мая под председательством спикера Национального собрания РК Чон Сэ Гюна состоялась встреча лидеров фракций правящих и оппозиционных сил. Стороны пытались сгладить двусторонние разногласия, но безрезультатно. Партия настаивала на рассмотрении этого вопроса 24 мая одновременно с голосованием за проект дополнительного бюджета, а оппозиция требовала сделать это немедленно. 10 мая Druid King был арестован по обвинению в противодействии работе госслужащих и нарушении антикоррупционного закона. 15 мая Национальное собрание РК восстановило нормальную работу, которая была парализована в течение 42-х дней — было решено одновременно рассмотреть и законопроект о привлечении спецпрокурора, и проект дополнительного бюджета.

21 мая специальный законопроект о привлечении спецпрокурора к расследованию дела Druid King был одобрен. Из 288-ми депутатов в голосовании приняли участие 249, и 183-мя голосами против 43-х при 23-х воздержавшихся закон прошел. Это было 13-е расследование специального прокурора за всю историю страны и первое после вступления Мун Чжэ Ина в должность президента. 20 дней выделяется на подготовку к расследованию, которое будет длиться 60 дней, а затем срок расследования может быть продлён один раз на 30 дней.

Между тем у следствия появился новый фигурант, также представитель ближнего окружения Муна. Первый секретарь-референт администрации президента РК Сон Ин Бэ, занимавшийся вопросами рабочего расписания Мун Чжэ Ина во время президентских выборов, знал блогера и познакомил его с Ким Гён Су. В период с июня 2016 г. по февраль 2017 г. Сон Ин Бэ встречался с Druid King-м четыре раза и присутствовал при первой встрече депутата Ким Гён Су с Druid King и членами возглавляемого им интернет-сообщества «Совместная экономическая революция». Затем они все вместе поужинали.

На первой встрече с блогером Сон Ин Бэ получил от него 2 тыс. долл. в знак благодарности, и консерваторы предполагают, что это была плата за лоббирование и использование его команды для пиар-акций. Однако расследование отдела по гражданским вопросам администрации президента показало, что на второй встрече Сон Ин Бэ отказался получать деньги, а после президентских выборов не виделся с членами общества; что в ходе этих встреч каких-либо незаконных поручений не давалось, а сумма переданных средств была очень мала. Сам Сон также завил, что не давал блогеру никаких указаний, и служебное расследование было прекращено.

Президентство Мун Чжэ Ина отнюдь не описывается фразой «Народ радостно приветствует межкорейское сближение и избавление от коррумпированной власти».

7 июня Мун Чжэ Ин назначил спецпрокурором по делу Druid King Хо Ик Бома, который делал свою карьеру в прокуратуре Тэгу и работал заведующим отдела общественной безопасности и уголовного отдела, а на данный момент был членом Комиссии по реформированию прокуратуры при Министерстве юстиции РК. Перед специальным прокурором стояли две задачи. Во-первых, он должен был установить, действительно ли команда Druid King делала массовый вброс комментариев перед президентскими выборами. Во-вторых, требовалось выяснить детали сотрудничества Druid King-а с политиками, в том числе с вышеупомянутым Ким Гён Су. Пока блогер отрицает связь с действующим главой государства, но некоторые факты говорят не в его пользу, хотя зашифрованную через Telegram и Signal переписку полностью прочитать не удалось. Известно и то, что секретарь депутата в сентябре 2017 г. получил от блогера 5 млн вон, которые вернул 26 марта 2018 г., после его ареста.

Любопытно, что новость о спецпрокуроре вызвала некоторое раздражение у полиции. Сыщики считали, что а) они и сами могут раскрыть дело и передача его в иную инстанцию позорит их; б) прокуратура, в которой хватает сторонников Муна, может его «замотать». А что касается слухов об умышленном уклонении полиции от расследования в отношении правящей партии или правительственных чиновников, то о встречах блогера и Сона полицейские просто не знали. Если же верить слухам от консерваторов, то показания задержанных говорят о том, что Ким Гён Су и Со Ин Бэ все знали, и, более того, что сотрудники прокуратуры уговаривали команду блогера не давать показания на Кима и Со, обещая, что в этом случае срок будет условным.

13 июня 2018 г. в Южной Корее прошли выборы в местные органы власти и дополнительные выборы в Национальное собрание. Выборы проходили «на хвосте» саммита лидеров КНДР и США 12 июня в Сингапуре и на фоне продолжающегося межкорейского потепления и связанного с этим высокого рейтинга президента РК. Ким Гён Су стал на них губернатором, хотя и набрал наименьший среди ставленников демократов процент голосов.

27 июня команда спецпрокурора Хо Ик Бома приступила к работе — им предстояло проверить около 47 тыс. страниц дела, 6 600 документальных следственных видеозаписей, не считая другой следственной работы. В начале июля расследование продвинулось, обнаружив принадлежащий блогеру USB-накопитель, содержащий записи, которые показывали, что губернатор Ким постоянно консультировался с ним по политическим вопросам.

7 августа Ким Гён Су был подвергнут 18-часовому допросу. Общаясь с журналистами, Ким Гён Су рассказал, что отвечал на вопросы следствия максимально полно и детально, группа специального прокурора не смогла представить веских доказательств его вины, он надеется, что расследование установит истину, а не будет политической местью. Губернатор Ким признал, что встречался с блогером, но отрицал все остальное.

Однако следствие сочло, что губернатор прямо причастен к скандалу, и запросило его ареста. Тем не менее 18 августа суд Центрального административного округа Сеула отказал в выдаче ордера. В решении суда говорится, что все обвинения, выдвигаемые следствием в отношении Ким Гён Су, спорны, а опасения, что он может уничтожить некие улики, ничем не обоснованы. Как может человек, считавшийся правой рукой и «любимчиком» Мун Чжэ Ина, повлиять на ход следствия?

20 августа в парламенте РК произошла пикировка по поводу решения суда. Демократы сочли это естественным ходом событий, консерваторы — ярким признаком сервильности судебной системы. 24 августа группа спецпрокурора снова предъявила Ким Гён Су обвинение в преступном заговоре и нарушении избирательного законодательства. Однако за день до того спецпрокурор Хо Ик Бом принял решение не продлевать срок следствия по делу Druid King-а, впервые с тех пор, как в 1999 г. на основе американской модели была внедрена система специальных обвинителей. Каждое из 11-ти независимых расследований, начатых до этого, требовало больше времени.

Как писали СМИ РК, такое случилось по нескольким причинам. Во-первых, «из-за недостаточно тщательного расследования сотрудников полиции и прокуратуры РК были потеряны основные улики». Если в других громких делах, наоборот, в нужные моменты всплывали почти чудесно обретенные улики типа планшетов в заброшенном здании или записной книжки с полным списком коварных планов, здесь все ключевые свидетельства просто были утеряны. При этом почему-то никто не пытался продлить следствие хотя бы для того, чтобы выяснить обстоятельства потери и то, не был ли причастен к этому уничтожению улик депутат Ким, которого суд оставил на свободе? Зато после потери улик СМИ РК могли честно писать, что теперь дело основано «только на показаниях самого блогера Druid King, которые он постоянно менял, чем вводил следствие в заблуждение». Вторая причина состоит в давлении политических кругов, в частности правящей партии РК, на ход следствия. Заметим, что когда предыдущий спецпрокурор вел дело Чхве Сун Силь, выступлений по поводу того, что власть давит на ход расследования, почему-то не было. Хотя для первого лица государства следствие было не менее опасно.

Считается, что влияние на ход следствия оказало самоубийство депутата Национального собрания РК от партии Справедливости Но Хве Чхана, случившееся 3 июля. Как выяснило следствие, Druid King и Ко. давно налаживали контакты с политиками левой ориентации и старались «укрепить их влияние на политику и выборы». Но, который был фактически главой левой оппозиции Муну, получил 20 млн вон от онлайн-сообщества, управляемого блогером, за чтение лекций; и еще 50 млн вон — от своего одноклассника по старшей школе, адвоката по фамилии До, который был одним из доверенных помощников арестованного блогера, а сейчас обвиняется в нелегальном сборе средств, которые потом передавались политикам, и подделке документов для того, чтобы эти секретные фонды никто не обнаружил. Кстати, именно адвоката До Druid King просил назначить генеральным консулом РК в Осаке, но запрос на его арест также был отклонен судом «по причине недостаточности оснований».

Ранее Но Хве Чхан заявлял, что не получал никаких незаконных средств от Druid King, и полностью отрицал свою вину, но в оставленной предсмертной записке говорится, что в марте 2016 г. Но Хве Чхан действительно дважды получал от блогера под псевдонимом Druid King 35 тыс. долл., хотя они не были связаны с услугами или обещаниями со стороны покойного. По мнению некоторых представителей левого лагеря, Но не считал такие пожертвования взяткой, потому что ничего никому не обещал и не делал ничего, что можно было бы посчитать уступкой, однако скандал довольно сильно его мучил и привел к развившейся депрессии, которая стала причиной суицида. Тем более что прокурорские продолжали трясти его «по личным соображениям». Но Хве Чхан говорил о коррупции в прокуратуре и в свое время даже потерял место в парламенте после публикации списка из семи прокуроров, которые получили незаконные средства от Samsung Group.

В качестве третьей причины указано «поверхностное расследование самой независимой специальной следственной группы». В общем, как заявил спецпрокурор Хо, «мы решили не просить о продлении, потому что дальнейшее расследование было сочтено неуместным. Мы пришли к этому решению на основе всесторонней оценки следствия, в том числе уровня вскрытой истины, объема собранных доказательств и необходимости дальнейшего расследования». 27 августа спецпрокурор Хо Ик Бом объявил о результатах расследования. По его мнению, массовая фальсификация в Интернете в конечном счете была направлена на то, чтобы повлиять на общественное мнение в пользу ныне правящей Демократической партии перед президентскими выборами и после них в период с октября 2016 г. по март 2018 г.

The Korea Herald
Ким Гён Су

Специальные обвинители пришли к выводу, что 9 ноября 2016 г. Ким Дон Вон показал Ким Гён Су прототип компьютерной программы под названием «King Crab», предназначенной для манипулирования комментариями в Интернете, и Ким Гён Су дал прямое указание его использовать.

Вышеуказанное malware позволяло «накручивать» лайки и оставлять в сети комментарии, выражающие согласие или несогласие с «нужной» точкой зрения, от имени ботов. К декабрю 2016 г. программное обеспечение было введено в действие — как раз на фоне скандала, приведшего к импичменту Пак Кын Хе. Кстати, именно в это время начинаются массовые вбросы относительно Пак Кын Хе и Чхве Сун Силь, выведшие на улицы сотни тысяч разгневанных горожан.

Затем интернет-активность Druid King и его команды была направлена на грядущие президентские выборы-2017, расширяясь в объеме в марте после окончательного устранения Пак и в течение мая, когда и прошли выборы, принесшие победу Мун Чжэ Ину. Только с декабря 2017 г. по февраль 2018 г. программа позволила «накрутить» 88,4 млн лайков и создать в Интернете 1 180 тыс. комментариев к около 76 тыс. новостных статей, размещенных в Naver с декабря 2016 г. по февраль 2018 г. Это стало поводом для обвинения в препятствовании бизнесу компании «Naver».

Ким Гён Су также был обвинен в нарушении законодательства о выборах за то, что якобы в сентябре 2017 г. получил около 5 млн вон от Ким Дон Вона и его группы, а также пообещав одному из соратников Ким Дон Вона пост генерального консула в Сэндай (Япония) в обмен на их помощь на президентских выборах и его губернаторской кампании.

Правда, заявления блогера о том, что он получил от Ким Гён Су миллион вон на организацию такого мошенничества, остались неподтвержденными. Ким Дон Вон и сам отказался от них. Кроме того, было признано, что приблизительно 26 млн вон, которые группа блогера передавала Ким Гён Су с сентября по ноябрь 2016 г., были действительными политическими пожертвованиями и не нарушали законы о финансировании кампаний. Хо также сказал, что дела против секретарей Голубого дома Сон Ин Бэ, якобы познакомившего двух Кимов, и Пэк Вон У, будто бы пытавшегося скрыть скандал, были вне юрисдикции следственной группы и будут переданы прокурорам.

Тем не менее общий тон южнокорейской прессы говорил о том, что спецпрокурор не смог противостоять давлению сверху, и после того, как его просьбы об аресте губернатора Ким Гён Су и иных подозреваемых были отклонены, опустил руки. Газета «Чунъан ильбо» даже выходила с заголовками вроде «дело кончилось пшиком». Другая статья в той же газете называлась «Признание поражения» — не потому, что губернатора Кима не смогли задержать, а потому, что расследование не дошло до сути дела. Ким Гён Су вряд ли был вовлечен в такие схемы в одиночку, но следствие не стало копать глубже. Специальная следственная группа не пыталась вызвать помощников Муна для устранения подозрений. Обвинение отказалось принять просьбу полиции о конфискации финансовой документации губернатора Кима, которая могла содержать наводки. До остальных представителей окружения президента дотянуться не удалось, хотя такая возможность была. Не получил подтверждения и слух о том, что о деятельности блогера Druid King знала первая леди РК Ким Чжон Сук.

21 сентября состоялись первые судебные слушания по делу Ким Гён Су, на которые сам губернатор не явился, а его адвокаты отрицали все обвинения. Оказывается, Ким не был осведомлен о том, что блогер и его команда занимались фальсификацией мнений в Интернете, используя программное обеспечение для обработки данных под названием «King Crab». Тем более Ким не отдавал приказания блогеру, не вступал с ним в сговор и точно не обещал ему за поддержку и помощь в организации выборов пост генконсула в Японии. В тот же день прошли слушания и по делу блогера, чья защита опровергла обвинения в передаче 50 млн вон из нелегальных фондов на политическую деятельность самоубившемуся Но Хве Чхану. По его итогам суд обещал подумать, стоит ли объединить дело губернатора с продолжающимся судебным процессом над блогером и его коллегами, которым было предъявлено обвинение в фальсификации мнений и нарушении закона о политических фондах.

Однако затем тема данного разбирательства на время исчезла из политической повестки. Зато на смену ей пришла модная тема борьбы с «фальшивыми новостями». 8 октября начальник полицейского управления РК Мин Гап Рён сообщил, что с широким распространением частных новостных каналов и блогов проблема фальшивых новостей становится все серьезнее, и еще 12 сентября полиция приступила к реализации специальных мер борьбы с распространителями фальшивых новостей, и на данный момент выявлено 37 нарушений. В 21-м случае был направлен запрос о блокировке, а в отношении остальных 16-ти ведется расследование. Более того, образована специальная группа, призванная отвечать за пресечение распространения ложных новостей и анализировать соответствующую информацию. В зависимости от тяжести преступления за распространение фальшивых новостей может грозить наказание от административного взыскания до лишения свободы на срок до семи лет.

Если преимущества консерваторов усилятся, на многих планах придется поставить крест, и Муна может ждать участь Но Му Хёна, доживавшего последние годы своего президентства с очень низким рейтингом, а после отставки ставшего жертвой судебного преследования и покончившего с собой, чтобы не дискредитировать идеи, которым он служил.

Помимо этого, в правящей Демократической партии Тобуро образована специальная группа по борьбе с фальшивыми новостями, которую возглавил депутат Пак Кван Он. Ещё в апреле 2018 г. этот депутат предложил законопроект об усилении борьбы с распространением фальшивой информации, который обязывал бы владельцев информационно-новостных ресурсов удалять «фальшивые новости». В условиях сервильности правоохранительной системы РК это позволит объявлять «фальшивыми новостями» и вычищать из Сети любую не нравящуюся информацию. Стоит добавить, что в Уголовном кодексе РК есть раздел «Преступления против репутации», причем большинство этих статей было вставлено в УК в декабре 1995 г., уже после правления военных.

Ст. 307 «Разглашение позорящих другого человека сведений», по сути, карает за диффамацию — предусмотрено наказание в виде каторжных работ или лишения свободы на срок не более двух лет, или штрафа в размере не более 5 млн вон за сам факт разглашения «публичным заявлением фактов», даже если они правдивы. Публичное заявление ложных фактов просто увеличивает наказание. При этом в УК есть ст. 308 «Разглашение позорящих сведений о мертвом человеке» (кара равна каре по ст. 307.1) и ст. 309, применяющаяся, если диффамация или клевета были произведены «посредством газет, журналов, радио и других средств массовой информации». Наказание при этом увеличивается примерно в полтора раза, так как напечатанная информация имеет больший «срок хранения», чем словесная.

С другой стороны, дело по указанным статьям возбуждается только при наличии жалобы со стороны потерпевшего или его родственников, и если правдивые факты «имеют исключительное значение для общественного интереса», диффамация не подлежит наказанию (как это было с «сенсационными новостями» о Пак Кын Хе).

30 октября 2018 г. Ким Гён Су все-таки появился в Центральном районном суде Сеула. Ким поклялся добросовестно следовать юридическим процедурам и сказал, что суд покажет правду, стоящую за обвинениями против него: «Я приношу извинения народу Южного Кёнсана за беспокойство в такой сложной экономической ситуации, но я обещаю, что в провинциальном управлении не будет задержек». Обвинение сразу взяло быка за рога, вызвав в качестве главного свидетеля одного из соратников Druid King, который якобы продемонстрировал программное обеспечение губернатору Киму. Свидетель по фамилии Пак указал, что группа должна была писать «правильные» комментарии к статьям, отмеченным Ким Гён Су в онлайн-разговорах с Ким Дон Воном; они регулярно обменивались текстовыми сообщениями о том, какие статьи будут подвергаться онлайн-манипуляциям.

Адвокаты губернатора поставили под сомнение показания Пака. Они представили перед судом присяжных набор записок, которыми Ким Дон Вон делился со своими соратниками, в том числе с Паком. В записках был изложен план координации их показаний в суде, чтобы повернуть процесс в свою пользу и против губернатора. Затем тема процесса снова пропала из новостей до тех пор, пока 30 января 2019 г. суд Центрального административного округа Сеула не вынес приговор обоим Кимам.

Ким Дон Вон был приговорен к трем с половиной годам лишения свободы за фальсификацию мнений в Интернете и выплату 5 млн вон (4 480 долл.) в виде взяток помощнику губернатора Кима. Он также получил условное тюремное заключение сроком на шесть месяцев за передачу незаконных средств кампании Но Хве Чхану. 11 его соучастников также были приговорены к тюремному заключению на срок от восьми до 18-ти месяцев как за фальсификацию мнений в Интернете, так и за «вымогательство сделок с политиками».

В отличие от приговора Ким Гён Су — 2 года и 10 месяцев с отсрочкой исполнения приговора на два года — это было ожидаемо. Приговор совокупный и состоит из двух пунктов: создание препятствий работе государственных органов и нарушение закона «О выборах должностных лиц». В вердикте суда указывается как доказанный факт то, что, во-первых, в ноябре 2016 г. Ким Гён Су присутствовал на демонстрации компьютерной программы «King Crab», искусственно увеличивающей количество лайков, оставленных к сообщениям и комментариям в Интернете; а затем дал указание использовать ее для фальсификации мнений в Интернете перед президентскими выборами в пользу правящей Демократической партии Тобуро. Отмечается, что без разрешения и согласия Ким Гён Су разработка программы «King Crab» была бы невозможна. Во-вторых, Ким Гён Су поддерживал тесный контакт с блогером Druid King Ким Дон Воном, занимавшимся фальсификацией общественного мнения, зная, с кем имеет дело. Решающим доказательством стало создание секретного чата «в одном из мессенджеров» (сегодня уже известно, что это был Telegram). В данном чате осуществлялась передача информации, касающейся общественных настроений и других конфиденциальных сведений. Ким Гён Су удалил всю информацию из чата, однако его собеседник успел сделать скриншоты переписки. Таким образом, известно, что губернатору докладывали о результатах работы, а он отправлял блогеру ссылки на материалы, которые надо было «раскручивать». Это же подтверждают показания команды блогера и компьютерные лог-файлы. В-третьих, Ким Гён Су имел отношение к рекомендации адвоката по фамилии До, которого Druid King просил назначить генеральным консулом.

Суд счёл преступление Ким Гён Су тяжким, учитывая, что в обмен на услуги Druid King была предложена официальная должность. Как заявил на оглашении вердикта председательствующий судья Сон Чхан Хо, «это было не просто препятствование бизнесу новостных интернет-порталов, преступление серьезно ослабило здоровое формирование общественного мнения посредством обмена мнениями и дебатов в онлайн-пространстве». Он добавил, что «преступность этого дела особенно тяжела, поскольку общественное мнение было механически искажено в сторону от воли электората».

Обвинение требовало семь лет для блогера и четыре — для губернатора; возможно, в суде более высокой инстанции срок будет изменен. Также, если приговор суда будет подтвержден Высоким судом и в конечном итоге Верховным судом, Ким будет лишен губернаторства, и в провинции проведут новые выборы. Законодательство РК гласит, что любое выборное должностное лицо, получившее тюремное заключение или любой штраф свыше миллиона вон (895 долл.), отстраняется от занимаемой должности. Ким был взят под арест сразу после оглашения приговора, после чего некоторые из его сторонников разразились слезами, а один из депутатов от демократов отметил, что «партия выразила сильное сожаление по поводу решения и была уверена в его оправдании». Сам Ким в момент вынесения приговора тоже выглядел удивленным, но успел отправить своим адвокатам короткое письмо, в котором заявил, что «начнет еще одну долгую борьбу за правду» и подаст апелляцию. «Я не могу понять решение судей игнорировать правду, выявленную в ходе судебных слушаний, и принять односторонние претензии специального прокурора и систематическую ложь Druid King».

Некоторые ставят дело Ким Гён Су в один ряд с другими двумя громкими процессами, направленными против влиятельных представителей демократической партии — Ан Хи Чжона и Ли Чжэ Мёна. 54-летний экс-губернатор провинции Чхунчхон-Намдо Ан Хи Чжон был очень влиятельным политиком прогрессивного лагеря и одним из главных соперников Мун Чжэ Ина на внутрипартийных выборах кандидата в президенты РК. Когда перед выборами 2017 г. внутри Демократической партии провели голосование, Мун получил 29,8% голосов, а Ан Хи Чжон — 14,2%. Однако на волне движения #MeToo его секретарша Ким Чжи Ын в интервью кабельному телевидению обвинила его в неоднократных принуждениях ее к половым отношениям — с середины 2017 г. по начало 2018 г. Ан четыре раза ее насиловал и бессчетное число раз — домогался.

14 августа 2018 г. суд первой инстанции признал Ан Хи Чжона невиновным, но вердикт вызвал широкий резонанс в обществе и массовые демонстрации несогласных с решением. Активисты из 158-ми групп по правам женщин и правам человека сформировали Объединенный комитет в поддержку Ким в деле о сексуальном насилии. Дело Ким стало для них способом поставить под сомнение существующую социальную структуру и культуру, которую начало колебать движение #MeToo. И вот 1 февраля 2019 г. Высокий суд Сеула приговорил Ан Хи Чжона к трем с половиной годам тюремного заключения, признав его виновным по 9/10 пунктов обвинения.

Губернатора столичной провинции Кёнгидо Ли Чжэ Мёна тоже сначала собирались судить за аморальное поведение — актриса Ким Бу Сон через шесть лет вспомнила, что они состояли в отношениях, он обещал жениться, но бросил ее. Ким решила отомстить, пошла в прокуратуру и выложила всё, что знала, — взятки, уклонение от налогов, манипуляции с выборами. Хотя наибольшее внимание привлекло ее заявление о том, что она «помнит разные особенности его интимных частей тела», в том числе большое родимое пятно на «некоторой части тела». Еще Ли Чжэ Мёна подозревали в том, что он отправил своего (ныне покойного) брата в психбольницу против его воли, используя административный ресурс. Помимо этого утверждалось, что Ли оказывал давление на местные компании, чтобы предоставить более 16 млрд вон в городскую футбольную команду в виде рекламных сборов.

16 октября 2018 г. Ли прошел проверку у врачей, которые должны были подтвердить или опровергнуть наличие у него родимого пятна. Пятно не нашли, как и следы его устранения, но в ноябре под ним «взорвалась новая бомба». Против его жены Ким Хе Гён выдвинуто обвинение в нарушении законов о выборах и диффамации посредством Twitter. Как оказалось, с 2013 г. Twitter-аккаунт @08_hkkim публиковал тысячи политических сообщений, поддерживающих Ли и порочащих его политических соперников, в том числе нынешнего президента. Хватало и оскорбительных высказываний, и обидных кличек, высмеивающих манеру речи и особенности выступления Муна. При этом одни и те же фотографии были размещены в соцсетях как на аккаунтах Кима и Ли, так и в указанном аккаунте, причем интервал публикаций составлял несколько минут — «трудно считать такие доказательства просто совпадением».

26 ноября Ли «зашел с козырей», потребовав открытия дела о коррупционном скандале с сыном президента Мун Чжун Ёном, который будто бы был принят на престижную работу в обход всех правил и на более высокий пост, чем следует. Более того, оказалось, что на конкурс на эту должность Мун-младший был зачислен задним числом, а анкета была заполнена не его рукой. Пока дело против Ли не завершено. Ему предъявлены обвинения, но он не находится под арестом, а совет партии решил пока не принимать в его отношении дисциплинарных мер, тем более что на момент рассмотрения этого вопроса он и губернатор Ким были в аналогичном состоянии. Однако если суд решит, что злоупотребления Ли денежными средствами были на сумму более миллиона вон (890 долл.), то губернатор потеряет свою должность и ему будет грозить тюремное заключение.

В отношении Ана или Ли судебная машина работала с благословения властей, так как, будучи практичным политиком, Мун прекрасно помнит, что в процессе свержения Пак Кын Хе решающий удар в спину ей нанесли представители других фракций внутри ее собственной партии, отчего имеет место превентивная зачистка политического поля. Ким же всегда воспринимался как «любимчик» Муна и часть его ближнего круга, и его старались выгораживать.

Почему же тогда Кима отправили в закдлючение? Во-первых, похоже на то, что, хотя часть улик потеряли, оставшаяся доказательная база была такой, что игнорировать ее было невозможно даже при очень ангажированном следствии. Во-вторых, параллельно со скандалом с комментариями разворачивалась атака на судебную систему страны, носящая откровенный характер чистки по политическим мотивам, вершиной которой был арест 24 января 2019 г. экс-председателя Верховного суда 71-летнего РК Ян Сын Тхэ, занимавшего пост председателя Верховного суда в 2011-2017 гг.

Ян подозревается в причастности к более чем 40-ка преступлениям. И в первую очередь в том, что судил неправильно с точки зрения нынешней политической конъюнктуры. Во-первых, он в течение многих лет откладывал решения по искам о возмещении ущерба, которые подавали корейские работники против японских фирм, чтобы выслужиться перед бывшим президентом, которая добивалась дружественных отношений с Токио. Во-вторых, он не продвигал судей с иными политическими взглядами. В-третьих, он влиял на ход судебных процессов, важных для бывшего правительства страны, чтобы в обмен получить поддержку своего проекта создания апелляционного суда, хотя почему-то нет никаких конкретных данных о том, в какие именно нужные Пак процессы осуществлялось вмешательство.

Тем не менее еще 19 ноября 2018 г. в РК состоялось собрание представителей местных судов, которое в апреле 2018 г. получило статус постоянного экспертного органа Верховного суда и может принимать участие в формировании различных комитетов судебной власти, а также в процессе реформирования судебной системы и политики, так что его мнение можно считать общим мнением судебной системы. Участники мероприятия фактически потребовали от Национального собрания импичмента в отношении судей, которые злоупотребляли своими полномочиями в тот период, когда у власти находилась администрация Пак Кын Хе, а пост председателя Верховного суда занимал Ян Сын Тхэ. Таким образом, речь идет о «справедливом» наказании сотен судей, выносивших приговоры, противоречащие нынешней «генеральной линии партии». Как представляется, такое давление было излишним. Корейская судебная система и до того исправно обслуживала действующую власть, вынося вердикты, соответствующие «требованиям времени» и «воле народа». Однако Мун и его окружение пытаются заменить действующих сервильных чиновников на своих протеже, в лояльности которых нет сомнений, и которые после ухода Муна из власти не будут так послушно штамповать обвинительные приговоры его сторонникам. Кроме того, логика корейского фракционализма требует вычистить представителей иных взглядов и как можно болезненнее их наказать. Увы, в современной РК это относится и к правым, и к левым.

Разумеется, могущественная корпорация защищается, и неслучайно коллеги осуждённого губернатора рассматривают такое судебное решение как месть за арест бывшего председателя Верховного суда. Правящая партия уже призвала к чистке коррумпированных сил в судебной системе, обвинив приговорившего Кима судью союзе с Ян Сын Тхэ, а глава парламентской фракции демократов напрямую оспорил решение суда, назвав его результатом «суда, основанного на мести, совершенного силами, коррумпирующими судебную систему». «Решение, которое должно быть принято на основе закона, стало средством самозащиты и возмездия». Позже в парламенте было заявлено, что «коррумпированная кабала Яна по-прежнему контролирует ключевые позиции в судебной системе».

Депутат Пак Чжу Мин, глава спешно собранного специального комитета, которому поручено очистить «коррумпированные элементы» в судебной системе, также заявил, что судья Сон, а также «многие судьи в Высоком суде Сеула, которые будут рассматривать апелляцию [Кима], связаны с судебной коррупцией». Доказательством такого сговора считается то, что приговор Киму был отложен до решения относительно судьбы Яна, Сон работал секретарем Ян Сын Тхэ с февраля 2012 г. по 2014 г., был допрошен по его делу в качестве свидетеля обвинения и «его имя было включено в список судей, которые якобы сотрудничали в злоупотреблении властью».

Хотя вообще-то Сон был судьей, приговорившим бывшего президента Пак к восьми годам тюремного заключения в июле 2018 г. года за вмешательство в процесс выдвижения кандидатов ее партии и растрату государственных средств, в интервью газете «Korea Times» целый ряд юристов на условиях анонимности назвали действия правящей партии подрывающими основы верховенства закона.

В свою очередь, ведущая оппозиционная партия «Свободная Корея» настаивает на том, что Ким Гён Су был справедливо осужден за серьезное преступление против демократии. Она уже провела митинг возле Голубого дома, где и. о. руководителя партии Ким Бен Чжун заявил, что процесс шел объективно и заявления демократов — нарушение независимости судебной власти и конституционного принципа разделения властей. Глава парламентской фракции На Гён Вон пошла дальше и назвала происходящее объявлением войны судебной системе РК.

На самом деле консерваторы замахиваются на большее и нацеливаются на Муна. На том же митинге Ким Бен Чжун сказал: «Доказано, что в президентской гонке была крупномасштабная фальсификация мнений», а глава парламентской фракции На Гён Вон заявила, что «президент Мун должен взять на себя политическую ответственность за это и принести публичные извинения». По ее мнению, Мун должен ответить на вопросы о Киме, который был ключевым агитатором за Муна, и показать, знал ли он о его причастности к фальсификации мнений. Дальше всех пошел председатель парламентского комитета по законодательству и судебной системе Сан Гю, открыто заявивший, что в отношении президента пора начинать расследование. Оппозиционная правоцентристская Партия Справедливого будущего также попросила Муна принести публичные извинения и призвала губернатора Кима уйти в отставку. СМИ ждут реакции президента. Общественность хочет знать, был ли он проинформирован о том, что происходит. Его молчание только подогревает общественное недоверие к его администрации и честности его кампании.

Как можно заметить, точка в этой истории пока не поставлена. Приговор может быть скорректирован судом более высокой инстанции, и, в зависимости от политической конъюнктуры, он может оказаться другим. Некоторые считают, что власть сделает всё возможное, чтобы губернатора Кима оправдали, и судебная система будет вынуждена подчиниться. Другие полагают, что на фоне ухудшающейся экономической ситуации позиции недругов Муна будут усиливаться и они постараются взять реванш, вплоть до проведения дополнительного расследования, которое позволит увеличить число обвиняемых. Наконец, есть точка зрения, что «ящерица сбросила хвост», и скандал постараются погасить — следствие закончено, забудьте.

На это указывает и то, что обвинения двух Кимов, по сути, оказались ограниченными, а их формулировки — округленными. Например, муссируется факт «накручивания» лайков, но при этом из внимания выводится то, какие именно материалы были «прорекламированы» подобным образом. Это важно, потому что таким образом гасится общественное внимание.

К сожалению, в открытой печати очень мало информации о том, что конкретно блогер и его команда «раскручивали» не только в преддверии выборов, но и во время политического кризиса, закончившегося импичментом Пак Кын Хе. Но напомним, что когда возмущенные скандальным делом Чхве Сун Силь граждане РК выходили на улицу, в формировании их активной жизненной позиции немаловажную роль сыграли материалы, появлявшиеся в Интернете и желтых СМИ.

Со ссылкой на «анонимные источники», хорошо знакомые с ходом следствия, они рисовали картины феерической распутинщины, представляя эти «факты» как нечто доказанное. Известная фраза о том, что «курсом президента управляли шаманки, гадалки и жиголо», описывает лишь часть подобных историй. Как оказывалось, Чхве Сун Силь планировала политические убийства, собиралась заменить олимпийский талисман тигра на собаку и т.д. Конечно, такие истории вызывали и подогревали возмущение масс, но если судить по обвинительному заключению и приговору суда, подавляющее большинство подобных материалов не то что не подтвердилось в ходе следствия, но даже и не рассматривалось им.

Конечно, сенсации такого рода скорее катализировали недовольство экс-президентом, которое существовало и до этого, однако именно они вывели на улицы разгневанные массы. С точки зрения некоторых представителей консервативных кругов, вся эта заведомая ложь придумывалась и вбрасывалась в Интернет или командой Ким Дон Вона, или иными группами политизированных блогеров по прямому указанию лиц из ближнего окружения Муна. Эти же блогеры принимали активное участие в кампании по очернению и оппозиционного лидера Ан Чхоль Су. Дело в том, что перед выборами Ан всерьез наступал Муну на пятки, и если рейтинг Муна составлял 40%, то у Ана он был 37%. Но тут в Сеть был вброшен мем о том, что Ан на самом деле «аватар Ли Мён Бака», и за неделю его рейтинг упал сначала до 30%, а потом и ниже.

В этом контексте история напоминает громкое дело «троллей в погонах», когда в 2012 г. руководство как гражданской, так и военной разведки давало своим сотрудникам прямые указания манипулировать общественным мнением в Интернете и настраивать его против кандидата от демократов, которым тогда и был Мун Чжэ Ин. Вон Се Хун, на тот момент глава национальной службы разведки, лично инициировал работу по противодействию оппозиции на выборах. По его указанию сотрудники разведки создали около 400 аккаунтов в Twitter, чтобы писать сообщения на тему президентских выборов или делиться сообщениями других пользователей. Сотрудники спецслужб жали нужные кнопки «за» или «против» на разных порталах, оставляли в соцсетях и на форумах комментарии, критикующие оппозиционных кандидатов и поддерживающие Пак Кын Хе.

Налицо было нарушение и Закона о выборах, и отдельного Закона о нейтралитете спецслужб (он был введен сразу же после окончания военной диктатуры и направлен на ограничение вмешательства органов безопасности в политику), запрещающего представителям разведки участвовать в политической деятельности в любой форме.

Расследование этой громкой истории началось еще при Пак Кын Хе, которая не слишком оценила вмешательство разведки в политическую жизнь страны, однако организатора манипуляций окончательно осудили только при Муне. Вон Сэ Хун был признан виновным в попытке вмешательства в выборы и получил четыре года тюрьмы, а не так давно по тому же обвинению осудили экс-министра обороны Ким Кван Чжина. Здесь же речь идет о похожих стратегиях, только вместо сотрудников спецслужб количество лайков увеличивало специально сконструированное программное обеспечение. При этом, если сравнивать результаты количественно, Ким Дон Вон и его команда оказались результативнее разведчиков.

Тем не менее когда скандал с «троллями в погонах» вскрылся, демократы во главе с Муном активно обвиняли власть в том, что Пак выиграла благодаря вмешательству спецслужб в процесс, поэтому необходимо провести новые выборы. «Отзеркаливая» сегодня тезис демократов о том, что «Пак Кын Хе не могла не знать о проделках своего ближнего круга, а, скорее, была к ним причастна», консерваторы метят в действующего президента, считая, что он мог стоять за подобного рода кампаниями по манипуляции и дезинформации. Естественно, что некоторые представители оппозиции уже объявили о намерении начать процесс импичмента президента, так как победу Муна можно посчитать незаконной. В конце концов, пять лет спустя именно так проигравшая партия Муна пыталась использовать дело «троллей в погонах». Но кажется, что шансов немного — в 2012 г. разрыв между кандидатами был существенно меньше. Даже если допустить, что благодаря вбросам Мун получил на 5 или 10‰ больше, чем должен был, разрыв между ним и его оппонентами все равно впечатляет.

Президентство Мун Чжэ Ина отнюдь не описывается фразой «Народ радостно приветствует межкорейское сближение и избавление от коррумпированной власти». В стране хватает и внутиполитических, и в первую очередь экономических проблем, из-за которых рейтинг Муна постоянно падает, делая рывок только в ситуациях, связанных с межкорейским или корейско-американским диалогом. При этом многое из того, что Мун делает во внутренней политике, напоминает действия консерваторов только с использованием несколько иных методов или структур. В такой ситуации любой громкий скандал или накопление громких скандалов может превратить Муна в «хромую утку» досрочно. Скандал с комментариями уже нанес ему неприятный удар — из-за «паралича» в парламенте ему не удалось вовремя закончить обсуждение своего проекта поправок в конституцию страны.

Однако рассуждения о том, что Мун или Ким давали блогеру прямые приказы «раскручивать фейк-новости» об экс-президенте, пока не получили полное подтверждение, а власть заранее принимает меры, чтобы «этот прием можно было использовать только один раз». Если факт целенаправленного вброса «фейков» окончательно подтвердится, нынешняя власть может столкнуться с кризисом легитимности.

Можно себе представить, что будет, если сотни тысяч людей, которые каждые выходные принимали участие в народных демонстрациях со свечами, поймут, что оказались пешками в циничных играх политиков и были управляемы специально раздутыми и фальшивыми новостями. В этом случае за одной волной требований импичмента президента может последовать вторая.

Пока вероятность этого не очень велика, хотя может резко увеличиться, если подозрения консерваторов получат подтверждение. В этом контексте ближайшей серьезной проверкой на прочность станут парламентские выборы 2020 г., к которым стороны активно готовятся. 2019 год будет в этом смысле для Муна решающим, поскольку даже сегодня у него нет достаточного большинства в парламенте. Если преимущества консерваторов усилятся, на многих планах придется поставить крест, и Муна может ждать участь Но Му Хёна, доживавшего последние годы своего президентства с очень низким рейтингом, а после отставки ставшего жертвой судебного преследования и покончившего с собой, чтобы не дискредитировать идеи, которым он служил.

Из этого следуют два важных вывода для российской аудитории и российской политики в регионе. С одной стороны, такая ситуация делает Муна заложником успешного развития процессов, ведущих к региональной разрядке, и курс на межкорейское сближение будет продолжен им ради собственного выживания. С другой — это же может означать, что преемник Муна на президентском посту с большой вероятностью будет из противоположного лагеря и, следуя логике фракционной борьбы, постепенно начнет сворачивать/отменять/дезавуировать инициативы Муна. Мы должны учитывать этот вариант и иметь «план Б» на случай изменения ситуации не в пользу действующего президента РК.


Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 4.2)
 (5 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся