Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 13, Рейтинг: 4.85)
 (13 голосов)
Поделиться статьей
Илья Спектор

Аспирант кафедры истории Южной Азии ИСАА МГУ, эксперт РСМД

С 11 апреля по 19 мая в Индии проходят парламентские выборы, которые уже называют «крупнейшим голосованием в истории человечества». Число избирателей, обладающих правом проголосовать за кандидатов в депутаты Лок сабхи (нижней палаты индийского парламента), превышает 900 млн. Голосование проходит в несколько фаз, окончательные результаты будут объявлены 23 мая.

Большая часть опросов отдают победу правящей Бхаратия джаната парти (БДП) и возглавляемому ей Национально-демократическому альянсу. Ни одно социологическое исследование не показывает, что оппозиционный Индийский национальный конгресс (ИНК) и поддерживающие его политические силы имеют шансы получить 272 мандата, которые необходимы для формирования правительства. С другой стороны, это совершенно не означает предрешенность результата проходящих индийских выборов. В конце 2018 г. БДП неожиданно потерпела тяжелое поражение на региональных выборах, уступив оппозиции ряд ключевых штатов в центре страны.

Выборам в индийских регионах и роли в них разнообразных «третьих сил» традиционно уделяется меньшее внимание, чем борьбе ИНК и БДП. Между тем с конца 1980-х гг. роль региональных партий только возрастает, и они часто становятся важными участниками общенациональных коалиций.

Опросы показывают, что региональные партии, не вошедшие в коалицию ни с БДП, ни с ИНК, могут получить до 140 мест в будущем парламенте — больше, чем на предыдущих выборах. Единственной альтернативой БДП большинством наблюдателей рассматривается только возвращение во власть ИНК, но политическая история Индии знает и другие примеры. В 1996–1998 гг. у власти находились правительства «Объединенного фронта» — широкой коалиции региональных партий. Конечно, сейчас такая ситуация представляется маловероятной. Зато вполне возможен вариант «подвешенного парламента», где БДП и ее союзники не будут иметь абсолютного большинства голосов. В этом случае премьер-министру Нарендре Моди придется идти на соглашение с региональными партиями, многие из которых ранее уже выступали в роли «делателей королей».

С 11 апреля по 19 мая 2019 г. в Индии проходят парламентские выборы, которые уже называют «крупнейшим голосованием в истории человечества». Число избирателей, обладающих правом проголосовать за кандидатов в депутаты Лок сабхи (нижней палаты индийского парламента), превышает 900 млн. Голосование проходит в несколько фаз, окончательные результаты будут объявлены 23 мая.

Большая часть опросов отдают победу правящей Бхаратия джаната парти (БДП) и возглавляемому ей Национально-демократическому альянсу. Ни одно социологическое исследование не показывает, что оппозиционный Индийский национальный конгресс (ИНК) и поддерживающие его политические силы имеют шансы получить 272 мандата, которые необходимы для формирования правительства. С другой стороны, это совершенно не означает предрешенность результата проходящих индийских выборов. В конце 2018 года БДП неожиданно потерпела тяжелое поражение на региональных выборах, уступив оппозиции ряд ключевых штатов в центре страны.

Выборам в индийских регионах и роли в них разнообразных «третьих сил» традиционно уделяется меньшее внимание, чем борьбе ИНК и БДП. Между тем с конца 1980-х гг. роль региональных партий только возрастает, и они часто становятся важными участниками общенациональных коалиций. Для понимания происходящего на индийских выборах 2019 г. следует проанализировать ситуацию в ряде ключевых штатов и союзных территорий, где ситуация не ограничивается противостоянием двух основных общенациональных партий.

Дели

Традиционно на выборах в Дели разворачивалось соперничество между Бхаратия джаната парти и Индийским национальным конгрессом. Но в 2013 г. в столичной политике появилась новая сила — Аам адми парти (Партия простого человека, ААП), возглавляемая Арвиндом Кеджривалом. Череда удачных для БДП региональных выборов в 2014–2015 гг. была прервана полным поражением на выборах в законодательное собрание Дели. БДП победила всего в трех столичных округах, ААП — в 67, а А. Кеджривал возглавил городское правительство.

Raj K Raj / Hindustan Times
Арвинд Кеджривал, лидер ААП

ААП выросла из массового антикоррупционного движения 2011 г. Основной мишенью протестов был ИНК и кабинет Манмохана Сингха, участники движения копировали гандистскую символику и методы организации массовых демонстраций. Лидер движения Анна Хазаре выступал против создания собственной партии. С другой стороны, группа активистов из крупных городов настаивала на создании политической силы, оппозиционной как ИНК, так и БДП.

Новая партия была создана в ноябре 2012 г. Во главе ААП стояли руководители ряда общественных организаций, в течение многих лет занимавшихся городскими проблемами — жизнью в трущобах, ростом платежей за воду и свет, коррупцией на низовом уровне. Создавался образ ААП как «партии нового типа», ориентировавшейся в основном на городское население и позиционировавшей себя как альтернативы «индусским коммуналистам» из БДП и «коррупционно-клановому» ИНК. Руководство ААП ведет активную работу в социальных сетях и поддерживает прочные связи с индийской диаспорой в США и Канаде.

В декабре 2013 г. ААП удалось сформировать в Дели правительство меньшинства, но оно продержалось менее двух месяцев. А. Кеджривал ушел в отставку с поста главы столичного правительства, не придя к компромиссу с ИНК и БДП в вопросе реформы антикоррупционного законодательства. В Дели было введено прямое президентское правление. Казалось, что на волне успеха Нарендры Моди в 2014 г. партия А. Кеджривала отойдет на второй план. Тем не менее выборы в феврале 2015 г. стали триумфом ААП, получившей 54,3% голосов делийских избирателей и право единолично формировать городское правительство. Влияние ИНК было практически сведено к нулю, а БДП оказалась в оппозиции.

ААП часто сравнивают с «новыми партиями» в Европе — «Подемосом» в Испании, «Движением пяти звезд» в Италии, «Сиризой» в Греции. Все эти движения выступают против традиционного политического истеблишмента, организуя сторонников через социальные сети. Многие нынешние руководители ААП пришли в партию из леворадикальных движений. Политически противники обвиняют А. Кеджривала в примиренческой позиции по отношению к кашмирским сепаратистам и наксалитам.

После победы в 2015 г. А. Кеджривал стал рассматриваться не только как политик городского уровня, но и как потенциальная альтернатива Нарендре Моди. Правда, для подтверждения этого статуса ААП придется выходить за пределы столицы. Партия весьма удачно выступила на региональных выборах в Панджабе в 2017 г., получила 24% голосов, но в правительство не попала.

Настоящие выборы стали важным шансом для А. Кеджривала показать себя лидером «третьей силы» и потенциальной альтернативой для тех, кому не нравятся «старые партии». Кандидаты от ААП поборются за победу в Панджабе, Хариане и Гоа, но ключевым регионом остается Дели, где партии необходимо отстоять свои позиции. ААП идет на выборы, обещая добиться для Дели статуса полноправного штата — эта тема, безусловно, является важной для части столичных избирателей. С другой стороны, за четыре года управления городом к правительству ААП накопилось немало претензий, чем не преминула воспользоваться в своей избирательной кампании БДП. Весомым минусом для А. Кеджривала является и то, что его переговоры с Конгрессом о «едином списке секулярных сил» в Дели зашли в тупик — ИНК выставил во всех столичных округах своих кандидатов. Их шансы на победу невелики, но сама ситуация играет на руку БДП.

Уттар-Прадеш

Выборы в Дели важны для БДП, скорее, с символической точки зрения, столица отправляет в парламент всего семь депутатов. Соседний же штат Уттар-Прадеш с населением в 200 млн человек дает 80 депутатов в Лок сабху. Без преувеличения можно сказать, что результаты выборов в Уттар-Прадеш будут оказывать решающее влияние на политический расклад после 23 мая.

Virendra Singh Gosain / Hindustan Times
Йоги Адитьянатх, глава правительства БДП в Уттар-Прадеш

На предыдущих общенациональных выборах в 2014 г. БДП одержала в Уттар-Прадеш полную победу. Доминирующее положение правящей партии было подтверждено и на выборах 2017 г., когда БДП получила 41,3% голосов избирателей и полностью контролируемое правительство. Тем не менее за два года ситуация изменилась, и сейчас выборы в Уттар-Прадеш проходят для БДП тяжело. Основным соперником этой партии выступает даже не Конгресс, а региональные политические силы.

Правительство БДП в Уттар-Прадеш возглавляет Йоги Адитьянатх. Его политическая биография весьма необычна даже для индусских националистов. Жрец известного индусского храма в Горакхпуре, участник движения за строительство храма Рамы в Айодхье, Йоги Адитьянатх является сторонником «жесткой линии» внутри БДП и курса на «Индию для индусов». Он открыто выражает неприязнь к религиозным меньшинствам, прежде всего, к мусульманам. Широкую известность получила борьба Йоги Адитьянатха за «возвращение исконных имен» — осенью 2018 г. Аллахабад, один из крупнейших городов штата, был официально переименован в Праяградж. Сторонники главы правительства Уттар-Прадеш также публично выступали за переименование и других городов, которые «носят имена оккупантов» — например, Аурангабада в Махараштре.

Йоги Адитьянатх выступает от имени БДП и не конфликтует с руководством партии открыто — тем не менее у части его однопартийцев такое поведение вызывает раздражение. За время своего нахождения у власти БДП научилась по-разному разговаривать с разными группами населения, не входящими в традиционный «шафрановый» электорат, — партию поддерживают даже отдельные группы мусульман, особенно шииты. Фигуры, подобные Йоги Адитьянатху, могут повлиять на электоральные перспективы БДП не в лучшую сторону. В 2018 г. дополнительные выборы в парламент прошли для БДП в Уттар-Прадеш неудачно — победу одержали местные партии, с которыми сейчас предстоит сражаться за весь штат.

На выборах весной 2019 г. БДП противостоит «Большой альянс» во главе которого находятся две партии — Самаджвади (Социалистическая) и Бахуджан самадж парти (Партия большинства народа). Между этими политическими силами достаточно много общего — Самаджвади и БСП опираются на поддержку низкокастовых групп и мусульманской общины, имея особенно сильные позиции в сельских округах. Лидеры обеих партий, Акхилеш Ядав и Маявати, в разное время возглавляли правительство Уттар-Прадеш. По данным социологических опросов, рейтинги БДП и партий «Большого альянса» примерно равны. В пользу «Большого альянса» в ряде округов снял своих кандидатов и Конгресс — взамен Самадвади и БСП не стали выдвигать свои кандидатуры в ключевых для ИНК округах (например, в Барели и Аметхи, где избираются лидеры Конгресса — Соня и Рахул Ганди).

Западная Бенгалия

Политический расклад в Калькутте всегда несколько отличался от ситуации в хиндиязычных штатах. В течение многих лет Западная Бенгалия была «красным бастионом» — в 1977–2011 гг. у власти в штате находилось правительство «Левого фронта», коалиции коммунистических и социалистических партий. Все эти годы основной оппозиционной силой в штате был Конгресс, БДП практически не имела влияния. Политическая ситуация стала меняться в конце 1990-х гг., когда Мамата Банерджи, одна из лидеров ИНК в Калькутте, вышла из Конгресса в знак протеста против избрания президентом партии «иностранки» Сони Ганди. Мамата Банерджи создала собственную политическую силу — «Тринамул конгресс». Новая партия базировалась на бенгальском регионализме, имевшем богатую почву в Калькутте. Популярность партии росла на критике правящих коммунистов, обещаниях социального равенства и личной харизме самой М. Банерджи. В 2011 г. «Тринамул конгресс» получила большинство голосов на региональных выборах, а М. Банерджи возглавила правительство Западной Бенгалии. На общенациональных выборах 2014 г. «Тринамул конгресс» стала четвертой по размеру политической силой в Лок сабхе, несмотря на то, что партия действовала практически исключительно в Западной Бенгалии и ряде прилежащих районов с преобладающим бенгальским населением.

in.com
Мамата Банерджи, лидер Тринамул конгресс

Перед нынешними выборами Мамата Банерджи чувствует себя достаточно уверенно — рейтинги коммунистов, ее традиционных противников, падают все ниже, конгресс также не представляет существенной угрозы. Главным соперником «Тринамул конгресса» на выборах 2019 г. стала БДП. Для Нарендры Моди Мамата Банерджи — яркий оппозиционный политик, контролирующий ключевой штат c девяностомиллионным населением, — неудобная фигура. Еще недавно роль БДП в штате была минимальной, но после 2014 г. индусские националисты начали распространять влияние на все регионы страны. Теперь в планы БДП входит если не победа на выборах в Западной Бенгалии, то хотя бы существенное ограничение влияния Маматы Банерджи.

Непосредственно перед началом выборов Нарендра Моди посетил Калькутту и выступил на партийном митинге. Премьер-министр обвинил главу западнобенгальского правительства в коррупции и семейственности — президентом Тринамул конгресса недавно был избран племянник Маматы Банерджи Абхишек. М. Банерджи не осталась в долгу и сравнила Н. Моди с перелетной птицей, которая оказывается в Калькутте и вспоминает о бенгальских проблемах только перед выборами. Также она выразила неудовольствие по поводу того, что федеральные органы власти присылают в Западную Бенгалию чиновников небенгальского происхождения.

Последние социологические опросы дают Тринамул конгрессу 40–45% голосов западнобенгальских избирателей, а БДП — чуть более 30%.

Тамилнаду

Южный штат Тамилнаду примечателен той небольшой ролью, которую здесь играют любые общенациональные партии. После того, как в конце 1960-х гг. в штате была отстранена от власти ИНК, правительство в Ченнаи контролировали выходцы из местных националистических организаций. Тамильский национализм основан на противопоставлении северянам общности четырех дравидских народов. Также для тамильского национализма характерно крайне отрицательное отношение к официальному статусу языка хинди.

С начала 1970-х гг. политическая борьба в Тамилнаду разворачивается между двумя тамильскими националистическими организациями — Федерацией дравидского прогресса (ДМК) и отколовшейся от нее Всеиндийской федерацией дравидского прогресса им. Аннадураи (АИАДМК). С 2011 г. АИАДМК возглавляет правительство штата. Обе крупнейшие тамильские партии заключают ситуационные союзы с общенациональными политическими силами в зависимости от текущей политической обстановки, поддерживая в Дели Конгресс или БДП.

indiatimes.com
М. К. Сталин, лидер ДМК

Еще одной характерной чертой тамильской политики является значительная роль, которую здесь играют выходцы из кинобизнеса. Кино было важнейшим инструментом пропаганды тамильской национальной идеи, практически все главы правительств в Тамилнаду с начала 1970-х гг. либо были бывшими актерами или режиссерами, либо имели тесные финансовые связи с т. н. Колливудом — центром тамильской кинематографии.

Джаярам Джаялалита, звезда тамильского кино 1970-х гг., пять раз возглавляла правительство штата и приводила к победе на выборах партию АИАДМК. В последний раз Дж. Джаялалита выиграла выборы в мае 2016 г. и вновь была приведена к присяге в качестве главы правительства штата. Сейчас АИАДМК переживает кризис и с большой долей вероятности проиграет выборы оппозиционному ДМК, чей лидер М. К. Сталин заключил предвыборный альянс с Конгрессом. В ответ АИАДМК возобновила альянс с БДП, но вряд ли это сможет исправить ситуацию — индусские националисты в штате крайне непопулярны, и поддержка Нарендры Моди может даже отрицательно сказаться на рейтингах АИАДМК. По всем соцопросам, ДМК существенно опережает своих противников и может рассчитывать на получение в новом парламенте фракции из 15-20 депутатов. В том маловероятном случае, если Конгрессу представится шанс сформировать правительство, ДМК сможет стать его ключевым партнером.

Опросы показывают, что региональные партии, не вошедшие в коалицию ни с БДП, ни с ИНК, могут получить до 140 мест в будущем парламенте — больше, чем на предыдущих выборах. Единственной альтернативой БДП большинством наблюдателей рассматривается только возвращение во власть ИНК, но политическая история Индии знает и другие примеры. В 1996–1998 гг. у власти находились правительства «Объединенного фронта» — широкой коалиции региональных партий. Конечно, сейчас такая ситуация представляется маловероятной. Зато вполне возможен вариант «подвешенного парламента», где БДП и ее союзники не будут иметь абсолютного большинства голосов. В этом случае премьер-министру Нарендре Моди придется идти на соглашение с региональными партиями, многие из которых ранее уже выступали в роли «делателей королей».


Оценить статью
(Голосов: 13, Рейтинг: 4.85)
 (13 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся