Финляндия: ядерный выбор

1 июля 2026 г. в Финляндии вступили в силу поправки в закон об атомной энергии, которые отменяют запрет на ввоз, изготовление, хранение и использование ядерного оружия на территории страны. Финские официальные лица неоднократно подчеркивали, что у страны нет непосредственных планов размещения ядерного оружия на своей территории в мирное время. Однако, несмотря на заверения в исключительно оборонительном характере этих реформ, перед НАТО открываются новые обширные перспективы для расширения военной инфраструктуры на одном из самых протяженных участков границы с Россией.

В стране исторически сформирован жесткий межпартийный консенсус по ключевым вопросам национальной безопасности и внешней политики, и сильные колебания рейтингов и переход партий из власти в оппозицию редко ведут к пересмотру стратегического курса. Вопрос о вступлении в НАТО был встречен единодушно, однако гипотетическое размещение самого смертоносного оружия на своей территории — кардинально новый шаг в политике безопасности. Ускоренное принятие поправок может трактоваться как политическая декларация в преддверии парламентских выборов в апреле 2027 г.

Обновив инфраструктуру, перейдя на новый уровень военного сотрудничества с США и получив парк истребителей, способных нести ядерное оружие, Финляндия демонстрирует более тесную вовлеченность в вопросах ядерного сдерживания НАТО. Однако Хельсинки не планирует обзаводиться своим собственным оружием массового поражения, а намерения других ядерных держав хранить его в Финляндии не столь очевидны. Во-первых, ввиду географического положения — потенциальная база таких вооружений будет находиться в непосредственной близости от России и станет одной из первых, которая будет быстро уничтожена в случае конфликта с Москвой. Во-вторых, остаются неясными аспекты планирования американской стороны — в мае 2026 г., по сообщениям СМИ, Вашингтон отказался от развертывания ракет средней дальности в Германии, а в августе того же года приступил к разработке вариантов пересмотра присутствия военных США в Европе.

Вопрос о размещении ядерного оружия на территории Финляндии будет решаться не в Хельсинки и не в других северных столицах, а в одной из ядерных стран — членов НАТО, готовых разместить элементы своих стратегических сил за рубежом. Французская инициатива пока находится на стадии обсуждения, хотя в Северной Европе свою заинтересованность уже выразили Швеция, Дания и Норвегия. Не случайным выглядит тот факт, что предложение министра обороны Антти Хяккянена прозвучало через три дня после выступления Эмманюэля Макрона о новой ядерной доктрине Франции. Американская политика по размещению ядерного оружия в Европе также не претерпевает существенных изменений не только по причине торжествующего изоляционизма во внешней политике администрации Дональда Трампа, но и потому, что ядерное оружие в Финляндии станет крайне эскалационной мерой в крайне испорченных отношениях между Россией и Западом. Российские официальные лица неоднократно публично заявляли о том, что Россия будет учитывать в своем военном планировании возможность появления на территории Финляндии оружия массового поражения. Наиболее вероятные последствия — укрепления Ленинградского военного округа, восстановленного в 2024 г. после расширения НАТО в Скандинавском регионе.

Высшие официальные лица Финляндии как до принятия поправок, так и после утверждали и продолжают заверять, что речь идет исключительно об оборонных целях, и страна не планирует размещать такое оружие в мирное время. Однако эта оговорка так и остается в устной форме и не закреплена законодательно как жесткий запрет, что теоретически не мешает финскому руководству нагнать новую волну «российской угрозы», прибегнуть к помощи ядерных держав НАТО в мирное время и объяснить это жизненно важной необходимостью усилить национальную безопасность.

1 июля 2026 г. в Финляндии вступили в силу поправки в закон об атомной энергии, которые отменяют запрет на ввоз, изготовление, хранение и использование ядерного оружия на территории страны. Финские официальные лица неоднократно подчеркивали, что у страны нет непосредственных планов размещения ядерного оружия на своей территории в мирное время. Однако, несмотря на заверения в исключительно оборонительном характере этих реформ, перед НАТО открываются новые обширные перспективы для расширения военной инфраструктуры на одном из самых протяженных участков границы с Россией.

Никита Белухин:
Свобода от нейтралитета: как понять трансформацию северной стратегии безопасности

«За» и «против»

17 июня 2026 г. предложение правительства о поправках в законодательство поддержали 125 депутатов Эдускунты, 61 проголосовал против, еще 13 отсутствовали. Строго «за» выступили члены правящей правой коалиции — консервативная Национальная коалиция (44 поддержали; к ней принадлежит нынешний премьер-министр Петтери Орпо и президент Александер Стубб, хотя глава государства после вступления в должность формально является независимым), правопопулистская «Истинные финны» (41; одни из ее видных членов — нынешний спикер Эдускунты и бывший лидер партии Юсси Халла-ахо, а также нынешний лидер и заместитель премьер-министра Риикка Пурра), правоцентристская Шведская народная партия (10), консервативная «Христианские демократы» (5), а также из оппозиции — аграрно-либеральная «Финляндский центр» (22) и представляющая одного депутата либеральная партия «Движение сейчас». «Против» — главная оппозиционная Социал-демократическая партия (39), «Зеленые» (12) и Левый союз (10). Среди аргументов сторонников — необходимость обеспечить оборону Финляндии как члена НАТО и в полной мере использовать оборонные механизмы альянса и механизмы сдерживания, отсутствие в большинстве стран блока подобных финским правовых ограничительных мер. Оппозиция критиковала правительство за излишнюю торопливость при принятии решения, стремлении отодвинуть малые партии при принятии решения, указывала на уязвимое географическое положение страны, а также на тот факт, что Финляндия после вступления в НАТО в 2023 г. уже защищена силами ядерного сдерживания блока и в принятии поправок нет необходимости. «Финляндский центр» изначально присоединился к оппозиции, обвинив правительство в стремлении решить вопрос как можно быстрее и без обсуждения с противоположным лагерем, однако позже согласился с поправками при условии, что ядерное оружие не будет размещаться на постоянной основе в мирное время.

Население страны воспринимало перемены не так единодушно. В 2023 г. опрос Хельсинкского университета показал, что лишь 27% опрошенных согласились бы с транспортировкой ядерного оружия через территорию страны, а его хранение — только 14%. Исследование издания Helsingin Sanomat в марте 2026 г. выявило 34% сторонников хранения ядерного оружия, при этом отмечалась поляризация по партийной линии: за размещение выступили 62% сторонников Национальной коалиции, в то время как 61% социал-демократов и 81% сторонников Левого союза выступили против.

Министр обороны Антти Хяккянен назвал изменения «исторической реформой, которая укрепляет безопасность Финляндии и НАТО в целом», президент Александер Стубб заявил, что «речь идет о ядерном сдерживании — сдерживающем факторе, призванном гарантировать, что такое оружие никогда не придется применять», и добавил, что в мирное время ядерного оружия на территории страны не будет. Еще в ноябре 2025 г., выступая перед военными, финский лидер отмечал, что «мы вступили в новую ядерную эпоху, где роль ядерного оружия возрастает», упомянув при этом, что «оценка нашей обстановки в сфере безопасности начинается с России».

Сергей Андреев:
Финляндия — 2026: тотальная оборона, новые резервы и ядерное оружие

В стране исторически сформирован жесткий межпартийный консенсус по ключевым вопросам национальной безопасности и внешней политики, и сильные колебания рейтингов и переход партий из власти в оппозицию редко ведут к пересмотру стратегического курса. Вопрос о вступлении в НАТО был встречен единодушно, однако гипотетическое размещение самого смертоносного оружия на своей территории — кардинально новый шаг в политике безопасности. Ускоренное принятие поправок может трактоваться как политическая декларация в преддверии парламентских выборов в апреле 2027 г. Социологические данные телерадиокомпании Yle от августа этого года демонстрируют растущий отрыв социал-демократов (23,8%) от лидеров прошлых выборов в лице Национальной коалиции (17% — минимум с прошлых выборов 2023 г.). Оппозиционные центристы и Левый союз продолжают терять популярность (12,7% и 10,3% соответственно), но ее восстанавливает националистическая партия «Истинные финны» (15,6%), но ей еще далеко до результатов на прошлых выборах (20,1%). Другое исследование того же месяца демонстрирует неприятие нынешней правящей коалиции (ее поддержали только 2% опрошенных), в лидерах — вариант объединения социал-демократов с «зелеными» (13%), сторонники центристов также предпочли бы коалицию с левыми партиями. Теоретически парламент может откатить назад в вопросе ядерного оружия, однако для этого потребуется стойкое большинство из противников нынешних поправок из левого политического спектра Финляндии (чего пока не наблюдается), либо долгие переговоры и поддержка со стороны центристов, поддержавших, хотя и с оговорками, законодательные изменения.

Кто и где будет размещать

Несмотря на отсутствие планов размещения ядерного оружия, Финляндия с 2023 г. значительно укрепила и расширила военное сотрудничество в рамках НАТО, а также продолжает расширять военное инфраструктуру и оборонные закупки, которые в будущем могут быть использованы для развертывания более совершенных видов вооружений. Из трех ядерных держав НАТО (Великобритания, США и Франция) только США предоставляли оружие для совместного использования. В рамках совместных ядерных миссий НАТО (NATO nuclear sharing) европейские союзники предоставляют истребители, оснащенные для переноса ядерного оружия, а также подготовленных пилотов и наземный персонал, но только командование США может принять решение о его применении. С США у Финляндии с 1 сентября 2024 г. действует соглашение о сотрудничестве в области обороны (DCA), которое предоставило вооруженным силам США доступ к 15 военным объектам в Финляндии, включая 4 авиабазы, военно-морскую базу и складские зоны. США могут размещать там военную технику, боеприпасы и личный состав, а также возводить собственные инфраструктурные объекты. Формально суверенитет Финляндии над этими базами сохраняется, однако оставлена возможность прописать объекты и территории, которые могут использоваться исключительно США. На одной из баз — в лапландском Рованиеми (147 км по прямой до границы с РФ, 413 км — до Мурманска, 765 км — до Санкт-Петербурга) — 1 октября 2026 г. ожидается церемония передачи первых многоцелевых истребителей пятого поколения F-35A, способных нести термоядерную авиабомбу B61-12 мощностью до 50 килотонн (контракт на поставку 64 боевых машин был заключен еще в феврале 2022 г.). Помимо обновленной инфраструктуры базы в Рованиеми, в стране в октябре 2025 г. завершили строительство завода по сборке и обслуживанию двигателей истребителей F-35A, а также активизировали работы на авиабазе Риссала Карельского авиакрыла (135 км по прямой до границы с РФ и 360 км — до Петрозаводска и Санкт-Петербурга), где первые F-35A должны прибыть в 2028 г. Полная оперативная готовность истребителей на ВВС Финляндии ожидается к концу 2030 г.

Владислав Белов:
Европейская архитектура безопасности: французская ядерная инициатива и трансформация позиции Германии

Обновив инфраструктуру, перейдя на новый уровень военного сотрудничества с США и получив парк истребителей, способных нести ядерное оружие, Финляндия демонстрирует более тесную вовлеченность в вопросах ядерного сдерживания НАТО. Однако Хельсинки не планирует обзаводиться своим собственным оружием массового поражения, а намерения других ядерных держав хранить его в Финляндии не столь очевидны. Во-первых, ввиду географического положения — потенциальная база таких вооружений будет находиться в непосредственной близости от России и станет одной из первых, которая будет быстро уничтожена в случае конфликта с Москвой. Во-вторых, остаются неясными аспекты планирования американской стороны — в мае 2026 г., по сообщениям СМИ, Вашингтон отказался от развертывания ракет средней дальности в Германии, а в августе того же года приступил к разработке вариантов пересмотра присутствия военных США в Европе. Глава Белого дома Дональд Трамп неоднократно выражал недовольство теми союзниками, которые, по его мнению, недостаточно ему помогали в конфликте с Ираном, финский лидер же охарактеризовал действия США как «вне рамок международного права». Вице-президент Джей Ди Вэнс, комментируя в мае 2026 г. сообщения о сокращении контингента в Польше, прямо заявил, что внешняя политика Соединенных Штатов направлена на повышение степени независимости Европы от Вашингтона и призвал европейских союзников больше вкладываться в свою оборону и суверенитет.

2 марта 2026 г. о «продвинутом ядерном сдерживании» объявила другая ядерная держава НАТО — Франция. Концепция подразумевает совместные учения со странами-партнерами, а также размещение элементов стратегических сил Франции на территории других стран Европейского континента. Париж также намерен увеличить свой ядерный арсенал, переставая раскрывать его точный размер. Также Франция — единственная страна в Европе, обладающая по-настоящему независимым стратегическим ядерным потенциалом, поскольку ядерные боеголовки другой ядерной державы альянса — Великобритании — должны доставлять ракеты Trident, которые производятся и обслуживаются в США. Премьер-министр Петтери Орпо и министр обороны Антти Хяккянен положительно оценили инициативу. О заинтересованности в обсуждении в долгосрочной перспективе расширения французского «ядерного зонтика» на всю Европу также заявила министр иностранных дел Элина Валтонен. Однако присоединение к данной инициативе столкнется с техническими трудностями — Франция не оснащает американские истребители F-35 ядерными боеголовками собственного производства, полагаясь вместо этого на собственные самолеты Dassault Rafale. В то же время Финляндия ранее уже встречала французскую технику на своей территории — в январе – феврале 2019 г. Dassault Aviation проводила испытания Rafale в условиях низких температур на авиабазе Рованиеми, в октябре–ноябре 2022 г. Франция приняла участие в финских военно-воздушных учениях Täppä 22, отрабатывая свою доктрину рассредоточения MORANE (дозаправка, перевооружение и эксплуатация истребителей Rafale с альтернативных мест базирования в условиях холодного климата при минимально подготовленной инфраструктуре), в июне 2025 г. Финляндия приняла на своей территории учения Atlantic Trident 25, где, в частности, принимали участие Rafale.

«Опция НАТО» в ядерном исполнении

Финляндия продолжает интеграцию в военную систему НАТО и стремится играть ведущую роль в сдерживании России на северо-восточном фланге альянса. Такие действия следует рассматривать, прежде всего, как политическую демонстрацию готовности в полной мере участвовать в ядерном планировании НАТО. У страны до недавнего времени действовало наиболее жесткое законодательство в сфере ядерного нераспространения. Одной из заявленных причин его изменения называлась необходимость его унификации с ближайшими союзниками — странами Северной Европы, задействованных в формате NORDEFCO. Самое его успешное направление — формирование объединенной группировки военно-воздушных сил северных стран — в марте 2023 г. командующие ВВС Швеции, Норвегии, Финляндии и Дании подписали декларацию о намерениях по созданию единой скандинавской системы управления четырьмя воздушными флотами (впоследствии стала известна как Nordic Airpower Concept, NAPC), два года спустя в объединенном центре управления воздушными операциями в норвежском Боде было создано отдельное Северное подразделение, задачей которого поставлена разработка и внедрение концепции NAPC. Также в 2024 г. финские ВВС впервые приняли участие в учениях НАТО по ядерному сдерживанию Steadfast Noon, дебют Швеции состоялся в 2025 г.

Михаил Лучина:
Об ограниченном применении ядерного оружия

Вопрос о размещении ядерного оружия на территории Финляндии будет решаться не в Хельсинки и не в других северных столицах, а в одной из ядерных стран — членов НАТО, готовых разместить элементы своих стратегических сил за рубежом. Французская инициатива пока находится на стадии обсуждения, хотя в Северной Европе свою заинтересованность уже выразили Швеция, Дания и Норвегия. Не случайным выглядит тот факт, что предложение министра обороны Антти Хяккянена прозвучало через три дня после выступления Эмманюэля Макрона о новой ядерной доктрине Франции. Американская политика по размещению ядерного оружия в Европе также не претерпевает существенных изменений не только по причине торжествующего изоляционизма во внешней политике администрации Дональда Трампа, но и потому, что ядерное оружие в Финляндии станет крайне эскалационной мерой в крайне испорченных отношениях между Россией и Западом.

Российский МИД уже заявил о том, что Россия будет учитывать в своем военном планировании возможность появления на территории Финляндии оружия массового поражения. Потенциальное размещение ядерных вооружений или средств их доставки вблизи границ сокращает подлетное время ударных систем до ключевых политических, экономических и военных центров Северо-Западного федерального округа России, следовательно – остается меньше времени для реагирования и принятия решений в случае эскалации кризиса. Ликвидация многолетнего безъядерного статуса Финляндии стирает прежние доверительные механизмы времен окончания холодной войны. Наиболее вероятные последствия — укрепления Ленинградского военного округа, восстановленного в 2024 г. после расширения НАТО в Скандинавском регионе.

Ситуация с ядерным оружием напоминает историю отношений Хельсинки с североатлантическим альянсом, известную в ряде СМИ как «опция НАТО» (Nato-optio). На протяжении десятилетий в Хельсинки придерживалось позиции, согласно которой Финляндия имеет открытое, суверенное право подавать заявку на членство в НАТО всякий раз, когда сочтет это необходимым для национальной безопасности, однако не использует эту возможность. Страна тем временем перестраивала свои вооруженные силы под стандарты альянса (политическая часть давно отвечала требованиям НАТО) и углубляла интеграцию с Западной Европой, но оставалась неприсоединившейся, чтобы сбалансировать отношения с Россией. Негативная реакция на события 2014 г. на Украине и обвинения в адрес России в «агрессии» изменили отношение населения к НАТО, но явное большинство сторонников вступления в альянс образовалось только в 2022 г. Нынешние поправки в законодательство на первый взгляд выглядят как политическая декларация в адрес Вашингтона с призывом не сокращать участие в военных делах Европы и технический шаг с целью привести свои правовые нормы в соответствие с другими странами НАТО. Народная поддержка нахождению ядерного оружия в стране среди финнов остается низкой, но в начале 2000-х гг. в отношении вступления в НАТО она была еще ниже, а события 2014 и 2022 гг. на Украине трактовались финским руководством исключительно в ключе «российской угрозы», что в итоге и сломило общественное мнение в пользу более тесной дружбы с Западом. Россия в официальных документах и военных стратегиях открыто воспринимается как главная угроза национальной безопасности, поэтому Хельсинки готово идти на экстраординарные меры, даже в вопросах оружия массового поражения.

Дмитрий Тренин:
У последней черты

«Опция НАТО» в условиях нынешних поправок представляет собой новую стратегическую неопределенность, где нет юридических препятствий, но также неочевидны намерения ядерных держав НАТО размещать такие вооружения в Финляндии. Для США основной внешнеполитической проблемой остается Иран, и поведение союзников Вашингтона — объект пристального внимания со стороны лично Дональда Трампа. Правящая Республиканская партия США на фоне исторически слабого рейтинга Трампа испытывает серьезное давление в преддверии промежуточных выборов в Конгресс в ноябре 2026 г. Их противники демократы последовательно голосуют за давление на Россию, и возможное изменение расстановки сил в Конгрессе рискует внести серьезные коррективы в изоляционистский принцип администрации Трампа «Америка прежде всего». Апрель 2027 г. — выборы президента во Франции, и Эмманюэль Макрон, чей второй и последний президентский срок завершается, резко форсирует изменения в ядерной доктрине страны, что напрямую связано с внутриполитическим кризисом и давлением со стороны правых сил. На фоне растущих рейтингов Марин Ле Пен, Макрон стремится продемонстрировать жесткую позицию лидера, способного гарантировать национальную и общеевропейскую безопасность, и для него критически важно оставить после себя автономную от США архитектуру европейской безопасности, где Франция займет центральное место как единственная ядерная держава Евросоюза. Еще один момент неопределенности касается размещения оружия в мирное время. Высшие официальные лица Финляндии как до принятия поправок, так и после утверждали и продолжают заверять, что речь идет исключительно об оборонных целях, и страна не планирует размещать такое оружие в мирное время. Однако эта оговорка так и осталась в устной форме и не была закреплена законодательно как жесткий запрет, что теоретически не мешает финскому руководству нагнать новую волну «российской угрозы», прибегнуть к помощи ядерных держав НАТО в мирное время и объяснить это жизненно важной необходимостью усилить национальную безопасность. Хельсинки будет долго, планомерно, не афишируя в СМИ подгонять свою военную инфраструктуру под хранение ядерного оружия и продолжать участвовать в военных учениях по отработке применения таких вооружений. После чего будет достигнута необходимая оперативная совместимость, а окончательное решение — переноситься на потом, но с учетом прошедшей подготовки оно будет имплементировано в максимально короткие сроки.