Какую бы форму ни принял будущий мировой порядок, культура укрепит в нем свою определяющую роль
Специальный представитель президента Российской Федерации по международному культурному сотрудничеству, посол по особым поручениям, член РСМД
Краткая версия
Какую бы форму ни принял будущий мировой порядок, культура укрепит свою определяющую роль в международных отношениях. Отчасти потому, что в иерархии приоритетов последних пятнадцати лет политические интересы серьезно потеснили экономические амбиции. Политика, словно опровергая классиков марксизма-ленинизма, в ряде случаев перестала быть концентрированным выражением экономики. Вопрос смыслов оказался важнее скачков биржевых котировок. Хотя бы на словах. Социокультурные ценности вошли в политический словарь, стали неотъемлемой частью представлений о национальном суверенитете, об идентичности нации.
Полная версия
Какую бы форму ни принял будущий мировой порядок, культура укрепит свою определяющую роль в международных отношениях. Отчасти потому, что в иерархии приоритетов последних пятнадцати лет политические интересы серьезно потеснили экономические амбиции. Политика, словно опровергая классиков марксизма-ленинизма, в ряде случаев перестала быть концентрированным выражением экономики. Вопрос смыслов оказался важнее скачков биржевых котировок. Хотя бы на словах. Социокультурные ценности вошли в политический словарь, стали неотъемлемой частью представлений о национальном суверенитете, об идентичности нации.
Необходимость защиты разнообразия и самоопределения культуры получают радикальное выражение в феномене индигенизации, в буквальном смысле - "отуземливании" - социокультурных кодов. Термин теоретической антропологии за последние полвека получил реальный политический смысл. Глобализация в качестве серьезного противовеса получила стремление к возрождению культурного самоопределения, суверенизации этнического и религиозного самосознания. Не случайно Европейский союз в уставных документах не взял на себя заботу об универсальной "европейской культуре", возложив ответственность на национальные правительства. Французы не хотят быть немцами, а итальянцы - испанцами. Аналогичные процессы происходят во всех регионах мира.
Сэмюэл Хантингтон в "Столкновении цивилизаций" особую роль отводит новым процессам в мировой культурной жизни. "Распределение культур в мире отражает распределение власти. (...) Европейский колониализм позади, американская гегемония сходит на нет. Далее следует свертывание западной культуры, по мере того как местные, исторически сложившиеся нравы, языки, верования и институты вновь заявляют о себе. Усиление могущества не-западных обществ, вызванное модернизацией, приводит к возрождению не-западных культур во всем мире".
Не-европейская и не-американская интеллигенция, получившая университетское образование по европейским или американским стандартам, проповедует возрождение своих этнических культур, противостоящих западным культурным моделям, претендующим на универсальность. Английский социолог Рональд Дор в середине 1980-х для описания этого процесса использует термин "вторичная индигенизация", лидерами которой нередко становятся выпускники Оксбриджа или американской Лиги плюща. Справедливости ради следует заметить, что задолго до Дора и Хантингтона этот феномен описывал Н.С. Трубецкой в своем труде "Европа и человечество", опубликованном в Софии в 1920 году. Он также возлагал особые надежды на не-европейских и не-американских интеллигентов, получивших западное образование.
Важно понимать, что многополярный мир, который предполагает не только культурную, но и военно-политическую, и экономическую суверенизацию всех субъектов международного права, должен обладать разнообразными и надежными формами коммуникаций. Для его устойчивого существования, прежде всего для предотвращения военных конфликтов, необходим постоянный многосторонний и двусторонний диалог. Задача необычайной сложности, требующая высочайшей политической и дипломатической культуры, профессионализма и способности анализировать огромное количество информации. Она потребует виртуозов, находящихся в состоянии постоянной готовности к решению неведомых прежде проблем.
Уже поэтому сохранение и развитие многообразных национальных культур и языков не должно привести к "феномену строителей Вавилонской башни". По состоянию на 2022 год в мире насчитывалось более 7150 языков. При этом человечество в основном использует 40 языков, что тоже немало. Сохранение многоязычия - важнейшее условие культурного разнообразия. Но диалог культур предполагает поиск общих ценностей, которые создают предпосылки для устойчивого контакта между этносами и государствами. Он требует некого общего языка, который будет понятен всем. И если вопрос об общечеловеческих ценностях остается предметом критической дискуссии из-за опасности размывания этнического, религиозного и этического разнообразия, то универсализм научного знания, высоких технологий, пожалуй, что не вызывает сомнений. Хотя есть и противники, усматривающие в этом "заговор мирового правительства".
Наука - часть культуры. Современное научное знание, вобравшее в себя открытия китайских, персидских и арабских мудрецов, связано с европейской традицией, неотъемлемой частью которой является русская научная мысль. Советские и российские ученые в ХХ и ХХI веках были участниками мировой научной гонки, в которой нередко выходили победителями, умножая созидательную силу знания. Использование высоких технологий, в том числе и искусственного интеллекта, для сохранения и развития национальных культур, предполагает формирование общего языка коммуникаций, необходимого для всех каналов связи.
И все же не стоит забывать о том, что понятие жизни и смерти как фундаментальная оппозиция существует во всех культурах мира. Даже если земное бытие может казаться неистинным и мимолетным.
Источник: Российская газета