Российские банки без долларовых транзакций

В настоящий момент существует вероятность введения новых ограничительных мер в отношении российского банковского сектора со стороны США. В частности, американские сенаторы грозят исключить ВТБ и Сбербанк из долларовой зоны. В случае принятия законопроекта по санкциям эти институты более не смогут обслуживать свои обязательства за границей.

Рассматривая вопрос о последствиях возможного введения санкций на крупнейшие российские банки, целесообразно выявить системные проблемы зависимости экономики России, в целом, и банковского сектора, в частности, от финансовых потоков в долларах США.

Прежде всего необходимо отметить, что на сегодняшний день доллар США является основной валютой платежа по внешнеторговым контрактам Российской Федерации. В долларах США номинировано около 70% всей валютной выручки от экспорта товаров и услуг, причем в расчетах со странами дальнего зарубежья достигает почти ¾.

С учетом консервативности традиций делового оборота в использовании долларовых расчетов за поставки углеводородов, создать альтернативу в виде использования иных, отличных от доллара США, валют крайне сложно. По-видимому, пересмотр валюты контракта и валюты платежа может быть осуществлен не ранее, чем закончится срок действующих контрактов, реально на это уйдет не менее 3–5 лет.

Тесно увязана с первой и вторая проблема: высокая зависимость от долларов США отечественного финансового сектора и прежде всего — системно значимых российских банков. На сегодняшний день на задолженность в долларах США приходится более половины всего российского внешнего долга.

Однако потребность российских банков в долларах США не исчерпывается обслуживанием внешней торговли и погашением внешнего долга. Отечественные кредитные организации обязаны поддерживать сбалансированную структуру своего баланса.

Проблема усугубляется тем, что ответных рычагов воздействия на США у российских банков практически нет. Дело в том, что «зеркальный» внешний долг российских банков, номинированный в долларах США, перед иностранцами существенно ниже чем «наши» активы за рубежом.

Таким образом, возможные ограничения на долларовые расчеты системообразующих российских банков по-видимому вызовет ряд сложно разрешимых в краткосрочном периоде проблем. В их числе — ограничение в расчетах за экспортные контракты, возможные проблемы с обслуживанием клиентских счетов, в том числе счетов физических лиц, номинированных в долларах США, наконец — прямые потери от замораживания российских активов.

Пожалуй, наиболее перспективным с точки зрения ограничения рисков отказа американских контрагентов от осуществления долларовых транзакций российских банков является их возможный переход на обслуживание в Банк России. В этом случае долларовые счета системообразующих банков переводятся на баланс центрального банка. Все внутрибанковские расчеты между клиентами-резидентами осуществляются на уровне внутрибанковских проводок, а через зарубежные счета Банка России, открытых в том числе, в банках США, осуществляется движение лишь окончательного сальдо расчетов.

В настоящий момент существует вероятность введения новых ограничительных мер в отношении российского банковского сектора со стороны США. В частности, американские сенаторы грозят исключить ВТБ и Сбербанк из долларовой зоны. В случае принятия законопроекта по санкциям эти институты более не смогут обслуживать свои обязательства за границей.

Рассматривая вопрос о последствиях возможного введения санкций на крупнейшие российские банки целесообразно выявить системные проблемы зависимости экономики России в целом, и банковского сектора в частности от финансовых потоков в долларах США.

Прежде всего, необходимо отметить, что на сегодняшний день доллар США является основной валютой платежа по внешнеторговым контрактам Российской Федерации. В соответствии с обычаями делового оборота углеводородное сырье, а это большая часть отечественного экспорта (60%), котируется в долларах США и как правило предполагает расчеты в долларах США. Как ни парадоксально, 80% расчетов за углеводороды с европейскими партнерами осуществляется именно в американской валюте.

Как видно из представленной ниже таблицы, в долларах США номинировано около 70% всей валютной выручки от экспорта товаров и услуг, причем в расчетах со странами дальнего зарубежья достигает почти ¾.

Таблица 1. Валютная структура расчетов за поставки товаров и оказание услуг по внешнеторговым договорам (в процентах к итогу)

Источник: Центральный банк Российской Федерации

С учетом консервативности традиций делового оборота в использовании долларовых расчетов за поставки углеводородов, создать альтернативу в виде использования иных, отличных от доллара США, валют крайне сложно. По-видимому, пересмотр валюты контракта и валюты платежа может быть осуществлен не ранее, чем закончится срок действующих контрактов, реально на это уйдет не менее 3–5 лет.

Кроме того, даже, если контрагенты наших экспортеров и пойдут на изменение валюты платежа, они неизбежно включат в договор рисковую надбавку за возникающий риск потерь от колебаний валютных курсов к доллару США, что безусловно ухудшит ценовые условия поставок для российских экспортеров.

Тесно увязана с первой и вторая проблема: высокая зависимость от долларов США отечественного финансового сектора и прежде всего — системно значимых российских банков. На сегодняшний день на задолженность в долларах США приходится более половины всего российского внешнего долга. Причем наиболее серьезный «перекос» в сторону долларовой части внешнего долга у банков — на нее приходится 57% внешнедолговых обязательств или 54,5 млрд долларов США. Чуть меньше доля долларового долга у предприятий реального сектора — 55%, однако абсолютная цифра более чем втрое выше — 181,4 млрд долларов США (Таблица 2).

Усиливающим ассиметричный характер валютной структуры внешней задолженности фактором выступает «жесткий» график обслуживания долга: большая его часть должна быть погашена в ближайшие три года, причем на ближайший год погашение должно составить не менее 80 млрд долларов США.

Правовая конструкция внешнедолговых обязательств практически не оставляет шансов на реструктуризацию их номинала из долларового в другие валюты.

Таблица 2. Валютная структура внешнего долга Российской Федерации)

Источник: Центральный банк Российской Федерации

Особенно остро стоит вопрос обслуживания наиболее «жесткой» с точки зрения возможности реструктуризации задолженности, представленной размещенными от имени российских компаний еврооблигационными займами. Согласно статистическим сведениям долларовые евробонды составляют 73,9 млрд долларов США и график их погашения также весьма напряженный (Таблица 3).

Таблица 3. Внешняя задолженность корпоративного сектора Российской Федерации по займам, кредитам и депозитам, привлеченным в результате размещения нерезидентами еврооблигаций и других долговых ценных бумаг в интересах российских резидентов

Источник: Центральный банк Российской Федерации

Однако потребность российских банков в долларах США не исчерпывается обслуживанием внешней торговли и погашением внешнего долга. Отечественные кредитные организации обязаны поддерживать сбалансированную структуру своего баланса. Это значит, что, принимая у населения и корпораций валюту на счета и во вклады, они должны формировать и поддерживать соответствующие остатки в иностранной валюте, размещенные на счетах в иностранных банках, в ценных бумагах и других активах. На сегодняшний день порядка трети всех пассивов, привлеченных банками у клиентуры (около 200 млрд долларов США в эквиваленте) номинирована в иностранной валюте, прежде всего в долларах США (Таблица 4). Для того, чтобы обеспечивать погашение и выдачу валютных вкладов, а также своевременное обслуживание клиентских расчетов в валюте банкам крайне необходимо поддерживать соответствующие по размеру внешние активы.

Таблица 4. Средства организаций, банковские депозиты (вклады) и другие привлеченные средства юридических и физических лиц в рублях, иностранной валюте и драгоценных металлах

Источник: Центральный банк Российской Федерации

Кроме того, для России остатки в наличных долларах США остаются немаловажной формой неформализованных сбережений населения, а также используются в обслуживании оборота наличной иностранной валюты. Например, доллары США активно приобретаются туристами и командированными работниками для целей выезда и оплаты расходов за рубежом, используются в челночной и приграничной торговле, например, с Турцией и Китаем. Наконец долларовая наличность необходима для обслуживания банками долларовых счетов и депозитов населения. Так, по данным статистики только в первой половине 2018 года банки продали населению около 6 млрд долларов США в эквиваленте, основную часть которых составляли доллары США.

Ввозимые из США наличные доллары для того, чтобы попасть в Россию снимаются с корреспондентских счетов российских банков, открытых в кредитных организациях США. Таким образом, потенциальная заморозка таких корреспондентских счетов по сути заморозит поступление наличных долларов на внутренний рынок.

Проблема усугубляется тем, что ответных рычагов воздействия на США у российских банков практически нет. Дело в том, что «зеркальный» внешний долг российских банков, номинированный в долларах США, перед иностранцами существенно ниже чем «наши» активы за рубежом. Иными словами, заморозив аналогично мерам американских властей активы нерезидентов, мы все равно проиграем. Так, в долларах США у наших банков сосредоточено активов на 110,7 млрд долларов США, в то время как соответствующие активы нерезидентов составляют лишь 50 млрд долларов США. Таким образом ущерб от замораживания «наших» активов в долларах властями США существенно превысит результат зеркального замораживания активов иностранцев, размещенных в российских банках.

Таблица 5. Валютная структура внешних долговых требований и внешних долговых обязательств российских банков, млрд долларов США

Источник: Центральный банк Российской Федерации

Кроме того, попытка заморозить долларовые активы иностранцев в российских банках коснется в основном европейских клиентов, так как именно им принадлежит основная часть средств в долларах США, размещенных в российских банках.

Таким образом, выйти из сложившейся ситуации в краткосрочной перспективе будет крайне сложно, а удар окажется болезненным.

С теоретической точки зрения возможны следующие сценарии нашего ответа в ответ на санкции. Во-первых, в случае ограничений в доступе российских банков к их валютным счетам, открытым на территории США, их обслуживание может быть переведено в другие иностранные банки. В этом случае российскому банку может быть открыт долларовый счет, например, в сингапурском банке, а обслуживание долларовых транзакций буде осуществляться от имени сингапурского банка. Именно по такому принципу создавались евродолларовые счета в 50–60 гг. XX века, которые были номинированы в долларах США, но открывались в европейских банках и позволяли советским организациям обходить ограничительные меры США и минимизировать геополитические риски.

Однако в действующих реалиях информационного обмена и прозрачности банковского бизнеса высоки риски применения к банкам-посредникам, держащим евродолларовые депозиты российских контрагентов (в нашем случае ― сингапурским банкам), так называемых «вторичных» санкций, то есть санкций, накладываемых за обслуживание попавших под санкции отечественных банков. Угроза вторичных санкций уже сейчас привела к ужесточению правил работы с российской клиентурой в банках Китая.

Во-вторых, долларовые расчеты в интересах подпавших под санкции российских кредитных организаций могут осуществляться и через валютные счета других российских банков. В этом случае расчеты совершаются на территории Российской Федерации через систему корреспондентских счетов. Однако и в этом случае, обслуживающий долларовые счета российский банк может стать объектом вторичных санкций.

В-третьих, в среднесрочном периоде часть долларовых расчетов могла бы быть переведена в другие, отличные от доллара валюты — евро, фунт стерлингов, юань и т.д. Однако такая конверсия международных торговых контрактов и внешнего долга потребует длительного времени и ухудшит ценовые условия для российской клиентуры.

Таким образом, возможные ограничения на долларовые расчеты системообразующих российских банков по-видимому вызовет ряд сложно разрешимых в краткосрочном периоде проблем. В их числе — ограничение в расчетах за экспортные контракты, возможные проблемы с обслуживанием клиентских счетов, в том числе счетов физических лиц, номинированных в долларах США, наконец — прямые потери от замораживания российских активов.

Пожалуй, наиболее перспективным с точки зрения ограничения рисков отказа американских контрагентов от осуществления долларовых транзакций российских банков является их возможный переход на обслуживание в Банк России. В этом случае долларовые счета системообразующих банков переводятся на баланс центрального банка. Все внутрибанковские расчеты между клиентами-резидентами осуществляются на уровне внутрибанковских проводок, а через зарубежные счета Банка России, открытых в том числе, в банках США, осуществляется движение лишь окончательного сальдо расчетов.