Абсолютная не(раз)решимость: реакция стран Латинской Америки на военную операцию США в Венесуэле

Военная операция в Венесуэле «Абсолютная решимость» бросает прямой вызов ключевым принципам Латиноамериканского региона: статусу зоны мира и невмешательству во внутренние дела. При этом многие правительства предпочли прагматичную поддержку действий Вашингтона высокорискованной конфронтации с администрацией Дональда Трампа. Лишь часть государств решилась на критику, напрямую охарактеризовав захват Н. Мадуро как нарушение международного права.

В конечном итоге силовая акция Белого дома не только затронула суверенитет Боливарианской Республики, но и обнажила политический раскол внутри самой Латинской Америки, показав неспособность региона выработать единую позицию перед лицом открытого внешнего вмешательства.

Успех операции в Венесуэле может служить для лидеров стран региона определенным сигналом того, что лояльность Соединенным Штатам представляет собой наиболее безопасный вариант для региональных политических элит. Количество стран, поддержавших Д. Трампа, и государств, где грядет смена политического вектора (прежде всего, Чили и Гондурас, а также, скорее всего, Колумбия), обеспечивают Вашингтону благоприятные позиции для дальнейшей реализации обновленной стратегии национальной безопасности и обновленной «доктрины Монро». В связи с этим сохраняется вероятность новых витков напряженности и возможной военной эскалации, направленных как против наркокартелей в Мексике и Колумбии, так и неугодных леворадикальных режимов на Кубе и в Никарагуа.

Латинская Америка вступает в фазу неопределенности, где внутренние кризисы в ряде стран совпадают с жестким давлением со стороны «вернувшихся» в дела Западного полушария США, а внешние игроки рискуют быть выдавленными с применением всего арсенала средств мировой политики. Остается наблюдать, к чему приведет этот процесс перестройки и каким будет ответ России и Китая на попытку Вашингтона переформатировать весь регион под свои интересы.

Наращивание американской военно-морской группировки у берегов Венесуэлы с августа 2025 г. резко обострило ситуацию в Карибском бассейне. США постепенно нагнетали военно-психологическое давление на Каракас с целью получения уступок, связанных с восстановлением своего влияния в стране, прежде всего в нефтяном секторе, и со снижением китайского и российского присутствия. В конечном итоге в результате операции «Абсолютная решимость» 3 января 2026 г. были захвачены президент Николас Мадуро и его жена Силия Флорес, которым предъявлены обвинения в «наркотерроризме», «сговоре с целью ввоза кокаина» и «незаконном хранении и обороте оружия».

Военная операция против лидера Венесуэлы, а также фактическое возвращение США к «доктрине Монро» в несколько обновленном виде напрямую затрагивают интересы латиноамериканских стран, традиционно выступающих за сохранение статуса региона как зоны мира и отстаивающих принцип невмешательства. Тем не менее многие правительства, понимая свою неспособность противостоять Вашингтону в одиночку и будучи с ним тесно связаны, выбрали путь прагматизма, поддержав администрацию Д. Трампа, чья чувствительность к критике и импульсивность делают конфронтацию особенно рискованной. Остальные же государства либо призвали к скорейшему обеспечению региональной безопасности, либо напрямую охарактеризовали захват Н. Мадуро как нарушение международного права. Тем самым силовая акция Белого дома стала яркой иллюстрацией политического раскола внутри латиноамериканского региона.

Ход военной операции США в Венесуэле

Операция по задержанию Н. Мадуро и его супруги, получившая кодовое название «Абсолютная решимость» (Absolute Resolve), была реализована в несколько этапов. На протяжении нескольких месяцев (с августа по декабрь 2025 г.) США наращивали военное присутствие в Карибском регионе, сформировав мощную группировку. В ее состав вошли авианосная ударная группа во главе с атомным авианосцем «Джеральд Форд», эсминцы и крейсер с баллистическими ракетами «Томагавк», десантные корабли-доки «Сан-Антонио» и «Форт Лодердейл», а также вертолетоносец «Иводзима». К концу года группировка, насчитывавшая свыше 24 тыс. военнослужащих и более 100 единиц авиационной и ракетной техники, обладала подавляющим превосходством над венесуэльской ПВО. В совокупности с интенсивным дипломатическим и экономическим давлением правительство Н. Мадуро теряло пространство для политического и военного маневрирования, а также лишалось возможности точно определить направление главного удара.

Операция началась с массированных авиаударов по ключевым объектам ПВО и ряду военных баз Венесуэлы (Хигероте, Ла Карлота, Гуакайпуро, Катия ла Мар, Фуэртэ-Тиуна). С использованием стратегических бомбардировщиков B-1 Lancer, истребителей пятого поколения F-22 и F-35, противорадиолокационных ракет AIM-88 были уничтожены зенитно-ракетные комплексы (Бук-М2) вокруг Каракаса. Эти действия создали видимость начала полномасштабного вторжения, отвлекая внимание венесуэльского командования.

Под прикрытием авиации до 30 ударных и транспортных вертолетов с примерно 200 бойцами спецподразделения «Дельта» совершили скрытный перелет на малой высоте к базе «Фуэрте-Тиуна», где находился Н. Мадуро. По данным зарубежных СМИ, оперативники обладали детальными разведданными о планировке резиденции, распорядке дня президента, составе и численности охраны. Успех штурма они объясняют либо работой ЦРУ, либо сговором части венесуэльских военных элит. В пользу последнего варианта событий говорит полная неспособность венесуэльских ПВО нанести хоть сколько значимый ущерб силам США и соотношение потерь среди погибших военнослужащих, составлявших основу охраны Н. Мадуро (по разным источникам, число погибших достигло 80 человек, из которых 32 офицера кубинских разведывательных служб и МВД, а также 24 венесуэльских военнослужащих). Кроме того, в случае сопротивления группе захвата венесуэльские военные рисковали подставить под удар оставшиеся средства ПВО, а политическое руководство — еще больше ослабить свои переговорные позиции. Сам Н. Мадуро и его жена были захвачены, доставлены на вертолетоносец «Иводзима», а затем этапированы через Гуантанамо в Нью-Йорк, где впервые предстали перед судом.

Спустя пять дней после проведения операции из состава Южного командования были выведены силы специальных операций (оперативный отряд «Дельта») и передислоцирована амфибийная составляющая (десантный вертолетоносец «Иводзима» и десантный корабль-док «Сан-Антонио»). Прекращены и активные операции по уничтожению наркоторговцев. Тем не менее в Карибском море остается группировка из 15 тыс. человек при поддержке авианосной ударной группы, которую Д. Трамп обещает применить при возникновении такой необходимости и использует в качестве рычага давления на переходное правительство.

Реакция латиноамериканских стран после военной операции США в Венесуэле

Латинская Америка разделилась в своей оценке военной операции США в Венесуэле. Часть правительств, в основном правого толка, относящаяся к числу политико-идеологических союзников Вашингтона, высказалась в поддержку его действий. В то же время большинство левых и левоцентристских администраций осудили захват Н. Мадуро, охарактеризовав произошедшее как нарушение международного права.

Среди безоговорочно поддержавших силовую операцию США в Венесуэле была Аргентина. Администрация президента «отпраздновала» поимку Н. Мадуро, назвав это «решающим шагом вперед» в борьбе с «наркотерроризмом» и угнетением и заявив, что это может «открыть новую главу» в истории верховенства закона, прав человека и демократии. Сам Хавьер Милей бурно отреагировал в соцсети X, опубликовав пост со словами «Свобода наступает».

Схожий тон использовали и лидеры других стран. Президент Сальвадора Найиб Букеле в своем аккаунте в X саркастично противопоставил старое видео с речью Н. Мадуро, в котором тот заверял, что «ни одна пустышка (mequetrefe) не разлучит народы Сальвадора и Венесуэлы», и его фото в результате задержания. Глава Эквадора Даниэль Нобоа заявил, что «для всех наркобаронов-чавистов наступает их час», параллельно с этим отметив, что венесуэльский народ (а также Мария Корина Мачадо и Эдмундо Гонсалес Уррутия, лидеры оппозиции) может рассчитывать на Кито в качестве союзника. Президент Парагвая Сантьяго Пенья назвал падение Н. Мадуро «хорошей новостью», а и.о. президента Перу Хосе Хери рассуждал о «начале новой эры демократии и свободы» в государстве. Лидер Коста-Рики Родриго Чавес также приветствовал захват Н. Мадуро, назвав того «нелегитимным президентом, который теперь должен отвечать за свои преступления».

Позиция этих стран сводилась к тому, что операция открывает путь к восстановлению демократии и верховенства закона в Венесуэле. Они выразили поддержку венесуэльской оппозиции и надежду на скорейшее урегулирование политической ситуации в ходе переходного периода.

Положительно оценила операцию и Гайана, которая имеет с Венесуэлой многолетний территориальный спор вокруг региона Эссекибо. Проведение консультативного референдума о его принадлежности Боливарианской Республике, создание штата Гуаяна-Эсекиба, а также регулярные вооруженные провокации на границе значительно усилили напряженность в двусторонних отношениях в последние годы^[1]. Президент Гайаны И. Али подтвердил поддержку усилий, направленных на соблюдение демократических норм и сохранение региона как зоны мира. Кроме того, он выразил надежду на конструктивное участие в следующем этапе развития Венесуэлы. Правительство Тринидада и Тобаго заявило о своем неучастии в каких-либо военных операциях против Каракаса, при этом высоко оценив усилия, предпринимаемые США по борьбе с транснациональной организованной преступностью. Премьер-министр Камла Персад-Биссессар написала в социальных сетях, что ее страна «с нетерпением ожидает возобновления сотрудничества и укрепления давней дружбы с народом Венесуэлы в ближайшие годы», поскольку он переходит «от угнетения и диктатуры к демократии и процветанию».

Ряд стран, сохраняя более сдержанную позицию, ограничились выражением надежды на демократическое урегулирование и поддержку волеизъявления венесуэльского народа, не давая прямой оценки действиям США. Боливия, переживающая в настоящее время сдвиг вправо, призвала к восстановлению в Венесуэле демократии, конституционного порядка и безотлагательного соблюдения прав человека, подтвердив приверженность Ла-Паса оказанию гуманитарной помощи. Президент Родриго Пас подчеркнул, что единственным выходом может быть лишь уважение к «истинной воле народа», выраженной через голосование. Панама также прямо поддержала венесуэльскую оппозицию, заявив, что передача власти должна осуществляться в соответствии с «законными пожеланиями» населения, «убедительно выраженных на избирательных участках, где был избран Эдмундо Гонсалес». В свою очередь, лидер Доминиканской Республики Луис Абинадер отметил, что его страна «всегда будет стоять на стороне демократии». При этом Санто-Доминго не признает легитимность нынешнего правительства южноамериканской страны.

Гватемала выразила достаточно двойственную позицию. В своем аккаунте в X президент Бернардо Аревало призвал к прекращению любых односторонних военных действий, уважению принципов Устава ООН, миру и уважению международного права. Позднее администрация президента выпустила заявление, в котором указала на необходимость международного сообщества поддержать усилия венесуэльского народа по восстановлению своих демократических институтов, а также выразила готовность сотрудничать в рамках «инклюзивного и мирного» политического переходного процесса.

Тем не менее многие левые правительства Латинской Америки осудили действия США в Венесуэле, подчеркнув важность соблюдения международного права. Наиболее конфронтационная реакция поступила из Колумбии, чей президент Густаво Петро одним из первых заявил, что его правительство «отвергает любые односторонние военные действия, которые могут ухудшить ситуацию или подвергнуть риску гражданское население». Он также объявил о развертывании войск на колумбийско–венесуэльской границе для обеспечения дополнительной безопасности и материально-технической поддержки в случае увеличения «гуманитарных или миграционных потребностей». После таких резких заявлений Д. Трамп в своих социальных сетях назвал Колумбию такой же больной страной, как и Венесуэлу, пригрозив Г. Петро повторением участи Н. Мадуро и упрекнув правительство страны в неэффективности мер по борьбе с наркотрафиком. Богота стала инициатором созыва экстренных заседаний Сообщества государств Латинской Америки и Карибского бассейна (Comunidad de Estados de Latinoamericanos y Caribeños, CELAC), Постоянного совета Организации американских государств (ОАГ) и Совета Безопасности ООН для обсуждения текущей ситуации в Венесуэле.

Президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва, в эмоциональной речи сравнивший происходящее с «наихудшими моментами вмешательства» в политику региона, указал на угрозу возврата к «закону сильнейшего» и то, что захват венесуэльского президента «переходит все границы допустимого». Мексика в лице президента Клаудии Шейнбаум усилила этот посыл, заявив о недопустимости вмешательства во внутренние дела других стран и внешнего диктата в определении судьбы народов.

Примечательной была позиция уходящего президента Чили Габриэля Борича, который, не признавая легитимность Н. Мадуро и осуждая нарушения прав человека в Венесуэле, четко разделил критику режима и защиту суверенитета и территориальной целостности как «красной линии». Его предупреждение о том, что оправдания интервенции могут быть подобраны против любой страны, резонировало с осуждением со стороны правительства Уругвая, назвавшего операцию «опасным прецедентом для мира, региональной безопасности» и подвергающую риску гражданское население. Президент Яманду Орси подтвердил, что ситуация в стране должна быть разрешена исключительно путем диалога и уважения воли венесуэльского народа без вмешательства извне и в соответствии с международным правом.

Более того, правительства Бразилии, Колумбии, Мексики, Уругвая, а также Испании опубликовали совместное заявление, в котором вновь заявили о своем неприятии действий США. В заявлении содержится призыв к «исключительно мирным путям» урегулирования ситуации, в котором Латинская Америка и Карибский бассейн названы «зоной мира», а также к «региональному единству вне политических разногласий». Страны выразили «обеспокоенность любыми намерениями по государственному контролю, администрированию или иностранному присвоению природных или стратегических ресурсов», которые они охарактеризовали как «несовместимые с международным правом и представляющие угрозу политической, экономической и социальной стабильности в регионе».

Уходящая президент Гондураса Сиомара Кастро также присоединилась к осуждению «военной агрессии» США против Венесуэлы и «похищения» президента Н. Мадуро и его супруги С. Флорес, считая, что эти события представляют собой «посягательство на суверенитет народов Латинской Америки и Карибского бассейна» и «абсолютное пренебрежение и моральное поражение Устава ООН и международного права». При этом важно отметить, что избранные президенты как Гондураса Насри Асфура, так и Чили Хосе Антонио Каст (инаугурации 27 января и 11 марта 2026 г.) полностью поддержали действия Вашингтона, что свидетельствует о тенденции на расширение числа сторонников действий Д. Трампа.

Наиболее жесткое и безусловное осуждение прозвучало от традиционных союзников Венесуэлы. Президент Кубы Мигель Диас-Канель квалифицировал действия США как акт государственного терроризма против венесуэльского народа и всей Америки, а также скандальное нарушение международного права, открыто отвергнув «доктрину Монро». Практическим подтверждением этой солидарности стало сообщение о гибели 32-х военнослужащих, «выполнявших задания от имени Революционных вооруженных сил и Министерства внутренних дел по запросу соответствующих органов Венесуэлы».

Никарагуа и страны Боливарианского альянса для народов нашей Америки (Alianza Bolivariana para los Pueblos de Nuestra América, ALBA) (Антигуа и Барбуда, Венесуэла, Гренада, Доминика, Куба, Никарагуа, Сент-Винсент и Гренадины, Сент-Китс и Невис, Сент-Люсия) развили эту линию, представив конфликт как битву принципов. Они утверждали о защите «правды и справедливости» и «всех принципов, лежащих в основе мирного сосуществования». Их центральным требованием стало немедленное освобождение Н. Мадуро и его супруги С. Флорес. Лейтмотивом прозвучал тезис ALBA о том, что «имперская агрессия» не сможет сломить волю венесуэльского народа, подчеркивающий решимость продолжить сопротивление.

Большинство государств — членов CARICOM (Антигуа и Барбуда, Багамские острова, Барбадос, Белиз, Гаити, Гайана, Гренада, Доминика, Монтсеррат, Сент-Винсент и Гренадины, Сент-Китс и Невис, Сент-Люсия, Суринам, Тринидад и Тобаго, Ямайка) выразило серьезную обеспокоенность в связи с военными действиями США в Венесуэле и их возможными последствиями для региональной безопасности и экономики малых островных развивающихся государств. Правительства подтвердили свою приверженность основополагающим принципам международного права и многосторонности, закрепленным в Уставе ООН, включая суверенитет и территориальную целостность государств и уважение человеческого достоинства. Также звучал призыв к возобновлению мирного диалога по дипломатическим каналам.

Например, премьер-министр Барбадоса Миа Амор Моттли охарактеризовала события, разворачивающиеся в Венесуэле, как беспрецедентные в современном карибском контексте, отметив, что внезапные военные действия США ввергли южноамериканскую нацию в фазу нестабильности и неопределенности. Она призвала к деэскалации и соблюдению международного права, подчеркнув, что Барбадос будет руководствоваться принципами суверенитета и территориальной целостности, а также коллективными региональными консультациями по мере дальнейшего развития ситуации.

Единственной страной, до сих пор никак не отреагировавшей на события в Венесуэле, оказалась Гаити. Политические партии, такие как Альтернативный Демократический съезд (CDA) и Движение за народный суверенитет (MSP), которые не входят в переходный президентский совет, осуждают «предательство принципов невмешательства» и призывают Порт-о-Пренс занять позицию уважения международного права. Тем не менее в условиях внутриполитического хаоса вряд ли стоит ждать какой-либо реакции от правительства этого франкоязычного островного государства.

Помимо коллективных заявлений в рамках ALBA и CARICOM, латиноамериканские страны выразили свои позиции по ситуации в Венесуэле в рамках международных организаций. Экстренное онлайн-заседание CELAC, созванное 4 января, завершилось без принятия совместного заявления. Ряд стран (Куба, Никарагуа, Уругвай, Венесуэла, Колумбия) выступили с резкой критикой США, однако блок из десяти государств во главе с Аргентиной заблокировал документ с осуждением. По мнению Буэнос-Айреса, задержание Н. Мадуро знаменует собой поворотный момент в борьбе против структуры власти, обвиняемой в серьезных и постоянных нарушениях прав человека.

На экстренном заседании Совета Безопасности ООН 5 января позиции латиноамериканских стран также серьезно разошлись. Представители Мексики, Бразилии и Колумбии осудили нарушение суверенитета и Устава ООН, а Чили, не признавая режим Н. Мадуро, подчеркнула, что нарушения прав человека «не имеют военного решения». Куба и Никарагуа использовали более жесткую риторику, обвинив США в «империалистической и фашистской агрессии», параллельно призвав к немедленному освобождению законного лидера Венесуэлы. Напротив, Аргентина, Тринидад и Тобаго, Панама и Парагвай поддержали действия Вашингтона как «шаг к прекращению угнетения, борьбе с преступностью и возвращению страны к демократии, что имеет решающее значение для стабильности в регионе».

Внеочередная сессия Постоянного совета ОАГ 6 января в очередной раз продемонстрировала отсутствие общей позиции по операции США в Венесуэле. Первая группа стран (Бразилия, Колумбия, Уругвай, Чили) осудила действия Вашингтона как прямое нарушение международного права, суверенитета и принципа невмешательства, видя в этом опасный регресс к эпохе интервенций и настаивая на мирном решении кризиса и проведении всеобъемлющего политического диалога. Также была выражена обеспокоенность риском, которое несет возможное установление внешнего контроля над венесуэльскими ресурсами и территорией для региональной стабильности и международного правопорядка. Вторая группа государств (Аргентина, Коста-Рика, Сальвадор, Тринидад и Тобаго) сосредоточилась на критике режима Н. Мадуро, рассматривая задержание как законный шаг в борьбе с наркотерроризмом и путь к восстановлению демократии. Также прозвучал призыв к ОАГ принять активное участие в обеспечение конституционного порядка в Венесуэле.

В целом латиноамериканские страны продемонстрировали солидарность в защите суверенитета и принципов международного права, но оказались расколоты в оценке легитимности режима Н. Мадуро. Консенсус сводится к тому, что путь к стабильности в Венесуэле лежит не через внешнюю военную силу, а через инклюзивный диалог при уважении воли венесуэльского народа.

Результаты социальных опросов в странах Латинской Америки

Сразу после проведения военной операции США в Венесуэле несколько социологических агентств провели исследования мнения населения латиноамериканских стран. Согласно результатам опроса мексиканской компании Áltica, Коста-Рика возглавляет список стран, поддержавших США, с 87%, за ней следуют Чили с 78%, Колумбия с 77%, Панама с 76% и Перу с 74%. В Аргентине (61%) и Эквадоре (60%) поддержка также преобладает, хотя и с более умеренными показателями. Единственная страна, где мнения разделились, — Мексика: поддержка (43%) и неприятие (42%) операции США остаются практически равными, что свидетельствует о более осторожной позиции относительно вмешательства Вашингтона в регионе.

Итоги этого исследования выявили разрыв между официальными заявлениями некоторых латиноамериканских правительств и настроениями широких слоев населения. Многие граждане оценивают захват Н. Мадуро как шаг против режима, обвиняемого в нарушениях прав человека, коррупции и политических репрессиях, ставя «справедливость наказания за грехи» выше необходимости соблюдения международного права и исторической памяти о кровопролитной борьбе латиноамериканских стран за независимость. Тем не менее опрос также показывает, что значительная часть респондентов предпочла бы, чтобы возможный переходный период в Венесуэле осуществлялся под руководством оппозиции, а не в результате прямого вмешательства Соединенных Штатов.

Кроме того, большинство опрошенных из Эквадора (78%), Панамы (71%) и Колумбии (68%) считают военную операцию США против своей страны под предлогом борьбы с наркотрафиком вполне возможной. При этом респонденты из Аргентины (48%) и Чили (47%) относятся наиболее скептически к такому сценарию.

Опрос аргентинской консалтинговой компании Casa Tres показал, что позиции аргентинского общества по венесуэльскому вопросу повторяют внутренний политический раскол. Либертарианцы в основном поддерживают жесткую линию Д. Трампа, в то время как перонисты ей противостоят. В итоге, несмотря на перевес противников действий США (47% против 38%), наиболее распространенным представляется мнение о необходимости для Аргентины дистанцироваться от этой темы (41%).

В свою очередь, данные опроса Факультета государственного управления Университета развития (Чили) показывают, что большинство чилийцев (69%) поддерживают военное вмешательство США в Венесуэлу и воспринимают этот факт как положительный для всего региона (59%). При этом венесуэльская диаспора демонстрирует практически консенсус по этому вопросу (93%), веря в улучшение ситуации в стране и наступление стабильности в среднесрочной перспективе. Тем не менее этот оптимизм не всегда трансформируется в готовность к возвращению: только 48% готовы вернуться при быстром улучшении обстановки, а треть (31%) отвергает такую возможность.

Новость о захвате Н. Мадуро американскими военнослужащими была воспринята представителями венесуэльской диаспоры в регионе (около 6,7 млн человек) крайне эмоционально. В социальных сетях и зарубежной прессе появились репортажи о радостных шествиях в честь ознаменования нового этапа в истории Венесуэлы (например, в Эквадоре, Перу и Колумбии). СМИ перечисленных выше стран опубликовали ряд интервью с венесуэльскими мигрантами, которые в основной массе выражают радость от самого факта задержания президента. Тем не менее люди сомневаются в возможности и целесообразности возвращения, стабильности экономики и политической ситуации в стране.

Имеющиеся социальные опросы дают лишь предварительное, возможно, эмоционально окрашенное представление. Их главный вывод на данном этапе — констатация разрыва между критической позицией некоторых государств и более лояльным отношением их граждан к действиям США. Для выявления устойчивых тенденций и объективной оценки необходимо проведение более крупных исследований как на тему идеологических предпочтений элит и гражданского общества, так и по поводу итогового восприятия венесуэльской операции Вашингтона.

***

Точечный характер операции, приведший к аресту Н. Мадуро, легитимность которого признавало достаточно небольшое количество стран региона, не спровоцировал всеобъемлющего осуждения действий США. Сам факт силового вмешательства Вашингтона стал своего рода политическим индикатором, четко разделившим внешнеполитические позиции стран Латинской Америки: одни сделали выбор в защиту норм международного права и региональной солидарности, другие предпочли сохранить особые отношения с Соединенными Штатами ввиду отсутствия серьезных рычагов влияния на Вашингтон и высокого уровня экономической зависимости от него. При этом ранние опросы общественного мнения указывают на усталость населения от неэффективного управления и веру в то, что арест венесуэльского президента знаменует новый этап в политической жизни всего Западного полушария.

Успех операции в Венесуэле может служить для лидеров стран Латинской Америки определенным сигналом того, что лояльность Соединенным Штатам представляет собой наиболее безопасный вариант для региональных политических элит. Количество стран, поддержавших Д. Трампа, и государств, где грядет смена политического вектора (прежде всего, Чили и Гондурас, а также, скорее всего, Колумбия), обеспечивают Вашингтону благоприятные позиции для дальнейшей реализации обновленной стратегии национальной безопасности и обновленной «доктрины Монро». В связи с этим сохраняется вероятность новых витков напряженности и возможной военной эскалации, направленных как против наркокартелей в Мексике и Колумбии, так и неугодных леворадикальных режимов на Кубе и в Никарагуа.

Латинская Америка вступает в фазу неопределенности, где внутренние кризисы в ряде стран совпадают с жестким давлением со стороны «вернувшихся» в дела Западного полушария США, а внешние игроки рискуют быть выдавленными с применением всего арсенала средств мировой политики. Остается наблюдать, к чему приведет этот процесс перестройки и каким будет ответ России и Китая на попытку Вашингтона переформатировать весь регион под свои интересы.

[1] Губский А.Д. Эссекибо на весах истории: эволюция позиции Гайаны по территориальному спору. Сравнительная политика. 2025. № 16(2). с. 63-65.