Какие тенденции будут преобладать в мировой политике в 2017 году?

Результаты опроса
Архив опросов


Энергетика // Аналитика

09 января 2017

Российский нефтегаз 30 лет спустя

Виктор Катона Специалист по закупкам нефти MOL Group, эксперт РСМД
Фото:
REUTERS/Sergei Karpukhin

На первый взгляд, может показаться, что развитие нефтегазового сектора России не поддается долгосрочному прогнозированию. На протяжении десятилетий появляются сообщения о том, что запасы нефти и газа в России вот-вот кончатся, однако, несмотря на определенный спад в 1990-х гг., позиции России на мировых рынках нефти и газа оказались более чем прочными. На фоне рекордно высоких показателей добычи нефти и ввода ряда новых нефтегазовых месторождений в строй задача максимально точно спрогнозировать тенденции развития энергетики России становится еще более актуальной.

Министерство энергетики России традиционно предпочитает консервативный подход в отношении прогнозов. Например, выдвинутый в Энергетической стратегии РФ от 2000 г. целевой уровень добычи нефти в 350 млн тонн, который предполагалось достичь к 2020 г., был преодолен уже через два года. В 2002 г. актуализированная версия Энергетической cтратегии-2020, направленная на исправление недочетов предыдущего документа, в рамках оптимистического сценария предполагала выход нефтедобычи на уровень 520 млн тонн в год к 2020 г. Предел нефтедобычи в 520 млн тонн был в очередной раз преодолен заблаговременно, в 2013 г. В отношении газа прогнозы, наоборот, как правило оказываются выше итоговых показателей. Уже не одно десятилетие ожидается преодоление Россией барьера в 700 млрд м3 добытого газа, однако ввиду недостаточного спроса на мировом и домашнем рынках, этот рубеж все еще остается непреодоленным.

Причиной падения нефтедобычи в России в 90-х гг. была финансовая несостоятельность нефтяного бизнеса и государства в целом.

Примечательное подтверждение нецелесообразности списывать приспособляемость нефтегазовых компаний России со счетов представляют собой прогнозы Центрального разведывательного управления. Например, в 1981 г. ЦРУ прогнозировало падение нефтедобычи в СССР уже к 1985 г., однако вопреки этим ожиданиям советские нефтяники смогли в 1987–1988 гг. установить рекордные показатели добычи в 569 млн тонн, которые до сих пор не были преодолены. Совокупные запасы нефти всего Советского Союза по состоянию на начало 1990-х гг. составляли порядка 60 млрд баррелей — в 2016 г. их было 102 млрд баррелей. Падение нефтедобычи в России все же действительно произошло и продолжалось фактически на протяжении всех 1990-х гг. Однако оно лишь косвенно было вызвано истощением запасов в месторождениях — основной причиной была финансовая несостоятельность государства и самих нефтегазовых компаний.

Постепенный рост

График 1. Добыча и экспорт нефти в Российской Федерации 1991–2016 гг.

Источник: ЦБ РФ, МЭА.

В годовом исчислении добыча нефти в России растет с 2008 г. (см. график 1), и тенденция к увеличению будет выдержана даже в среднесрочной перспективе, до 2021 г. Этому будет способствовать, с одной стороны, продолжающееся замедление темпов снижения добычи на месторождениях с высоким уровнем выработки в Западной Сибири, а с другой — введение в строй и выход на пиковые показатели добычи ряда перспективных месторождений. В 2017 г. будет введено в строй Куюмбинское месторождение (запасы оцениваются в 282 млн тонн), в 2018 г. — Тагульское (286 млн тонн) и Юрубчено-Тохомское (351 млн тонн), а в 2020 г. будет запущено Лодочное месторождение (128,7 млн тонн).

Ряд месторождений, добыча на которых была запущена в благоприятных ценовых условиях в начале 2010-х гг., выйдут на предельные показатели добычи к концу десятилетия. В 2018–2019 гг. на пик добычи выйдут, среди прочих, месторождение им. Требса и Титова (5 млн тонн в год), им. В. Филановского (6 млн тонн в год), Восточно-Мессояхское (5,6 млн тонн в год), Среднеботуобинское (5 млн тонн в год), Приразломное (5,5 млн тонн в год) и Имилорское (6–7 млн тонн в год). Таким образом, если исходить из того, что попытки нефтедобывающих государств коллективно договориться о заморозке добычи «черного золота» не материализуются и российское правительство не станет менять налоговый режим, уровень добычи в 2020 г. вплотную приблизится к рекордным показателям 1987-1988 гг., достигнув порядка 560–562 млн тонн.

Экспорт российской нефти будет и впредь занимать ведущие позиции на мировых рынках: в 2017–2021 гг. он будет колебаться в интервале 240–290 млн тонн в год. Россия обладает довольно эффективным механизмом сдерживания объемов экспорта — в случае падения мировых цен на нефть слабеет экономика страны, а вместе с ослаблением экономики падает и внутренний спрос на нефть и нефтепродукты. В случае роста мировых цен инвестиции в добычу нефти на месторождениях с более сложной структурой нефтеносных пластов и более высокой себестоимостью добычи будут увеличиваться, способствуя росту общего объема добычи, что, в свою очередь, приведет если не к росту объемов экспорта, то к их поддержанию на установленном уровне.

График 2. Добыча и экспорт газа в Российской Федерации в 1991–2016 гг.

Источник: ЦБ РФ, МЭА.

В отличие от нефтяного сектора, добыча газа в России не испытала серьезных шоков в течение 25 лет ее существования (см. график 2). Несмотря на то, что добыча газа в течение последних трех лет стагнировала, Россия находится на грани качественного прыжка и выхода на первое место в списке газодобывающих государств мира. «Газпром», ведущий игрок на газовом рынке России, к 2016 г. располагал 200 млрд м3 запасных мощностей добычи, которые недоиспользованы ввиду отсутствия спроса и диверсифицированных транспортных маршрутов. По мере того как будет наполняться газопровод «Сила Сибири», строительство которого должно завершиться к концу 2019 г., и его многочисленные ответвления, будут созданы все условия для наращивания добычи газа.

В документах Министерства энергетики выдвигается предположение, что к 2035 г. добыча газа достигнет 878 млрд м3. Достижение этой метки вполне реально в силу ряда причин. Во-первых, «Газпром» выведет супергигантское Бованенковское месторождение (запасы оцениваются в 4,9 трлн м3) на пиковый уровень добычи в 115 млрд м3 в год и введет в строй ряд крупных месторождений: Чаяндинское (1,4 трлн м3) в 2018 г., Харасавэйское (1,3 трлн м3) и Южно-Киринское (0,7 трлн м3) — в 2019 г. Во-вторых, росту добычи будет способствовать увеличение мощностей других компаний. «Роснефть» и НОВАТЭК намереваются довести добычу газа до 100 млрд м3 в год. В-третьих, необходимость закрепиться на мировых рынках сжиженного природного газа (СПГ) будет толкать Россию наращивать объемы добычи. С этой целью будут вводиться первая линия Ямал СПГ (5,5 млн тонн в год) в 2017 г., Балтийский СПГ (10 млн тонн в год) в 2020 г., а в третью очередь «Сахалин-2» (5 млн тонн в год) — в 2021 г. На самом деле, Россия, занимающая по состоянию на 2016 г. лишь 4% мирового рынка СПГ, могла бы проводить более агрессивную политику на данном рынке, однако ввиду неблагоприятных геополитических и ценовых условий некоторые проекты были отложены на 2020-е гг.

Несмотря на то, что у России есть серьезный потенциал быть более агрессивным игроком на рынке СПГ, многие проекты в этой сфере будут размороженны в 2020-х гг. На тот же период прогнозируется повышение ее доли на европейском газовом рынке.

Традиционно приоритетным рынком для экспорта российского газа была Европа. Текущий объем поставок газа — интервал между 150–170 млрд м  — будет сохранен и в среднесрочной перспективе, несмотря на наличие запасных мощностей и колоссальных запасов, не будет существенно увеличиваться. Основная причина — обструкционизм Европейской комиссии, не желающей дальнейшей укрепления «Газпрома» на европейских рынках. Однако наличие СПГ в Соединенных Штатах, Катаре и у других поставщиков на рынках, традиционно покупавших поставляемый из России трубопроводный газ, может также усложнить положение российского монополиста. В надвигающейся ценовой конкуренции с СПГ Россия обладает более выгодным положением, так как более низкая себестоимость добычи и девальвированный рубль позволит ей снизить цену до неприемлемого уровня для поставщиков СПГ. Таким образом, прогнозируемое уже не один год повышение доли России на газовом рынке Европы (примерно до 40%) произойдет только во второй половине 2020-х гг. В среднесрочной перспективе большая часть прироста добычи будет направлена на покрытие контрактных обязательств в отношении Китая и других азиатских стран.

Маловероятно, что к 2021 г. экспорт газа будет либерализован и «Газпром» лишится права монопольных поставок за рубеж. Хотя Федеральная антимонопольная служба активно выступает за либерализацию экспорта и внутренних цен на газ (будучи государственной компанией, «Газпрому» приходится обеспечивать российские регионы «голубым топливом» зачастую себе в убыток), вплоть до 2018 г. правительство не будет предпринимать резких мер в этом направлении. После 2018 г., и то лишь после усиления давления на правительство со стороны независимых компаний, вероятен сценарий, согласно которому заинтересованные в поставках газа за рубеж добывающие концерны — «Роснефть», НОВАТЭК и другие — через систему и механизмы «Газпрома» смогут пробиться на мировые рынки газа. Возможно, это произойдет по восточному направлению поставок, которое будет приобретать все большее значение для энергетики России.

К концу 2019 г. будет введен в эксплуатацию магистральный газопровод «Сила Сибири». Параллельно будет осуществляться строительство Амурского газоперерабатывающего завода, ввод в строй которого намечен на 2024 г. Помимо переработки газа, Амурский ГПЗ станет ведущим производителем гелия в мире. Восточносибирские месторождения обладают более сложным компонентным составом, нежели залежи в других газоносных регионах России — только Ковыктинское и Чаяндинское месторождения содержат 3,7 млрд м3 гелия. Что касается нефтяной промышленности России, ее переработочные мощности все еще ниже показателей 1991 г. (6,5 млн баррелей в день и 7,2 млн баррелей в день соответственно). После того как за последние 20 лет не было введено в строй ни одного крупного нефтеперерабатывающего завода (НПЗ), за счет реконструкций НПЗ ожидается постепенное наращивание нефтеперерабатывающих мощностей.

Залог будущих успехов

В мировом масштабе 2015–2016 гг. представляют собой один из тяжелейших периодов в XXI в. для нефтегазового сектора. Например, с 1952 г. не было ни одного года, когда количество открытых конвенциональных месторождений нефти было настолько низко, как в 2015 г. Большинство месторождений, открытых в течение последних трех лет в России, — это сателлитные залежи близлежащих крупных месторождений. Нефтегазовые компании в период низких цен предпочитают проекты с высоким синергетическим уровнем и сторонятся крупных проектов, требующих обустройства с нуля. Тем не менее российские нефтегазовые компании справляются с периодом низких цен на энергоносители лучше, чем западные мейджоры, так как в долларовом эквиваленте стоимость  бурения скважин и себестоимость добычи в среднем упали в среднем на 30–40% в период 2014–2016 гг., что минимизировало отрицательное воздействие глобальных трендов на отечественный газовый сектор.

Сотрудничество с азиатскими странами в сфере газовой промышленности будет одним из наиболее активных направлений.

Ряд территорий могут внезапно появиться на нефтегазовой карте России. Разработка более глубоких, в том числе подсолевых залежей в ряде традиционно нефтедобывающих регионов, а также освоение шельфа Карского, Баренцевого, Балтийского, Черного или Азовского морей может привести к изменению энергетической карты России. Например, Карское море содержит до трети геологических совокупных запасов углеводородов по морям России. Шельф между архипелагом Новая Земля и Ямальским полуостровом, в рамках которого на данный момент зафиксированы лишь три крупных месторождения — Победа (нефтегазовое), Ленинградское (газовое) и Русановское (газовое), — один из наиболее многообещающих нефтегазовых регионов мира. Проведение геологоразведочных работ (ГРР) в столь отдаленных от населенных пунктов и суши местах — дорогостоящая затея, поэтому интенсификация ГРР произойдет только по мере роста цен на энергоносители. Тем не менее перспективы разведки весьма существенные, ведь за 2005–2015 гг. удалось провести 3D-сейсморазведку лишь 1,2% континентального шельфа России.

Министерство энергетики России предполагает, что за счет проведения дополнительных геологоразведочных работ Россия сможет нарастить запасы нефти на 13–15 млрд тонн, а газа — на 25–27 трлн м3. Эти объемы, безусловно, пригодятся России, однако следует отметить, что нефтегазовая эпоха в России удачно совпала со всеобщим трендом по использованию углеводородов. Предположительно, во второй половине 2020-х гг. добыча нефти в России начнет снижаться, в том числе из-за того, что потребление топлива по мере внедрения передовых электротехнологий в производстве автомобилей начнет снижаться. Падение добычи будет плавным в 2030-е гг. Россия все еще будет добывать 470–520 млн тонн. Параллельно с началом снижения добычи нефти возрастут объемы добычи газа. Этому будут способствовать введение в строй новых транспортных коридоров в направлении Азии и консолидация позиций России на азиатском рынке, разработка СПГ-терминалов и ряд других факторов. На фоне этой эволюции России крайне важно не забывать про возобновляемую энергетику, так как в долгосрочной перспективе именно она станет краеугольным камнем новых глобальных трендов.

Оцените статью:

  13 Комментировать
Вы хотите стать автором РСМД или задать вопрос нашему редактору? Связь с редакцией РСМД - editorial@russiancouncil.ru

Комментарии:


Добавить комментарий

Все теги