Д. Трамп собирается нарастить ядерный потенциал и выражает сомнения в пользе договора СНВ-III. Что делать России?

Результаты опроса
Архив опросов


Общество и культура // Аналитика

16 января 2013

Японский язык как инструмент «мягкой силы»

Ирина Романова К.и.н., доцент каф. политологии стран Востока ИСАА МГУ, эксперт РСМД
Фото:
zen.dreamwaver.org

«Мягкая сила» имеет в Японии давние традиции. Японское государство оказалось на мировой политической арене в середине ХIХ века в результате насильственного «открытия» миру со стороны Соединенных Штатов Америки. Япония, вынужденная заключить ряд неравноправных договоров с западными державами, поставила перед собой цель войти на равных в мировое сообщество. Для достижения этой цели ею был взят курс на модернизацию под идеологическим лозунгом вакон-ёсай («японский дух – западная техника»). Речь шла о заимствовании и использовании на японской почве знаний, выработанных на Западе, при сохранении традиционного для японцев образа мышления и мировосприятия. Активизируя контакты с западными державами, Япония использовала средства, которые можно с полным основанием назвать ресурсами «мягкой силы», а именно – поистине уникальные культуру, язык и традиции.

«Мягкая сила» в современной политике Японии

Внутри самой Японии, но для внешнего использования, был блестяще сконструирован образ «загадочной и живописной» страны, овеянной «непостижимым японским духом». Для Запада он оказался чрезвычайно привлекательным и притягательным. Это был своеобразный пропуск на международную арену, с помощью которого Япония развернула активную деятельность по пропаганде своей культуры и поддержке изучения японского языка за рубежом. Сегодня мы назвали бы эту деятельность «культурными и интеллектуальными обменами».

info-japan.ru
На гравюре Хасэгава Саданобу божества
богатства Эбису и Дайкоку, ставшие также
символом купеческого сословия, управляют
паровозом. Подобные произведения хорошо
иллюстируют лозунг «Вакон Ёсай»

В современной Японии все чаще звучат призывы к более эффективному использованию «мягкой силы» на международной арене. Ставится задача расширить сотрудничество с мировым сообществом на этой основе, отмечается необходимость увеличения инвестиций в развитие такого сотрудничества [1]. Япония позиционирует себя, в первую очередь, как миролюбивое государство, в котором доминируют пацифистские настроения. Постоянно подчеркивается приверженность конституции (1947 г.), в статье 9 которой зафиксирован отказ государства от войны «как суверенное право нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров». Это особенно актуально во взаимоотношениях со странами Восточной и Юго-Восточной Азии, где сильны исторически сложившиеся негативные представления о Японии как о милитаристском государстве, государстве-агрессоре. Выступая за сокращение ядерного оружия в мире, Япония позиционирует себя как неядерная держава и заявляет о своей приверженности «трем неядерным принципам», принятым японским правительством в 1968 г.: не обладать, не производить, не ввозить на свою территорию ядерное оружие. Большое значение в рамках использования «мягкой силы» как инструмента национальной политики в Японии придают Официальной помощи развитию (ОПР – ODA). Это направление своей политики японцы считают одним из успешных. Отмечается, к примеру, что в период 1994–2004 гг. пятая часть общих средств, выделенных в Фонд содействия развитию во всем мире, была внесена
Японией [2].

Целями японской культурной политики провозглашаются, во-первых, внесение посильного вклада в развитие мировой культуры и цивилизации, во-вторых, содействие адаптации страны к изменениям, вызванным глобализационными процессами, и сохранению собственной национальной идентичности.

Безусловно, важным ресурсом «мягкой силы» в Японии считается культурная политика как неотъемлемая часть государственной политики. Целями японской культурной политики провозглашаются, во-первых, внесение посильного вклада в развитие мировой культуры и цивилизации, во-вторых, содействие адаптации страны к изменениям, вызванным глобализационными процессами, и сохранению собственной национальной идентичности.

Как отмечается в правительственных кругах Японии, культура не только представляет огромный интерес внутри страны, но и способствует обеспечению национальных интересов за границей [3]. Языковой политике как части культурной политики в Японии традиционно придается большое значение. Распространение японского языка за рубежом в рамках этой политики расценивается как важный ресурс «мягкой силы».

Деятельность Японского фонда

С 1994 по 2004 гг. пятая часть общих
средств, выделенных в Фонд содействия
развитию во всем мире, была внесена Японией

Активная целенаправленная деятельность Японии по распространению и пропаганде японского языка за рубежом, ставшая долгосрочной целью ее внешней политики, началась с 1970-х годов. Это было связано с тем, что к концу 1960-х годов страна приобрела статус второй экономической державы мира, осознала свою роль и влияние на мировой арене и стала стремиться играть более активную роль в международных делах.

В 1972 г. при Министерстве иностранных дел Японии был создан Японский фонд международных культурных обменов, или Японский фонд (Japan Foundation). Это специализированная организация с бюджетом в 100 млрд иен (приблизительно, 1 млрд 250 тыс. долл.), основная цель которой – распространение японского языка и японской культуры за рубежом. После окончания «холодной войны» перед Фондом была поставлена задача - стать одним из «главных проводников политики японского правительства» [4].

С октября 2003 г. Японский фонд получает статус независимой административной организации c головным офисом в Токио и филиалом в Киото. Организация имеет две подчиненные структуры – Институт японского языка в Сайтама и Институт японского языка в Осака, а также 23 зарубежных отделений и представительств в 21 стране мира.

В настоящее время Японский фонд является одним из крупнейших культурных инвесторов в мире. В рамках национальной политики он целенаправленно реализует «продуманную стратегию инвестирования в позитивный имидж Японии за рубежом, включая и Россию» [5]. В его программном документе подчеркивается: «Чем больше людей в мире изучают японский язык, тем глубже становится их понимание Японии». В целях увеличения числа изучающих японский язык Фонд финансирует проекты в более чем 190 странах мира, в том числе и в России. В 26 государствах работают подчиненные Фонду институты и центры японского языка. Фонд направляет преподавателей японского языка за рубеж, организует стажировки по повышению квалификации в области преподавания японского языка для иностранных преподавателей, оказывает поддержку институтам японского языка за рубежом, оказывает помощь в проведении экзамена на знание японского языка (определение уровня – нихонго норёку сикэн), участвует в разработке и распространении учебных материалов, а также занимается сбором и анализом информации о преподавании японского языка за пределами Японии.

Распространение японского языка в мире

Благодаря в первую очередь целенаправленной деятельности Японского фонда, а также некоторых других японских организаций, занятых в сфере языковой политики, все большее число людей в мире приобщается к японскому языку, а, следовательно, и к культуре страны изучаемого языка. По последним данным, полученным в ходе исследований, организованных при содействии Японского фонда, об изучении и распространении японского языка в мире, и опубликованным в 2011 г., в 2009 г. 3, 65 млн человек изучало японский язык в 133 странах и регионах мира ( в это число не вошли те, кто изучал японский язык самостоятельно). Данный показатель стал на 22,5% выше аналогичного показателя за 2006 г., в котором японский язык изучало 2,97 млн человек. За указанный период увеличилось число институтов по изучению японского языка на 9.4% : в 2009 г. их в мире насчитывалось 14 925. Число преподавателей японского языка также возросло: в 2009 г. их число составило 49 803, что оказалось выше аналогичного показателя за 2006 г. на 12,4%

Особый акцент при распространении японского языка делается на молодежь. В XXI веке Япония инициировала глобальный проект «Cool Japan» («Крутая Япония») с целью пропаганды за рубежом среди молодого поколения японского образа жизни и японской молодежной субкультуры (анимэ, манга, поп-музыка, мода, кухня и пр.) [6].

Деятельность Японского фонда по пропаганде японского языка за рубежом можно оценивать как вполне успешную. Что побуждает всех заинтересованных изучать японский язык? Прежде всего, непосредственный интерес к самому языку. Такого мнения, судя по последним опросам, придерживается 58,1%. 55,1% опрошенных высказались о желании контактов и общении на японском языке; 50,6% респондентов заявили об интересе к манга и анимэ; 47,4% - к истории и литературе Японии; 42,6% заявили о необходимости изучать японский язык, поскольку хотели бы работать в Японии; 35% - поскольку хотели бы учиться в Японии; 32,9% отметили, что язык способствует пониманию чужой культуры; 31,4% - помогает понять и объяснить действие социальных институтов в стране; 25,6% - язык необходим для изучения социально-экономической и политической ситуации в стране.

Японский язык в АТР

Интерес к манга и аниме является одним
из главных побуждающих мотивов к изучению
японского языка. Полнометражный
аниме-фильм Хаяо Миядзаки «Унесенные
призраками» получил в 2003 году «Оскара»
в номинации «Лучший анимационный фильм»

В конце XX века Япония заявила о смене приоритетов своей внешней политики. Региональное направление было выбрано в качестве главного. В XXI веке Япония стремится к повышению своего международного политического статуса через укрепление позиций в АТР. Для расширения своего влияния в АТР, прежде всего Восточной и Юго-Восточной Азии, она использует активное экономическое взаимодействие, тесные исторические и культурные связи. На усиление воздействия направлены риторические заявления об «общей для стран Азии цивилизационной принадлежности» и «общности судеб» со странами Востока. Стремясь повысить свой авторитет в регионе, Япония заявляет о своей готовности играть роль «моста» между странами Запада и Востока, позиционирует себя в качестве «самой западной из азиатских держав». Подобные устремления не могут не найти своего отражения в политике Японского фонда, который наиболее активно распространяет японский язык именно в данном регионе.

По результатам уже упоминавшегося выше исследования за 2009 г., первые позиции по числу студентов, преподавателей и институтов японского языка занимают страны Восточной Азии: соответственно, 57% (2 079 894), 54,5% (27 142), 44,1% (6 583). На втором месте находятся страны Юго–Восточной Азии: 24,9% (908 246), 16,6% (8 277), 19,5% (2 913). Таким образом, основное число изучающих японский язык – 81,9% , т.е. около 3 млн человек – проживает в странах Восточной и Юго-Восточной Азии. Третье место по изучению японского языка занимают страны Океании: 8,3% (302 141), 5,8% (2 880), 9,7% (1 442). За ними следуют страны Северной Америки – США и Канада: 4,6% (168 732), 8,6% (4 280), 9,6% (1 429), среди которых США занимают лидирующие позиции: 141 244 изучающих японский язык, 3 541 преподавателей японского языка и 1206 институтов японского языка.

Стремясь повысить свой авторитет в регионе, Япония заявляет о своей готовности играть роль «моста» между странами Запада и Востока, позиционирует себя в качестве «самой западной из азиатских держав».

На первом месте по числу изучающих японский язык в мире находится Южная Корея – 26,4% (964 014). Далее следуют: Китай – 827 171, Индонезия – 716 353, Австралия – 275 710, Тайвань – 247 641 и т.д. По числу институтов японского языка первое место в мире – 25,5% (3 799) – также занимает Южная Корея. А вот по количеству преподавателей японского языка первая строчка в мире – 31,3% (15 613) – принадлежит Китаю.

Несмотря на явный интерес к японскому языку, число изучающих японский язык (официально учтенных) в России находится пока на низкой отметке и составляет всего лишь 0,3% (около 10 000) от общего числа изучающих японский язык в мире.

Статус японского языка в мире

chichester.ac.uk
Обучение японской каллиграфии в
британском колледже

В Японии иногда звучат призывы придать японскому языку статус международного, сделать языком ООН – в противовес английскому языку, ныне господствующему в мире. Существует мнение, что «с приобретением японским языком статуса международного страна может превратиться действительно в великую державу» [7]. Надо отметить, что подобные рассуждения были в большей степени характерны для 1980-х годов. Тогда страна переживала период высоких темпов экономического роста и стремилась обрести больший политический вес в мире, приведя в соответствие свою экономическую и политическую мощь. В настоящее время Япония находится совсем в иной экономической и политической ситуации, и поэтому «великодержавные» разговоры не так уж распространены.

Если строить реальные прогнозы, то надо признать, что говорить о приобретении японским языком статуса международного, языка ООН в ближайшей, а, скорее всего, и не только в ближайшей перспективе не приходится. Японский, за очень редким исключением, практически не используется в качестве рабочего языка в международных организациях, на международных конференциях и симпозиумах. Это объясняется его лингвистическими особенностями: иной, отличной от европейских языков, языковой структурой, сложной иероглифической письменностью и т.п., что в целом затрудняет его изучение и понимание.

Японский опыт для России

Японцы по праву гордятся национальной культурой, языком и традициями. Они уверены в том, что их страна достойна уважения и подражания. Можно спорить, хорошо это или плохо, но, привлекая все больше людей к изучению японского языка, они дают им возможность приобщиться к особым ценностям и почувствовать себя особенными.

Опыт Японии по использованию японского языка в качестве инструмента «мягкой силы», безусловно, может быть полезен для России и вполне применим в российских условиях. В России пока не существует такой же влиятельной организации, как Японский фонд. Однако со временем подобную деятельность на международной арене могли бы осуществлять Федеральное агентство по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству (Россотрудничество) и Фонд «Русский мир», основной целью которого является привлечение людей к изучению русского языка за рубежом. Для этого, несомненно, потребуются крупные инвестиции и реальное содействие со стороны правительства России. Нужно понимать, что эта работа должна стать системной, целенаправленной и регулярной. К ней следует привлекать специалистов разного профиля, участвующих в разработке соответствующих целевых программ. Не обойтись также без создания сети центров по изучению русского языка, которые могли бы достойно представлять нашу страну за рубежом.

Однако главный вывод, который напрашивается в связи с изучением опыта Японии, заключается в следующем. Японцы по праву гордятся национальной культурой, языком и традициями. Они уверены в том, что их страна достойна уважения и подражания. Можно спорить, хорошо это или плохо, но, привлекая все больше людей к изучению японского языка, они дают им возможность приобщиться к особым ценностям и почувствовать себя особенными.

Русский язык как язык великой культуры, так же, как и сама русская культура, не нуждается в признании, поскольку в этом качестве они уже давно признаны в мире. Они, безусловно, достойны того, чтобы их пропагандировали за рубежом. Ими можно и нужно гордиться, о чем зачастую забывают, прежде всего, в самой России. Однако к русскому языку в рамках использования «мягкой силы» предъявляются несколько иные требования. Очевидно, что в широких кругах мировой общественности, в первую очередь, среди молодежи образ современной России ассоциируется не только с лучшими образцами ее культуры, но и с ее реальными успехами и достижениями, промахами и неудачами в самых различных сферах деятельности. Думается, что важная и необходимая работа по распространению русского языка и привлечению к его изучению за рубежом должна сопровождаться не менее важной и необходимой работой по формированию внутри российского государства положительного образа страны, который вызывал бы у мирового сообщества симпатию и желание тесного сотрудничества. В основу такого образа, как представляется, должны быть положены общечеловеческие и собственно российские культурные ценности, разделяемые и уважаемые большинством россиян. Именно эти ценности могли бы стать фундаментом для формирования Россией четких и внятных позиций на международной арене. Тогда значение русского языка как эффективного и действенного инструмента «мягкой силы» действительно будет трудно переоценить.

1. Цунэо А. Выбор между «мягкой» и «жесткой силой» в политике национальной безопасности Японии // Тихоокеанское обозрение: 2008–2009. М., 2010. C. 42.

2. Там же. С. 43.

3. Железняк О.Н. Культурная политика Японии на современном этапе // Япония наших дней. 2009. № 2. C. 70.

4. Внешняя политика Японии: история и современность. М., 2008. C. 289.

5. Казаков О. По пути «мягкой силы» // Россия в АТР. 2012. № 3(24). C. 51.

6. Катасонова Е.Л. Япония: вызов западной цивилизации? // Япония: мифы и реальность. М., 1999. C. 186.

Оцените статью:

  4 Комментировать
Вы хотите стать автором РСМД или задать вопрос нашему редактору? Связь с редакцией РСМД - editorial@russiancouncil.ru

Комментарии:


Добавить комментарий

Все теги