Популярное в блогах

Дискуссионный клуб

Блог членов РСМД

Блог экспертов РСМД

Песочница

Дайджест РСМД

Все блоги

.

Блоги

Денис Круглов, Блог Дениса Круглова
07 декабря
2016

Конфликты в Хорватии и на Украине — две одинаковые войны?

Известно, что в последнее время особой популярностью как в СМИ, так и в различных экспертных кругах, пользуется тема всем известных событий на юго-востоке Украины. Разные эксперты по-разному стараются проанализировать причины войны и предсказать возможные итоги данного конфликта. Некоторые аналитики даже поспешили сделать заявление о том, что данный конфликт "уникальный" в своем роде и что ничего подобного за последние десятилетия не происходило, да и предсказать возникновение очередной горячей точки на постсоветском пространстве было в принципе невозможно. Изучая огромное множество материалов и публикаций, варьирующихся в диапазоне от псевдоэкспертизы до глубокого экспертного анализа, я обратил внимание на регион свой специализации — на Балканы периода 1990-х годов. Если же говорить точнее, то из всего множества конфликтов и войн конца ХХ века, происходивших на территории бывшей Югославии, больше всех меня заинтересовала война в Хорватии (как называют ее сами хорваты — Освободительная война 1991–1995 гг., а у сербов она обычно ассоциируется с недолгим периодом существование непризнанного государства Сербская Краина и операцией "Буря" ("Олуја"). Ознакомившись с историческими материалами, которые касались событий 1990–1995 гг., я пришел к выводу о том, что природа и сущность этих конфликтов поразительно схожи. Конечно, говорить о полном совпадении событийного ряда и сценариев не приходится, поскольку конфликт на Украине еще далек от своего завершения (несмотря на подписание соглашений "Минск-2"), но одно можно сказать точно — история возникновения, сущность, да и ход этих двух войн имеют одну зеркальную матрицу. В данной статье я предлагаю сравнить два вышеупомянутых конфликта и понять, чем они принципиально отличаются, а чем чудовищно похожи, а также ответить на вопрос, была ли возможность предугадать и предотвратить кровавые события, происходящие на Украине с марта 2014 года, и не заканчивающиеся по сей день.

1. Одинаковое начало

Как известно, любая война, будь то локальный конфликт или более серьезное противостояние государств, начинается с богатой предыстории. В нашем случае мы должны отметить, что благодатной почвой для развития конфликтов в этих 2 странах стали события, носившие антиконституционный характер. И  если хорватский Сабор (парламент) в декабре 1990 года принимает новую Конституцию, по которой сербы в Хорватии стали нац. меньшинством, а не конституционным государствообразующим народом, как это было по республиканской конституции времен СФРЮ, провозгласив, что «Хорватия является го­сударс­твом хорватского народа» (откровенный и ничем не скрываемый национализм, выражающийся в отношении проживающих в большом количестве в стране сербов, черногорцев и цыган), то на Украине произошел государственный и антиконституционный переворот, который произрастает из событий Майдана, начавшегося в ноябре 2013 года. Вследствие его радикализации, а также умелом использовании оппозицией (партии "Свобода", "Удар", "Батьковщина", радикалы "Правого сектора" и др.)  народных масс, которые выражали откровенное недовольство действующим тогда президентом Януковичем, 22 февраля произошло то, что в последствии назовут "антиконституционным переворотом". Президент Украины, вследствие утери реальной власти, перебрался в Россию, а временное управление на себя взяла Верховная Рада, председатель которой Турчинов, выполнял обязанности главы государства до внеочередных выборов президента в мае 2014 года. И все это несмотря на то, что 21 февраля Янукович подписал соглашение с оппозицией при посредничестве Москвы, Берлина и Парижа об урегулировании кризиса в стране! К чему же привели данные события, а именно — кардинальные изменения Конституции Хорватии и отстранение от власти легитимного президента Украины?

 

Сербы, проживавшие в Хорватии, и до 1990 года являвшиеся таким же конституционным народом, как и хорваты, провозгласили изначально создание Сербской автономной области Краина. Дело в том, что сербы проживали в восточной части Хорватии еще со времен противостояния Австрийской и Османской империй. Бегущие от преследования со стороны турок православные сербы, начиная с XVII века, селились на границах владений Габсбургов, что и привело к постепенному формированию Краины — пограничной зоны, которую населяют преимущественно сербы, выполнявшие функции охраны границы. Ситуация оставалась без изменений до 1940-х годов, когда профашистское НДХ (Независимое государство Хорватия) начало осуществлять геноцид в отношении всех национальных меньшинств. Сербы не стали исключением. Естественно, помня об этом, сербы в 90-е годы начали формирование собственных местных органов власти и отрядов милиции, боясь повторного геноцида со стороны Загреба, политикой которого руководил небезызвестный шовинист Ф. Туджман.

 

На Украине же, ответом на захват власти в центре, стали волнения на юге и востоке страны. И если центральные и западные регионы страны в целом поддержали произошедшие в конце февраля в Киеве события, то в городах Крыма, Донбасса и Тавриды начались серьезные уличные протесты, направленные на федерализацию Украины. И здесь не последнюю очередь сыграл все тот же злополучный национальный фактор. Чем восточнее или южнее были протесты, тем более радикальнее звучали лозунги и призывы не согласных с произошедшем в Киеве. Началась т.н. "Русская весна", катализатором которой стал запрет на закон "О государственной языковой политике", который позволял придавать официальный статус русскому и другим негосударственным языкам на территории Украины,  но и это еще был не предел. Данные распоряжения и указы, по мнению населения юго-востока, вело к усилению и без того уже активно проводимой политики "украинизации", в рамках которой шло серьезное ущемление национальных меньшинств (поэтому сепаратизм проявился не только на Донбассе и в Крыму, но и в Закарпатье). Более того, население Донбасса, а уж тем более Крыма, никогда не считало себя подлинно украинским, да и история нам говорит о том, что эти регионы входили в состав УССР в 30-е и 50-е гг. вследствие обычных административных решений советской власти в рамках единого и могучего СССР. Такие территориальные пертурбации имели место и на Кавказе, где конфликты, произошедшие вследствие подобных решений, не урегулированы до сих пор. Естественно, почувствовав слабость центра и серьезно обеспокоившись своим будущим, юго-восточные регионы Украины начали бороться за место под солнцем, ведь не стоит забывать о том, что локомотив экономики Украины находится именно на юго-востоке (в отличие, кстати, от Сербской Краины), что и предопределило развитие федералистских настроений, которые позднее уже эволюционировали от протестов к войне, а от автономного статуса к независимости и полному обособлению от Киева.

2. Национализм Загреба и Киева — непризнанные республики

Большие и малые войны всегда начинаются с небольшой стычки или конфликта. Это событие, как правило, взрывает конфликтный потенциал, который копился годами, а его разрушительная сила способна привести к огромным разрушениям и гибели государства. Как сербы, так и хорваты отдавали себе отчет в том, что старая Югославия уходит в небытие. Хорваты, увлекаемые политиками-популистами и откровенными националистами, стремились создать свое собственное государство без сербов. Сербы же оставались приверженцами сохранения государственного единства, и готовы были защищать свои права и свои дома, где они жили на протяжении многих веков. Активные боевые действия между хорватскими паравоенными частями и краинскими сербами, которых поддержала разваливающаяся, но все еще сильная и боеспособная Югославская Народная Армия, начались в августе 1991 года. Наиболее ожесточенные сражения развернулись за Вуковар, Дубровник, а также по всей линии административной границы. Ожесточенные бои привели к формированию вооруженных сил Хорватии, как и собственных сил Сербской Краины, которая в декабре 1991 года провозгласила свою независимость (став непризнанной республикой). Понимая, что сербы одерживают верх в ходе ожесточенных боевых действий, но при этом сами измотаны битвой за Вуковар и другими боями, стороны при активном посредничестве мирового сообщества заключают в январе 1992 года очередное перемирие (15 тогда по счету), которое завершает первый этап конфликта в Хорватии.

 

На Украине же, ситуация развивалась несколько иначе. Вооруженные силы Украины в целом сохранили лояльность новым властям Киева, в то время как подразделения МВД в восточных регионах (милиция и спецназ "Беркут") преимущественно поддержали федералистов. В отличие от конфликтов в бывшей Югославии, Сербия (тогда Союзная Республика Югославия), открыто не вмешивалась в конфликты, происходившие тогда в соседних республиках с участием своих соотечественников. Руководство России же пошло по другому пути. Понимая стратегическое значение Крыма и базы ВМФ в Севастополе, а также угрозу возникновения там кровавого этнического конфликта, располагая широким арсеналом средств и новыми вооруженными силами (в отличие от Сербии 90-х годов), в марте 2014 года в Крыму была проведена операция, которая обеспечила проведение референдума о независимости региона и вхождения его в состав России, что и произошло 18 марта 2014 года. Можно долго спорить о правомерности действий России, но факт остается фактом — конфликт на полуострове был предотвращен, а интересы крупнейшего регионального игрока защищены (чего опять таки не скажешь о Сербии, которой пришлось жить в условиях жестких санкций и оказывать лишь негласную, скрытую поддержку сербам в Краине и Республике Сербской). Однако, необходимо отметить, что крымский сценарий привел в активное движение население Донбасса. Харьков, Донецк, Луганск, Мариуполь и другие города региона начали подготовку к проведению "своих" референдумов, а многие граждане на массовых стихийных митингах стали высказываться за выход из состава Украины. Тем временем, как и в случае с Краиной, в апреле 2014 года начались незначительные стычки между ополченцами городов Донбасса и киевскими силовиками. В это же самое время появляются националистические отряды (как, собственно, и в Хорватии), воспитанные на ненависти ко всему русскому, которые впоследствии превратились в Национальную гвардию и вошли в состав МВД Украины. Активные боевые действия шли с апреля по сентябрь 2014 года, когда было подписано первое Минское соглашение о прекращении огня (первое официальное, как и в Хорватии в 1992 году), а линия фронта стабилизировалась. За этот короткий промежуток времени произошли ожесточенные и кровавые бои, которые привели к колоссальным жертвам среди мирного населения. Тем не менее, в мае 2014 года, в Луганской и Донецкой областях прошли референдумы, результаты которых говорили о том, что свыше 90% населения регионов высказывается за выход из состава Украины. Естественно, как полагали активисты антимайдана и простые жители, следующим шагом будет вхождение республик в состав России, как это было с Крымом. И вот в этот самый момент, события в Краине и на Донбассе вновь становятся очень похожими. Почему не произошло то, на что надеялись на Донбассе и в Краине — это вопрос, который нужно рассматривать отдельно. Белград и Москва заявляли об "уважении итогов референдумов", но никаких форм признания после этого не последовало. Так или иначе, непризнанные республики начинают самостоятельно противостоять агрессору и искать иные формы признания, но самостоятельно ли?

3. Добровольчество и помощь извне

С самого начала войны в Краину, летом 1991 года, как и позднее в Республику Сербскую (сербская часть Боснии и Герцеговины), отправились первые добровольцы. Также нужно отметить, что развалившаяся в 1991 году Югославская Народная Армия состояла преимущественно из сербов, поэтому ее части и подразделения в дальнейшем переходили в сербские лагеря борьбы. При этом, что касается добровольцев, то это были не только сербы из собственно Сербии или соседней Республики Сербской, но и греки, македонцы, украинцы, белорусы, черногорцы и конечно же русские. При чем последние сыграли огромную роль в формировании собственных подразделений и обучении сербов, так как многие русские добровольцы имели опыт боевых действий в Афганистане, Карабахе, Приднестровье, Абхазии и Южной Осетии. Регулярная армия была сформирована в Краине только в 1992 года после атаки хорватских сил на Милевачском плато, однако по-прежнему сохранялись проблемы во взаимодействии с различными  подразделениями. СРЮ, в свою очередь, негласно вооружало и боснийских сербов, и краишников. Однако санкции привели к пересмотру внешнеполитической линии Белграда, и к 1995 году помощь сократилась до минимума. В то же самое время, Хорватия копила силы и проводила отдельные наступательные операции в обход резолюций ООН, постоянно нарушая мирные соглашения (как и Киев сегодня), постепенно готовясь к решающему удару — наступлению на Книнском направлении (Книн — столица непризнанной РСК). При этом, как это не парадоксально, но Хорватские вооруженные силы позднего этапа войны (1993–1995 гг.) формировались и оснащались за счет поставок из Украины! Хорваты получали все по весьма низким ценам от Киева — от легкого стрелкового оружия до МиГов — 21 и танков. Подобный перевес в силах, как качественный, так и количественный, предопределил судьбу Республики Сербской Краины.

 

А что же происходило в 2014–2015 гг. на юго-востоке Украины, в ДНР и ЛНР? Республики выстояли, и к концу 2014 года фронт сохранил свою устойчивость далеко не в последнюю очередь благодаря добровольцам из России и стран бывшего СССР (даже, кстати, из той же Сербии). Многие мужчины покинули Донбасс вместе с беженцами, и их ряды восполнили добровольцы. Более того, из России постоянно приходила помощь — либо в виде гуманитарных конвоев МЧС, либо за счет "Военторга", который сумел наладить снабжение всем необходимым вооруженных сил Новороссии. Именно благодаря внешней помощи и добровольцам (как и в случае с РСК), республикам, несмотря на большие территориальные потери в 2014 году, удалось выстоять и даже нанести ощутимый удар по ВСУ и силам МВД Украины зимой 2015 года в районе Дебальцево и Донецка. С тех пор, однако, линию фронта заморозил "Минск-2", и, несмотря на то обстоятельство, что стороны нарушают режим прекращения огня, серьезных рецидивов боевых действий не отмечалось. А что касается помощи Украине со стороны Хорватии, то, согласно министру иностранных дел  страны В. Пусич, в составе украинских военных формирований воюют добровольцы из Хорватии (заявление от февраля 2015 года). Их количество, кончено, не уточнялось. Таким образом, добровольчество стало ключевым аспектом, позволившим сохранить непризнанные республики в самые критические моменты их существования — а именно, до формирования собственных регулярных сил (1992 и 2015 гг.).

 4. Санкции

Что же общего у Югославии времен Милошевича (СРЮ) и России послекрымских времен? Ответ напрашивается сам собой — это санкции, которые были введены "мировым сообществом" в отношении вышеуказанных стран. В отношении СРЮ, 30 мая 1992 года, Совет Безопасности ООН (включая и Россию) одобрил введение санкций против Югославии. Резолюция № 757 запрещала странам-членам ООН любые торговые операции с Югославией, использование югославских транспортных средств, все финансовые операции с физическими и юридическими лицами из СРЮ. Замораживались югославские счета за границей, сокращалась численность состава югославского дипкорпуса, запрещалось участие югославских представителей в спортивных мероприятиях за границей, приостанавливалось также и научно-техническое сотрудничество. Важно подчеркнуть, что несмотря на все заявления правительства СРЮ относительно отсутствия своих регулярных войск на территории Боснии и Сербской Краины, и что Югославия полностью готова к сотрудничеству с ООН, они так и не возымели ожидаемого эффекта, и 16 ноября Совбез ООН принял новую Резолюцию № 787, согласно которой санкции еще более ужесточались. Итак, как мы знаем, к 1994 году, в введенных блокирующих санкций, было закрыто более 40% предприятий, введена карточная система на продукты питания, инфляция с 1991 г. составила 313 000 000%. По сути, экономику Югославии удалось задушить за три года. Однако, стране удалось выстоять вследствие наличия в Сербии крепких связей между городом и деревней, что позволило многим семьям перейти на натуральное хозяйство, контрабандным поставкам из Македонии и Болгарии, а также трудовой миграция более 1 млн. югославов на заработки в ЕС, которые регулярно присылали оттуда деньги родственникам.

 

Что же касается санкций, введенных рядом государств в отношении России, как против физических, так и юридических лиц, то сравнивать с Югославией мягко говоря, не приходится. Если на Югославию в 1992 году давили буквально всем миром, то сегодня мировое сообщество в своем отношении к России расколото. Россия — крупнейшая мировая держава, без участия которой решать глобальные вызовы и бороться с современными угрозами просто невозможно. В отношении России, конечно, югославского санкционного сценария быть не может. Экономический, а также военно-политический потенциал России в сотни раз выше потенциала Югославии, поэтому введение широких санкций против всех отраслей экономики представляется невыгодным прежде всего для многих стран мира. Тем не менее, секторальный принцип введения санкций, а также контрсанкции России, ведут к ухудшению экономической ситуации в России, что однако, не фатально. Политические цели, которые преследуют санкции, а именно — смена Россией внешнеполитического курса и возможно действующих властей, в целом можно считать недостижимыми — за примером можно обратиться к Ирану и той же Югославии, где для свержения Милошевича пришлось обратиться к новому методу "оранжевой революции", а политика санкций доказала свою несостоятельность и бесчеловечность. Таким образом, санкции были введены как в отношении Югославии, так и в отношении России. И если для Югославии они стали во многом "удушающими" и привели к ослаблению внешнеполитических позиций страны в регионе, то для России, в свою очередь, они, при всех негативных оценках и прогнозах, оказались "тормозящими". При этом, следует понимать, что санкционные меры, введенные против нашей страны, кажутся скорее безысходной политической мерой стран, так или иначе связанных обязательствами с США и ЕС. 

5. Путин и Милошевич? Или РФ и СРЮ?

Безусловно, фигура лидера играет огромную роль. И если Милошевич в 90-е годы пользовался популярностью у определенной крупной части общества, то Путина поддерживают основные массы населения России. Причина проста — Путину удалось вернуть Крым и, применяя метод "гибридной войны", усадить воюющие стороны за какой-никакой, но все же стол переговоров, заморозить конфликт на Донбассе. Что касается Милошевича, то бесспорно, ему не удалось сделать того, что сделал президент России в 2014-2015 гг. Сербская Краина оказалась уничтожена, судьба ее беженцев была полна драматизма, Дейтонские соглашения 1995 года привели к созданию по сути конфедерации Боснии и Герцеговины, государство, которое многие эксперты называют "нежизнеспособным". Но все же, конфликт в Боснии был закончен, и во многом благодаря лидеру СРЮ. Венцом правления Милошевича можно назвать бомбардировки НАТО и США Сербии в 1999 году. Военный удар Запада привел к тотальному упадку хозяйства и экономики, а также к большому количеству жертв (преимущественно, среди гражданского населения). Как результат — Западу удалось добиться смещения Милошевича в ходе событий 5 октября 2000 года. Но смог ли Милошевич сделать что-либо по-другому? Возможно, но дело здесь даже не в его политике и в нем лично. Масштаб страны — Югославии, несоизмерим с масштабами России. И здесь речь идет не только о количестве солдат, населения, объему ВВП и роли в мировом хозяйстве. Как говорили некоторые отчаянные сербы, "если бы у нас было ядерное оружие, то история пошла бы по другому сценарию". Трудно себе представить, что было бы, если бы у сербов было оружие массового поражения (а ведь при Тито его разработки велись самым активным образом), но сам факт наличия такого фактора сдерживания, поставил бы страну в один ряд с тем же Ираном. Ведь обладая ОМП или хотя бы его наработками, можно не только обеспечивать своей суверенитет, но и существенным образом влиять на международные отношения и ситуацию в регионе (то, что мы видим сегодня на примере того же Ирана).

6. Жертвы войны. Беженцы

Говоря о потерях в ходе войны в Хорватии, нельзя не упомянуть и о колоссальном количестве беженцев. Так, с территории Республики Сербской Краины, когда в августе 1995 года хорваты начали наступательную операцию "Гроза" (сосредоточив против менее чем 60000 сербов 150 тысяч солдат), территорию непризнанной республики покинуло более 250 тысяч сербов. Вместе с местным населением, на территорию Республики Сербской отошли и части вооруженных сил РСК, где впоследствии они были частично распущены. В то же самое время, на начальных этапах войны фиксировалась и внутренняя миграция населения. Хорваты бежали из районов проживания сербов, что создавало критическую массу в городах на Западе страны. Тем не менее, возвращаясь к общей оценке количества беженцев из районов ведения боевых действий в Хорватии в 1991-1995 гг., важно отметить, что в большей степени пострадали именно сербы. Помимо вытеснения мирного населения, хорваты провели этнические чистки Западной Славонии и Книна, где по разным оценкам было убито или пропало без вести несколько тысяч человек.

 

Проводя параллели с событиями на востоке Украины, возникает очередное совпадение. С самого начала боев в апреле, и по состоянию на сегодняшний день, с территории охваченного войной Донбасса бежало в Россию более 4,3 млн. человек! Конечно, 3,3 млн. уже вернулось в свои дома, однако 1,3 млн. пока остаются на территории РФ, пребывая при этом в разных статусах. Эта огромная цифра еще не предел. Сотни тысяч бежали от войны на территорию центральной и западной Украины, что было характерно и для Хорватии (при этом бежали не только украинцы, но и русские, проживавшие до войны в Донецкой и Луганской областях). В конченом счете, как мы можем видеть, количество беженцев в двух конфликтов несопоставимо, однако и плотность населения регионов сильно рознится (если на Донбассе проживают миллионы, то в Краине не набралось бы и миллиона жителей). Другой вопрос, что беженцев в Югославии не смогли разместить и обеспечить для них все соответствующие условия в силу санкционного режима, а в России беженцы устраивались на работу, получали пособия и всю необходимую помощь от государства. Тем не менее, что касается людских совокупных потерь, то за годы войны в Хорватии они составили (как со стороны хорватов, так и сербов примерно 23 тыс. человек), в то время как на Украине, по данным ООН, погибло примерно 10 тыс. человек. Да, количество жертв разное, с большим перевесом в Хорватии, но одно ясно — на Донбассе существующая цифра потерь еще не окончательная ...

7. Итоги. Оценки. Выводы

Итак, сейчас, когда мы рассмотрели обе войны достаточно подробно, можно сделать несколько выводов, а затем, на их основе, попытаться спрогнозировать дальнейшее развитие событий на Украине, прежде всего, желательное для России. Основываясь на сравнительных данных, можно сказать, что эти 2 войны, разница между которыми составляет почти 20 лет, проходили в схожих исторических условиях, имелись общие предпосылки и катализаторы, прослеживалась общая структура борьбы в формате центр -окраины, наличествовал сильный региональный лидер, всем сторонам конфликтов была оказана помощь и поддержка со стороны третьих сил, а что касается беженцев, то несмотря на огромную разницу в их количестве, миграционная схема (включающая внутреннюю и внешнюю миграцию) была одинаковой. Важную роль в обоих конфликтах сыграли добровольцы на стороне непризнанных республик, да и сам феномен "непризнанная республика" как никак характерен и для 1991 года, и для 2014 года. Вместе с тем, существует множество различий. Помимо количества вовлеченных сторон и задействованных сил, огромную разницу представляют собой силы региональных лидеров. И если Милошевич, пытаясь укрепить свое региональное положения путем оказания помощи сербам в Боснии и Хорватии, столкнулся с уничтожающими санкциями и был в итоге свергнут, то Путину удалось воспользоваться ситуацией в регионе и извлечь из нее множество выгод (о которых было сказано выше), опираясь, конечно же, на мощь государства и поддержку большинства населения России.

 

Возможно, нам недостаточно подробно удалось рассмотреть роль ООН и ОБСЕ в Хорватии и на Донбассе. В РСК были "голубые каски", но это не сильно помогло сохранить статус-кво и развести воюющие стороны. На Донбассе же присутствуют лишь наблюдатели ОБСЕ, которые не обладают какими-либо полномочиями кроме фиксирования положения дел на линии соприкосновения и нарушения Минских соглашений. В данном аспекте, как можно заметить, нет широкой линии сравнения, а отсутствие миротворцев на Донбассе создает тревожное настроение возможного обострения затихшей войны...

 

В завершении считаю нужным указать главное отличие рассмотренных конфликтов. Республика Сербская Краина была в конце концов уничтожена, несмотря на существовавшие договоренности на высоком уровне и наличия сил ООН. Республики Донбасса, ДНР и ЛНР, образующие собой государственное образование "Новороссия", по-прежнему держатся, несмотря на огромные трудности в управлении и полную зависимость от России. И если руководство страны не хочет повторения сценария РСК, необходимо извлечь уроки именно из войны в Хорватии, чтобы не допустить новой эскалации насилия, а как следствие — этнических чисток, а также нового массового исхода населения в виде беженцев. До тех пор, пока не будут подписаны соглашения, подобные Дейтонскому, которые гарантировали бы статус республик, а также вносились бы соответствующие изменения в конституцию Украины, угроза реализации краинского сценария сохраняется, особенно принимая во внимание активное перевооружение и подготовку украинской армии натовскими инструкторами.