Размышления о мягкой силе

Работа на внешнюю аудиторию: немецкое искусство эмпатии

31 Октября 2013
Распечатать
Поделиться статьей
Андрей Девятков

К.и.н., старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований Института экономики РАН, доцент кафедры региональных проблем мировой политики МГУ им. М.В. Ломоносова, эксперт РСМД

Блог: Размышления о мягкой силе

Рейтинг: 0


23 октября Тюменский государственный университет посетила немецкая делегация – экс-министр иностранных дел ГДР и депутат Бундестага в 1990-2009 гг. Маркус Меккель и новый Генеральный консул Германии в Екатеринбурге Андреас Классен. Программа визита в этот день состояла из нескольких экскурсий, официального обеда, а также круглого стола «Историческая память в контексте развития современного общества» и интервью с немецкими гостями по итогам визита [1].



 



Тематика круглого стола была выбрана не случайно: г-н Меккель, в прошлом видный оппозиционер в ГДР, пастор, один из основателей социал-демократической партии в ГДР, специализируется на вопросах исторической политики. В бытность свою депутатом немецкого парламента он много усилий потратил на вопросы, связанные с преодолением последствий диктатуры в ГДР, а также примирением Германии со многими государствами Восточной Европы, в особенности Польшей, в контексте интерпретации совместной трагической истории.



 



Состоявшаяся дискуссия, несмотря на приглашение известных тюменских ученых, не приобрела научного характера. Это был скорее научно-популярный нарратив о том, насколько важна адекватная и критическая оценка обществом собственной истории для выстраивания его успешного настоящего и будущего. Также был сделан вывод о том, что осмысление истории в современной Европе не может более происходить в рамках национальных границ. Необходим коллективный подход, диалог различных интерпретаций – как внутри общества, так и вне его.



 



Но дискуссия была интересной не столько по содержанию, сколько по причине того, как г-н Меккель работал с российской аудиторией. Он ставил себя не как ученый или даже как участник событий, а как политик. Умение держать себя перед камерой, уверенный взгляд и речь выдавали в нем политика с двадцатилетним стажем. Но г-н Меккель вел также тонкую психологическую игру с российской аудиторией. В частности, зная об особом внимании и почтении, которые в России оказываются наследию Второй мировой войны, немецкий гость открыто говорил о том, что он благодарен России, Советскому Союзу за победу над фашистской Германией, за освобождение немцев от фашизма. Такие заявления взрывали любые фреймы патриотизма и максимально располагали аудиторию. И в этих условиях г-н Меккель озвучивал тезисы, которые сами по себе, будучи оторванными от контекста данной дискуссии, воспринимались бы «в штыки». В частности, он призвал помнить о пакте Молотова-Риббентропа, позиционировал нацистский и коммунистический режим как два идентичных тоталитарных проекта, уничтожавших человеческую личность. Также публике предлагалось помнить не только о победе над фашизмом в 1945 году, но и над тем, что война несла беды и лишения немецкому народу, в особенности же изнасилованным советскими солдатами немецким женщинам. В ходе дискуссии создавалось ощущение постоянного хождения «по лезвию ножа», но в целом эклектичная смесь тезисов не вызывала у аудитории отторжения или простого игнорирования.



 



Поэтому данное мероприятие интересно и с точки зрения выстраивания общественной дипломатии, пресловутой «мягкой силы». Немецкий политик нащупал ключевую позицию в российском общественно-политическом дискурсе и, отталкиваясь от нее, предложил российско-немецкий консенсус на основе банальных, казалось бы, тезисов, которые, тем не менее, взятые по отдельности, поляризуют дискуссию. Таким умением могут похвастаться дипломаты или общественные деятели далеко не всех стран. В частности, отрыв от аудитории имеет место быть, когда западный человек рассуждает о демократии в таких странах, как Ливия или Ирак, где базовый вопрос состоит все-таки в достижении минимальной стабильности и лишь потом – политическом участии. Или мы сталкиваемся с этим, когда, например, Россия пытается убедить Украину, что ее никогда не возьмут в ЕС, соглашение об ассоциации разрушит украинский суверенитет и т.д.



 



То есть успешность мягкой силы в значительной мере зависит от способности к эмпатии, или осознанному сопереживанию текущему эмоциональному состоянию другого человека или даже социума. Говоря языком философии, можно рассуждать о том, что для любой внешнеполитической практики приоритетно познание другого субъекта «изнутри него самого» и политика в отношении этого субъекта с учетом его желаний и устремлений, но также и аккуратным продвижением собственной повестки дня.            



 



[1] Историческая память в контексте развития современного общества, http://www.youtube.com/watch?v=sa9rnV2Meu8&feature=youtu.be  


Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся