Блог Научного Студенческого Общества МГИМО

Влияние личностного фактора на политику Франции в отношении Ливии в 2011 – 2018 гг.

1 Июня 2018
Распечатать
Оганян Ованес, 3 МО, Научно-аналитический центр Африканского клуба НСО МГИМО
С начала ливийского кризиса Елисейский дворец три раза сменил своего хозяина, а политика Франции в отношении этой североафриканской страны претерпела существенную эволюцию. Поэтому в данной статье будет предпринята попытка проанализировать произошедшие изменения в контексте роли личности в политике.
Прежде чем приступить непосредственно к анализу политики в отношении Ливии трех французских президентов, необходимо отметить, что политическая система Франции объективно создает условия для увеличения роли личностного фактора. Франция является полупрезидентской республикой, но она относится к тому типу полупрезидентских республик, где преобладают полномочия президента [А. В. Торкунов, С. 539 - 542]. К тому же во Франции еще со времен Шарля де Голля (1958-1969) сложилось негласное разделение функций президента и премьер-министра, в соответствии с которым президент концентрируется на внешней политике, а премьер-министр – на проблемах социально-экономического развития страны. Официально такое разделение нигде не зафиксировано и является скорее сложившейся политической практикой Пятой республики. Эти особенности означают, что влияние президента на принятие внешнеполитических решений во Франции несколько больше, чем в европейских странах с парламентской формой правления, например, Германии или Италии, что ведет к увеличению роли личностного фактора.
В 2011–2018 гг. во Франции сменилось три президента, принадлежащих к разным политическим силам. Николя Саркози (2007-2012), лидер “Союза за народное движение”, является идейным наследником голлистов [Е.А. Нарочницкая, С. 210 - 221]. Для голлистов характерен более наступательный внешнеполитический курс, который на африканском направлении нередко принимает форму интервенционизма. Франсуа Олланд (2012-2017) - представитель Социалистической партии, идейный наследник Франсуа Миттерана (1981-1995) [1]. Для социалистов характерен более сдержанный внешнеполитический курс и большее внимание к проблемам внутреннего развития. Соответственно, на африканском направлении это выражается в увеличении экономической помощи и других форм «мягкой силы», хотя Франция никогда не отказывалась от интервенций как интсрумента политики на континенте. Эмманюэль Макрон (2017–н.в.) является “внесистемным” политиком. Его партия “Вперед!” была основана всего за год до избрания Макрона, в 2016 г., поэтому не имеет сложившейся внешнеполитической доктрины. Большое значение имеет тот факт, что Э. Макрон является самым молодым президентом в истории Пятой республики и его вера в то, что он способен решить многие международные проблемы, которые до него не удавалось решить другим политикам. Все это нашло отражение в ливийской политике Франции в период пребывания каждого из этих по-своему ярких и запоминающихся политиков на посту президента.
Ключевым решением по Ливии, принятом при Н. Саркози, стало вмешательство Франции в события «Арабской весны» 2011 г. Как отмечает Т. В. Зверева, Франция стала главным вдохновителем и организатором интервенции [Зверева Т. В., С. 80]. У французского руководства во главе с Н. Саркози были некоторые причины избавиться от режима Джамахирии. Среди них можно выделить внутриполитические (стремление президента поднять свой рейтинг), экономические (интересы французских нефтегазовых компаний) и геополитические (уходящее корнями в период холодной войны геополитическое противостояние Франции и Ливии на африканском континенте). Учитывая, что торгово-экономические отношения Франции и Ливии, несмотря на определенные трудности в последние годы правления М. Каддафи, развивались, решение о вмешательстве в конфликт представляется импульсивным, принятым без должного анализа возможных последствий [Зверева Т. В, С. 86]. Безусловно, Н. Саркози не хотел своими руками уничтожить то, что было наработано в отношениях с Ливией за последние годы. Скорее всего, французский президент предполагал относительно безболезненную смену режима и продолжение сотрудничества с новыми ливийскими властями на более выгодных для Франции условиях.
В результате Франции пришлось столкнуться с многочисленными проблемами: образовавшийся после смерти М. Каддафи вакуум власти в значительной мере заполнили экстремисты; получившие боевой опыт и значительное количество оружия туареги перебрались на северо-восток Мали и сыграли свою роль в начале восстания туарегов [2] – конфликте, в который Франции позднее пришлось вмешаться. Также осложнились условия работы французских нефтегазовых компаний в Ливии. На период активных боевых действий в 2011 г. Total полностью прекратил добычу. Хотя в 2012 г. добыча нефти восстановилась, с середины 2013 г. компания испытывает трудности из–за блокады нефтяных терминалов на востоке страны [3].
Именно эти проблемы пришлось решать пришедшему весной 2012 г. в Елисейский дворец Ф. Олланду. Политика Ф. Олланда контрастировала с подходами Н. Саркози. Это во многом связано с осознанием глубины кризиса. Например, в январе 2015 г. Ф. Олланд заявил в интервью радиоканалу «Франс Интер», что Франция не предпримет односторонней интервенции в Ливию, так как подобные решения должно принимать международное сообщество [4]. Таким образом, налицо фундаментальное изменение французской политики. Если при Саркози Франция пыталась вести за собой международное сообщество, то при Олланде она была готова лишь поддерживать его инициативы. Впрочем, эта сдержанность не означает, что Франция полностью ушла из Ливии. С начала второй гражданской войны в 2014 г. Франция оказывала логистическую поддержку силам Ливийской национальной армии под командованием Х. Хафтара как единственной реально боровшейся с экстремистами силой в стране. К концу президентского срока Ф. Олланда Франция несколько активизировала свои дипломатические усилия, выступив одним из посредников на переговорах в Каире и Абу-Даби соответственно в феврале и мае 2017 г.[5]
Активизация политики Франции в Ливии при президенте Э. Макроне также в значительной мере связана с личностным фактором. Новый президент стремится улучшить свой имидж как внутри страны, так и на международной арене, снискав славу миротворца, способного решить конфликты и проблемы, которые оказались непосильной ношей для других политических деятелей. Ливия представляется для Парижа наиболее «удобным» конфликтом, так как в отличие от украинского или сирийского кризиса он не затрагивает напрямую интересы глобальных игроков – США, России или ЕС [6]. Э. Макрон открыто критикует ливийскую политику Саркози. В частности, такое заявление прозвучало в выступлении Э. Макрона перед тунисским парламентом в феврале 2018 г. При этом важно отметить, что президент дал положительную оценку «Арабской весне» в целом. [7]. Кульминацией усилий Э. Макрона по урегулированию ливийского кризиса стали прямые переговоры между Ф. Сараджем и Х. Хафтаром в Сен-Клу, которые прошли при посредничестве французского президента в июле 2017 г. 10 пунктов Парижской декларации предусматривали, в частности, соблюдение режима прекращения огня, борьбу с экстремистами, создание единой армии и проведение выборов в 2018 г. и др. [8] Это создает надежду на продолжение диалога.Некоторые дополнительные возможности Макрону предоставляет назначение летом 2017 г. на пост спецпредставителя ООН по Ливии тесно связанного с Францией ливанского политика Гассана Саламе. Правда, учитывая ограниченную эффективность миссии ООН в Ливии, пока слишком рано судить, насколько успешными окажутся действия нового президента по урегулированию кризиса.
Таким образом, политика Франции в ливийском кризисе значительно менялась при трех президентах. При этом не последнюю роль в этих изменениях играли субъективные факторы, что позволяет сделать вывод о достаточно большом значении личностного фактора в ливийской политики Франции в рассматриваемый период. Конечно, существовали определенные факторыстабильности и преемственности, например, роль Министерства обороны и Жана-Ива Ле Дриана. Учитывая внешнеполитическую активность нового президента, в частности, на средиземноморскм направлении, весьма вероятно, что в ближайшие годы Э. Макрон сохранит большое влияние на политику в отношении Ливии и фактор личности продолжит играть значительную роль.


  1. Политические системы современных государств: Энциклопедический справочник: в 4 т. Т.1. Европа / под ред. А. В. Торкунова. М., 2009


  2. Нарочницкая Е. А. Внешнеполитическое наследие голлизма в современной Франции / Франция на пороге перемен: экономика и политика в начале XXI века / Отв. ред.: А. В. Кузнецов и др. М., 2016


  3. Обичкина Е. О. Дипломатия Эммануэля Макрона: «новый курс?» / Франция при президенте Эммануэле Макроне: в начале пути / Отв. ред. М. В. Клинова и др. М., 2018.


  4. Зверева Т. В. Саркози vs Каддафи // Международная жизнь. – 2011. - №5.



Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся