Блог Научного студенческого общества МГИМО

Российское присутствие в современной Монголии. Анализ проблем и поиск решения. Часть 1.

3 Ноября 2017
Распечатать

Автор: Святослав Никифоров,

студент 1 курса магистратуры факультета международных отношений МГИМО МИД РФ, член НСО «Монгольский клуб МГИМО»

Российское присутствие в современной Монголии. Анализ проблем и поиск решения

В данной статье исследуются проблемные вопросы российского присутствия в современной Монголии. Кроме того, автор предлагает возможное решение актуальных проблем в сфере российско-монгольских отношений.  

Вопрос о наличии кризиса и его характере

24 июня 2016 г. одна из ведущих российских государственных корпораций «Ростех» заключила соглашение с «Монгольской медной компанией» о «продаже принадлежащих Госкорпорации 49% акций в совместных горнорудных предприятиях («Эрдэнэт» и «Монголросцветмет»)[1]». Тем самым, российская сторона успешно продала «чемодан без ручки»[2], а ведущее горнодобывающее предприятие Монголии стало теперь «на 100% процентов монгольским»[3]. Здесь необходимо оговориться, что совместное российско-монгольское предприятие ГОК «Эрдэнэт» практически ежегодно занимало первое место в «ТОП-100»[4], каждый год составляемым Национальной торгово-промышленной палатой Монголии и ведущими экспертами из государственных учреждений страны списке лучших компаний Монголии[5].

На следующий день протестующие не заполонили улицы города Эрдэнэт в Монголии, а оппозиционные политические силы в России не выступили с осуждением сделки. Более того, в первые недели, а то и месяцы, в российских СМИ данное событие практически не освещалось. Вероятно, у стороннего наблюдателя могло даже сложится впечатление, что потеря совместного советско-монгольского наследства Россию по меньшей мере ничуть не волнует... А ведь после продажи «Эрдэнэта» и «Монголросцветмета» на территории Монголии осталось лишь одно крупное совместное российско-монгольское предприятие - АО «Улан-Баторская железная дорога».  Почему же вокруг данной продажи в российском обществе практически не возникло информационного шума? На наш взгляд, причина простая, и в то же время пугающая – сделка по «Эрдэнэту» явилась не первым «тревожным звонком», предвещающим возможный кризис российского присутствия в современной Монголии, а одним из закономерных следствий текущего кризиса, начавшегося, отнюдь, не после вывода советских войск из Монголии в 1992 году. Думается, текущий кризис начал развиваться еще с 2000 года (после подписания знаменитой Улан-Баторской декларации, множество положений которой фактически не реализовано и по сей день), а в активную фазу вступил в 2009 году, когда, нарушив предварительные договоренности с российской стороной, монгольское правительство инициировало продажу предприятия «Оюу-Толгой» совместному англо-канадско-монгольскому предприятию австрало-британского концерна «Rio Tinto Group», в котором ведущие позиции занимают китайский акционеры. Следовательно, основными катализаторами[6] кризиса российского присутствия стали, с одной стороны, несоответствие фактического российско-монгольского права праву формальному (положений двусторонних договоров их реализации), а с другой, вызванное взаимным недоверием (более оправданным, несомненно, с российской стороны) к партнерам из стран-соседей, нежелание представителей крупного российского бизнеса (прежде всего, госкомпаний) вкладывать инвестиции в развитие двусторонних проектов. Рассмотрим данные тенденции подробнее.

Дисгармония правового измерения российско-монгольских отношений прекрасно прослеживается в характере изменений содержания основополагающих документов современных российско-монгольских отношений[7]. Сравнивая основополагающие договоры современных российско-монгольских отношений: Улан-Баторскую декларацию 2000 г.[8], Московскую декларацию 2006 г.[9], а также Улан-Баторскую декларацию 2009 г. «О развитии стратегического партнерства между Российской федерацией и Монголией»[10], можно отметить, например, что идея о проработке вопроса о поставке российских энергоносителей в Монголию путем строительства газо- или нефтепровода, высказанная еще в 2000 г. вплоть до 2009 года[11] так и не была в какой-либо мере реализована, поскольку в новой Улан-Баторской декларации Президент Монголии «Ц.Элбэгдорж выдвинул предложение совместно проработать вопрос о возможности строительства магистрального газопровода в Монголию». Во всех трех документах в том или ином виде также говорится о том, что стороны подчеркивают важность модернизации совместных российско-монгольских предприятий «Эрдэнэт», «Монголросцветмет» и «УБЖД». Более того, в декларации «О развитии стратегического партнерства» президенты двух стран даже «положительно оценили деятельность российского и монгольского акционеров, направленную на повышение эффективности совместных компаний "Предприятие Эрдэнэт" и "Монголросцветмет"... и подтвердили заинтересованность в развитии потенциала данных совместных предприятий за счет их технического перевооружения и реализации новых перспективных инвестиционных проектов»[12]. Пожалуй, действительный прогресс был достигнут только по трем узким направлениям двустороннего сотрудничества, которые в период с 2000 по 2006 годы находились на стадии «глубокой проработки» и, вероятно, начали развиваться лишь после подписания Московской декларации. Это гуманитарное сотрудничество в сфере образования – в систематизации подготовки монгольской молодежи к обучению в российских ВУЗах, в том числе,  в целенаправленной кадровой подготовке для работы в ведущих российских компаниях (например, Роснефть) и в продвижении российского образования в Монголии[13]; сотрудничество в сфере обеспечения национальной безопасности, приведшее к организации с 2008 г. ставших ныне уже традиционными учений ВС РФ и Монголии «Селенга» (ранее «Дархан»), а также сотрудничество в области снижения барьеров на передвижение лиц, товаров, услуг и капиталов по территории двух государств, главным достижением которого на текущий момент является безвизовый режим между Монголией и Россией[14]. Однако, расширению двустороннего сотрудничества по узким вопросам не сопутствовало расширение российского присутствия в Монголии[15]. Конечно, наблюдался уже упомянутый выше прогресс в отдельно взятых областях двустороннего сотрудничества. Но, на наш взгляд, то, что в 2000 г. «Россия и Монголия подтверждают приверженность Договору о дружественных отношениях и сотрудничестве между Российской Федерацией и Монголией от 20 января 1993 года», в 2006 г. «подтверждают свою приверженность исторически сложившимся отношениям традиционной дружбы и взаимного доверия между народами двух стран и, руководствуясь Договором о дружественных отношениях и сотрудничестве между Российской Федерацией и Монголией от 20 января 1993 года», а в 2009 г. «выразили удовлетворение нынешним уровнем российско-монгольских связей, успешно развивающихся на основе Договора между Российской Федерацией и Монголией о дружественных отношениях и сотрудничестве от 20 января 1993 года, Улан-Баторской от 14 ноября 2000 года и Московской от 8 декабря 2006 года деклараций», т. е., де факто констатируется, что двусторонние отношения находятся на одной и той же стадии развития на протяжении практически 10 лет[16], свидетельствует как минимум об определенной стагнации в расширении связей между двумя государствами и в развитии их сотрудничества[17].

Думается, что наш тезис можно оппонировать утверждением того, что автор преувеличивает проблему, «придираясь» к традиционным языковым клише дипломатии и права международных договоров. В связи с этим мы также раскроем вопросы присутствия России в экономике Монголии. Для этого обратимся к официальной статистике[18] национального банка Монголии – «Монголбанка». Рассматривая основные тренды последних семи лет, можно заметить, что в период с 2009 по 2011 г.г. российские прямые инвестиции в экономику Монголии увеличились с 54 млн $ до 190 млн. В то же время прямые инвестиции Китая возросли с 38 млн до 801 млн $. В период же с 2011 по 2015 г.г. российские инвестиции сократились до 143 млн, а китайские, в свою очередь, возросли до 1 млрд $.[19] И хотя на конец 2015 г. Россия все еще занимает 14-е место в списке ведущих зарубежных государствах-инвесторах в Монголии, назвать этот показатель выдающимся для великой державы, имеющей национальные интересы в государстве, с ней граничащем и имеющим общее вековое историческое наследие, никак нельзя. В целом, Россия за шесть лет (2009-2015 г.г.) опустилась в рейтинге стран-инвесторов на 10 позиций, в то время как ее основные конкуренты – КНР и страны Третьего соседа лишь упрочили свои позиции. Думается, что Нидерланды[20], ввиду особенностей национальной налоговой системы, экономической стабильности и прочих экономико-финансовых преимуществ, а также трудностей, возникающих в вопросах расширениях иностранного бизнеса в Монголии в условиях национального законодательства страны кочевников, стали страной-посредником не только для Третьего соседа, но и для Китая (успешно также диверсифицирующего свои инвестиции с помощью Гонконга). При этом, важно также подчеркнуть, что КНР, например, не ограничивается инвестициями в традиционную горнорудную промышленность, но также активно наращивает свое присутствие в других отраслях монгольского хозяйства. Так, все больше увеличивается число небольших китайских компаний, ведущих нефтеразведку и готовящихся значительно увеличить приток инвестиций в нефтедобычу и нефтепереработку Монголии, а также ряд компаний, стремящихся завоевать большую долю на рынке добычи урана[21]. На этом фоне разрешенные лишь в этом году судебные разбирательства вокруг «Дорнод уран»[22], - компании, должной еще пять лет назад придать второе дыхание совместным российско-монгольским предприятиям, а также скандал вокруг строительства электростанции на реке Селенге, могущей нанести прямой вред экологии российского озера-гиганта Байкал[23], смотрятся более чем контрпродуктивно.

Исходя из вышеизложенного, нам удалось выяснить, что кризис реального присутствия России в Монголии имеет место быть, но, возможно, в отличие от экономической сферы Россия широко представлена в гуманитарном секторе? Ведь в свое время советская публичная дипломатия достигла блестящих результатов в продвижении русского языка и советской культуры в МНР, неужели сегодня ситуация могла осложниться вплоть до кризисного состояния? Да, сегодня в Улан-Баторе расположен крупнейший в Азии Российский центр науки и культуры[24], а его сотрудники регулярно организуют и проводят множество мероприятий по поддержке статуса русского языка и популяризации российской культуры в Монголии, а также по привлечению монгольских абитуриентов в российские ВУЗы[25]. Однако, все познается в сравнении...  И в сравнении с нашими конкурентами (Китай и Третий сосед), несмотря на все усилия российских дипломатов, присутствие России в гуманитарном секторе Монголии на текущий момент минимально, а в ближайшей перспективе и вовсе грозит стать ничтожным. Точное число неправительственных организаций, зарегистрированных на территории Монголии, установить довольно трудно, однако, предположительно, их число стремится к 15 тыс., но, как отмечено в «монгольской секции» Отчёта о развитии человечества ООН за 2016 г., реальную деятельность ведет «лишь половина из них»[26]. При этом, значимыми российскими НПО могут быть названы «Организация мира и дружбы Монголии», «Общество дружбы Монголия - Россия» и «Российский фонд», - всего три организации в сфере публичной дипломатии, за исключением представительства Федерального Агентства[27] «Россотрудничество», из полутра десятка тысяч НПО! Не трудно представить, учитывая численное соотношение, чьи НПО контролируют ведущие позиции в монгольском обществе. Так, «Монгольский союз молодежи» (кузню политической элиты) контролируют такие западные организации, как «Корпус мира» США, НПО «Cross country», «Globe Intemational and Transparency», «Waldvogel», «Better World» и др. Активную пропаганду западных культурных ценностей ведут «Фонд Азии», Международный республиканский институт, немецкий «Фонд им. К.Аденауэра» (ведущий куратор - Агентство США по международному развитию). Большое влияние на политическую элиту имеет и «Blue Ваппег», НПО, формально способствующее проведению политики разоружения, находится «на короткой ноге» с МИД Монголии. Пожалуй, более всего заметно наше отставание на поприще религиозных организаций: деятельность, которую ведет Свято - Троицкий приход РПЦ в Улан-Баторе, к сожалению, несопоставима с активным миссионерством американской христианской организации «World vision», «Агентством развития и помощи Церкви адвентистов седьмого дня» (ADRA) или «Монгольским Евангелическим Союзом» (Mongolian Evangelical Аlliаnсе) и может, в некоторой степени, конкурировать лишь с «Центром мусульман Монголии» (также  больше ориентированным на предоставление поддержки уже существующей «пастве», нежели на ее расширение).

Таким образом, кризис российского присутствия, исходя из рассмотренных выше данных, на наш взгляд, можно назвать кризисом системного характера, ввиду того, что он затрагивает практически все основные аспекты российско-монгольских отношений, оказывающих значимое влияние на представительство России в стране моринхура. Следовательно, факторы, способствующие возникновению кризиса, также системны, и не будет преувеличением сказать, что потенциальные угрозы застоя или даже ухудшения текущего положения дел для России, претендующей, как минимум, на региональное лидерство, критически опасны.


Продолжение в части 2


[1]http://rostec.ru/news/4518501 - сообщение на сайте Ростеха; http://ru.montsame.mn/политика/монголия-приобрела-все-100-акций-гок-эрдэнэт - статья на сайте «Монцамэ» (ведущего монгольского издания).
[2] Как довольно часто именовали ГОК «Эрдэнэт» различные российские политики, госслужащие и эксперты.
[3] В рамках текущего исследования мы не будем затрагивать «всплывшие» впоследствии особенности данной сделки. Например, разгоревшийся в монгольском обществе скандал о «национальной принадлежности» компании-покупателя (Как оказалось, «Монгольская медная корпорация» - фирма-однодневка, владельцы которой «проживают» то ли в Пекине, то ли в Вашингтоне http://mongolnow.com/sold-erdenet.html ). Однако, для составления общей картины, не указать этот примечательный факт мы не можем.
[4] Основной критерий отбора для компаний - поддерживать экономику государства и честно служить развитию страны.
[5] Таблица за 2015 г. http://asiarussia.ru/news/12158/
[6] Факторы будут указаны нами впоследствии.
[7] Вернее, в их подавляющем отсутствии.
[8] http://www.mongolia.mid.ru/90years_2.html (эл. версия документа с сайта посольства РФ в Монголии)
[9] http://www.mongolia.mid.ru/90years_3.html (эл. версия документа с сайта посольства РФ в Монголии)
[10] http://www.mongolia.mid.ru/90years_4.html (эл. версия документа с сайта посольства РФ в Монголии).
[11] ... А с учетом того, что новых основополагающих российско-монгольских договоров с того времени до момента написания нашей работы (декабря 2016 г.) заключено не было, то и по сей день...
[12] Что не помешало продаже российской доли в данных «эффективных совместных предприятиях».
[13] Оформившееся в «Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Монголии о подготовке несовершеннолетних граждан Монголии в российских образовательных учреждениях с дополнительными образовательными программами, направленными на проведение военной подготовки несовершеннолетних граждан» 2010 г.
[14] «Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Монголии об условиях взаимных поездок граждан Российской Федерации и граждан Монголии» 2014 г.
[15] А ведь далеко не все монголы-выпускники российских ВУЗов откроют монгольско-российские предприятия на своей родине, совместные военные маневры не приведут к созданию российской военной базы или ее аналога на территории Монголии, а сам по себе безвизовый режим не предоставит льготные условия российскому малому и среднему частному бизнесу на ведение деятельности в стране Чингисхана.
[16] Если же мы вновь будем учитывать отсутствие нового «программного» договора, то и более 15 лет.
[17] А как максимум о наличии кризиса в некоторых аспектах двусторонних отношений, тесно связанных с конкретной реализацией декларативных положений договоров, заключенных между Россией и Монголией.
[18] https://www.mongolbank.mn/dbliststatistic.aspx - статистические документы Монголбанка.
[19] Шууд хөрөнгө оруулалтын судалгаа (2009 - 2015 он): https://www.mongolbank.mn/liststatistic.aspx?id=4_2
[20] В меньшей степени Сингапур и Великобритания.
[21] http://asiarussia.ru/articles/13350/
[22] http://www.wise-uranium.org/upmn.html#DORNOD
[23] http://tayga.info/baykal
[24] http://mng.rs.gov.ru/?locale=ru – официальный сайт РЦНК в Улан-Баторе.
[25] Причем, по показателям эффективности являются одним из лучших представительств Россотрудничества в Азии.
[26] «...Only about half appear to be active», стр.104  «Mongolia human development report 2016».
[27] Да и то, организации эти ориентированы, в основном, на поддержку монголов, уже ставших «друзьями России», а не на привлечение новых кадров, «миссионерство и экспансию».

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся