Языковая политика и языковые процессы

Языковая политика Польши как инструмент нациестроительства и реализации «мягкой силы»

7 Июля 2018
Распечатать

Современный мир глобален. Навряд ли кто-то будет отрицать этот тезис. Государства и иные международные акторы настолько взаимозависимы, что порою представляется, что мы стоим на пути создания мирового гомогенного общества. Но так ли это? Безусловно, глобализация проникла во все сферы деятельности человека – в экономику, политику, культуру. Глобализационные процессы способствуют трансформациям национальных языков, а подобные трансформации могут приводить к изменениям ментальности этноса, народа, нации. Однако данные явления не новы, ведь языками международного общения, влияющими на лексику других языков, были в разные времена испанский (XVI–XVII вв.), французский (XVIII–XIX вв.), английский (XX в. – настоящее время). Несмотря на это, национальные языки не уступают своего места мировому, порой укрепляя свои позиции.

Языковая политика сегодня является важнейшим направлением общегосударственной политики и включает в себя, по мнению Р. Филлипсона, планирование статуса (status planning), планирование корпуса (corpus planning) и планирование усвоения (acquisition planning) [9]. Предполагается закрепление в основных нормативно-правовых актах государства статуса того или иного языка; создание специализированных органов, в компетенцию которых входит определение и закрепление языковых норм; изучение языков (государственного языка, языков национальных меньшинств, иностранных языков) в образовательных учреждениях. Эффективная языковая политика способна консолидировать население страны, снимая этнонациональную напряжённость.

Безусловно, языковая политика вырабатывается в зависимости от исторических особенностей развития конкретно взятого государства, его национального состава и текущей политической ситуации. На территории Европы большинство стран являются нациями-государствами (nation-states), прошедшими через трудности на пути к формированию национального единства и на сегодняшний день обладающими собственной единой системой образования, законодательной и судебной системами, государственным бюджетом, а самое главное – национальным (-ыми) языком (-ами) [4, с. 29]. Показателен пример Польши – государства, с особым трепетом относящегося к своей культуре и своему языку. Этнически 95,87% населения республики составляют поляки, а используют польский язык для общения дома 94,54% жителей страны [8]. Не взирая на практическую гомогенность этнического состава, польский язык впервые получил конституционно-правовую защиту лишь в 1997 году – после принятия новой Конституции Республики Польша, придавшей польскому языку статус государственного, но гарантируя обширный спектр прав национальных меньшинств [7, art. 27].

Одним из центральных нормативно-правовых актов в сфере языковой политики выступает Закон о польском языке от 7 октября 1999 г., призванный обозначить аспекты защиты польского языка, использование его в публичной сфере, а также в процессе торговли [13, art. 1]. Законом предусмотрена обязательность перевода международных соглашений на государственный язык, размещения надписей и информации в офисах и коммунальных службах на нём, а также обучения на польском языке в учебных заведениях всех уровней образования. При этом подчёркивается право граждан, принадлежащих к национальным и этническим меньшинствам, «на сохранение и развитие собственного языка, сохранение их обычаев и традиций и развитие собственной культуры» [7, art. 35]. Принятый 6 января 2005 г. Закон о национальных и этнических меньшинствах и о региональном языке не только подтвердил право граждан свободно использовать язык меньшинства в частной, общественной жизни, размещать информацию частного характера на нём, но и закрепил возможность использования языка меньшинства как вспомогательного в гминах (наименьшая административная единица Польши), если «число жителей, принадлежащих к меньшинству, язык которого должен использоваться в качестве вспомогательного, составляет не менее 20% от общей численности населения гмины» [12, art. 9].

Республика Польша, вступившая в Европейский Союз в 2004 году, должна была пересмотреть национальное законодательство в области языковой политики, принимая во внимание Европейскую хартию региональных языков или языков меньшинств. Закрепление в качестве регионального языка, то бишь традиционно использующегося на территории государства и отличающегося от официального языка, получил кашубский язык [12, art. 19]. Носители данного языка имеют те же права в отношении употребления языка, что и носители языка меньшинства.

Анализ законодательной базы показывает, что взятые Польшей обязательства по внедрению в национальное законодательство норм о развитии языков меньшинств и регионального языка были выполнены, однако интересен вопрос реализации закреплённых положений. На сегодняшний день в тридцати трёх гминах язык меньшинства / региональный язык употребляется как вспомогательный. Национальными меньшинствами в Польше признаны девять групп – армяне, белорусы, евреи, литовцы, немцы, русские, словаки, украинцы, чехи. При этом в качестве вспомогательных используются лишь белорусский, немецкий и литовский языки. Наиболее распространённым является немецкий язык: его используют в 22 гминах Опольского воеводства. В Подляском воеводстве в качестве вспомогательных выступают белорусский (5 гмин) и литовский (1 гмина) языки. Особая ситуация складывается с этническими кашубами, которые не признаются национальным меньшинством. Тем не менее кашубский язык является региональным, а его использование как вспомогательного языка разрешено в 5 гминах Поморского воеводства [11]. Придав кашубскому языку статус регионального, польское руководство столкнулось с желанием силезцев, проживающих на юге страны, признать силезский язык ещё одним региональным. Однако правительство, рассматривающее силезский как диалект польского языка, считает данный шаг губительным и направленным против интересов государства, настаивая на важности изучения государственного языка.

Распространению польского языка, определению грамматических, орфографических, пунктуационных и других правил содействует созданный при Президиуме Польской академии наук Совет польского языка (Rada Języka Polskiego) [10]. В совете действуют десять проблемных групп (группа культуры живого слова, группа языка в СМИ, группа религиозного языка и т.д.), но наибольший интерес вызывает группа, занимающаяся вопросами польского языка за пределами страны. Её главная задача состоит в продвижении привлекательного образа Польши. Соответственно, характеристика языковой политики лишь со стороны внутренних политических процессов, без учёта внешнеполитического компонента, является неполной. В силу этого возрастает роль «мягкой силы», в том числе «мягкой силы» языка. Польша занимает 24-ое место в рейтинге государств по использованию потенциала «soft power» [6, p. 41]. Основные усилия направлены на Беларусь и Украину, что имеет под собой в первую очередь историческую подоплёку – пребывание части территорий этих государств в составе Речи Посполитой, а также проживание в этих государствах этнических поляков.

Одним из ключевых аспектов языковой «мягкой силы» Польши является возможность бесплатного получения высшего образования на польском языке. Граждан Беларуси, обучающихся в вузах Польши, более 5,2 тысяч человек [2], а граждан Украины – около 60 тысяч [1]. Кроме того, по программе Калиновского белорусские студенты, отчисленные по политическим мотивам из вузов, могут продолжить своё обучение в университетах Польши [5]. Для украинских студентов и аспирантов, обучающихся в своей стране, была учреждена программа «Польский Эразмус для Украины» («Polski Erasmus dla Ukrainy») с целью семестрового / годового обучения в польских высших учебных заведениях. При этом расходы покрываются стипендией, а владение польским языком выступает в качестве дополнительного преимущества. Несомненно, данные мероприятия поднимают авторитет Польши как в глазах граждан государств, где влияние её «мягкой силой» особо ощутимо, так и в глазах мировой общественности.

Не менее важным аспектом «мягкой силы» Польши представляется реализация Закона о карте поляка, предусматривающего не только поддержку польского национального меньшинства, проживающего за рубежом, но, что более важно с точки зрения языковой политики, получение «Карты поляка» представителями иных этносов, симпатизирующими «польскому народу, его языку, культуре и истории» [3, с. 182]. Именно знание языка является одним из главных условий получения «Карты поляка».

Резюмируя, стоит отметить, что языковая политика – это краеугольный камень внутренней и внешней политики государства. Польша, активно использующая язык для формирования национальной идентичности, значительное внимание уделяет его изучению гражданами других государств. В республике и за её пределами не только созданы механизмы для защиты польского языка, а также регионального и языков национальных меньшинств, но и реализуются программы получения высшего образования, семестровых / годовых стажировок иностранными гражданами, что поднимает престиж языка и страны.

Литература:

1. В польских университетах учится около 60 тыс. украинцев. 21.06.2017 [Электронный ресурс] / Гордон. – Режим доступа: http://gordonua.com/news/worldnews/v-polskih-universitetah-uchitsya-okolo-60-tys-ukraincev-grinevich-194080.html (дата обращения: 03.04.2018).

2. В Польше получает высшее образование более 5,2 тыс. студентов из Беларуси. 17.03.2018 [Электронный ресурс] / Варяг. – Режим доступа: http://varjag.net/v-polshe-poluchaet-vysshee-obrazovanie-bolee-52-tys-studentov-iz-belarusi (дата обращения: 01.04.2018).

3. Косолапов Н.А. «Мягкая сила» Республики Польша. На примере Украины и Белоруссии // Свободная мысль. – 2016. – № 3 (1657). – С. 177–188.

4. Марусенко М.А. Языки и национальная идентичность: современные вызовы национальному единству и территориальной целостности. – М.: Политическая энциклопедия, 2015. – 575 с.

5. Программа Калиновского для белорусских студентов возвращается. 11.04.2017 [Электронный ресурс] / Naviny.by. – Режим доступа: http://naviny.by/article/20170411/1491920810-programma-kalinovskogo-dlya-belorusskih-studentov-vozvrashchaetsya (дата обращения: 04.04.2018).

6. A Global Ranking of Soft Power. 2017 [Electronic Resource] / Portland & USC Center on Public Diplomacy. – Available at: https://softpower30.com/wp-content/uploads/2017/07/The-Soft-Power-30-Report-2017-Web-1.pdf (accessed 06.04.2018).

7. Konstytucja Rzeczypospolitej Polskiej z dnia 2 kwietnia 1997 r. [Zasób elektroniczny] / Sejm. – Dostęp: http://www.sejm.gov.pl/prawo/konst/polski/kon1.htm (ostatnie odwołanie: 30.03.2018).

8. Narodowy spis powszechny ludności i mieszkań 2011 [Zasób elektroniczny] / Statistics Poland. – Dostęp: https://stat.gov.pl/cps/rde/xbcr/gus/lud_raport_z_wynikow_NSP2011.pdf (ostatnie odwołanie: 29.03.2018).

9. Phillipson R. English-only Europe? Challenging Language Policy. – London; New York: Routledge, 2003.

10. Rada Języka Polskiego: Oficjalna strona [Zasób elektroniczny] / Rada Języka Polskiego. – Dostęp: http://www.rjp.pan.pl/index.php?option=com_content&view=featured&Itemid=81 (ostatnie odwołanie: 03.04.2018).

11. Urzędowy rejestr gmin, w których używany jest język pomocniczy [Zasób elektroniczny] / Ministerstwo Spraw Wewnętrznych i Administracji. – Dostęp: http://mniejszosci.narodowe.mswia.gov.pl/mne/rejestry/urzedowy-rejestr-gmin/6884,Urzedowy-Rejestr-Gmin-w-ktorych-jest-uzywany-jezyk-pomocniczy.html (ostatnie odwołanie: 31.03.2018).

12. Ustawa z dnia 6 stycznia 2005 r. o mniejszościach narodowych i etnicznych oraz o języku regionalnym [Zasób elektroniczny] / Sejm. – Dostęp: http://prawo.sejm.gov.pl/isap.nsf/DocDetails.xsp?id=WDU20050170141 (ostatnie odwołanie: 31.03.2018).

13. Ustawa z dnia 7 października 1999 r. o języku polskim [Zasób elektroniczny] / Sejm. – Dostęp: http://prawo.sejm.gov.pl/isap.nsf/DocDetails.xsp?id=WDU19990900999 (ostatnie odwołanie: 30.03.2018).

Поделиться статьей

Текущий опрос

Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся