Блог о культуре и истории Внутренней Азии

Британский клипер в степях Казахстана

21 Ноября 2018
Распечатать

Октябрь, Лондон в пасмурном тумане. Фигуры людей без зонтов, в пальто с поднятыми воротниками и руками, прочно греющимися в карманах, быстрым шагам передвигаются по улицам. Среди шума, в великолепном здании, построенном на пике имперского периода и с соответствующем названием, проходит конференция по «Новому Шелковому Пути» (НШП). Итак, «Королевский Колледж Лондона» открыл «Институт Центральной Азии». Среди многонациональной массы студентов можно опознать и спикеров мероприятия – посла Узбекистана, консула КНР, британского предпринимателя и двух парламентариев.

То, что на первый взгляд кажется рядовым мероприятием, интересно политическими откровениями участвующих в развитии региона. Из высказанного можно сделать некоторые политические заключения, важные для России не только по отношению к НШП, но и к региону Центральной Азии в целом.

Как представлять НШП
Консул КНР Шао Дженг назидал, что НШП - это не монолитное шоссе от А до Я, а сеть целой тучи проектов, которые взаимосвязями создают эффект магистрали. В своей речи он уделял внимание индивидуальным проектам. Перефразируя его слова, можно представить, что обновление местной трассы между двумя населенными пунктами не только позволит ускорить международный транзит по этому маршруту, но и принесет настоящее улучшение качества жизни местному населению, которому быстрее будет ездить на работу, и так далее.

Посол Узбекистана, Алишер Шайхов, заметил, что НШП может быть как дорогой китайского экспорта, так и импорта, что открывает новые возможности для затронутых стран. Опять же, нельзя сказать, что эта мысль инновационная, но она часто забывается в информационном шуме. Как заметил Его Превосходительство Шайхов, частный пример новых возможностей для Узбекистана – это упрощение пути экспорта фруктов в Китай. Экономия времени в транзите важна для скоропортящихся продуктов и благоприятно подействует на потенциальную выручку.

Британцы, в свою очередь, описали «звенья» в сети, как ключевые точки для инфраструктуры регионов. Например, таким звеном, вероятно, станет Астана. После речей полковника Роберта Стюарта, который является депутатом палаты общин и председателем парламентских комитетов по Казахстану и Киргизстану, становится ясно, почему в интересах географически отдалённых государств лежит развитие отношений в этих ключевых точках на НШП. Поскольку ресурсов для работы с большим количеством логистических узлов на всем протяжении НШП не хватает, Британия целенаправленно максимизирует сотрудничество с ключевыми узлами сети НШП. Она делает это как в сфере своих ключевых компетенций – финансовых услугах, так и в более "мягком" образовательным секторе. Представители Британии долго и красноречиво расписывали, как хорошо, что Казахстан развивает зону британского права в финансовом секторе Астаны, образование на английском языке и так далее. Оптимизм речей намекает на то, что развитие британского присутствия на ключевых точках Центрально-Азиатского направления НШП растет быстро и уверенно.

Северный Сосед
Нет политического мероприятия в Лондоне, на котором кто-то не поднял бы извечный вопрос о «Русской агрессии». Один зритель встал и уверенно спросил, как же развиваться НШП, имея ввиду опасность российской агрессии? Спикеры ответили дипломатично, но ясно. Консул КНР напомнил, что между Россией и Китаем налажен прекрасный общий язык, посол Узбекистана сказал похожее, добавив, что без России процессы в регионе не могут продвигаться быстро. Британские парламентарии уклонились от столь оптимистичного ответа, но тоже дали понять, что Россия является важным партнером в регионе. Можно сказать, что эти ответы чиновников внушают оптимизм по позиции России в регионе.

Далее вопрос касался не только России, но и государственного устройства наших союзников в Центральной Азии. «Стоит-ли торговать со странами, которые не уважают права человека?»,- спросил ‘идейный’ студент. Первым ответил Консул КНР, сказав, что доктрина Китая – не вмешиваться во внутренние дела других государств. Решительный ответ охладил студента. Представитель Палаты Общин, полковник Стюарт, ответил позже, сказав, что именно через торговлю можно «поменять отношения некоторых людей к общечеловеческим ценностям», а представитель Палаты Лордов, Баронесса Стерн, подхватила эту идею, добавив, что торговля и сотрудничество полезны региону, который и так прогрессирует в вопросах прав семимильными шагами.

Вспомнить, как мы жили вместе
НШП приведет в регион не только экономические, но и политические изменения самой фундаментальной формы. Как минимум, потому, что бурное строительство привлечет геополитическое вниманию к региону, который в прежнем часто оставался в стороне. Если Россия не будет предпринимать активные действия в регионе, то не факт, что она максимизирует прямую выгоду от НШП и поддержит мирный баланс в регионе Центральной Азии. Нам стоит направить усилия во внешней и внутренней политики по данному вопросу. Во внешней политике упускаются долгосрочные процессы, которые не видны под поверхностной дружбой лидеров стран, ибо эта дружба продолжительна ровно во время их срока исполнения обязанностей. России стоит изучить, как поддержать свое присутствие в умах и сердцах следующего поколения народных масс Центральной Азии. Именно они будут задавать информационное, языковое и политическое поля для следующего лидера страны. Политика презирает вакуум, и в противном случае, следующие правительства стран Центральной Азии будут действовать вопреки своим евразийским интересам. У России есть объективные и субъективные преимущества для поддержки взаимопонимания в регионе. Объективные – это многовековая история единого государства, совместная борьба в Великой Отечественной Войне и родственные трансграничные связи. Субъективный фактор – как это было в интересах Абулхайр-хана в 1731 году, так и сейчас, близкие отношения с Россией в интересах государств Центральной Азии. Но, как мы видим по печальному опыту других близких соседей, без постоянного объяснения, эти факторы не могут противостоять международному капиталу.

Может быть лучший путь вперед заключается не в попытке соревнования на поле партнеров – в капиталовложениях – а лучше опираться на фундамент истории, которого у них нет и никогда не будет. Как? Надо пропитать общества государств Центральной Азии их же историей, чтобы они услышали о ней от тех источников, которые бы искренне поддерживали их личные уникальные интересы, а не очередную международную корпорацию. Это не обязательно должно стать только работой СМИ, но также и аналитических центров, программ обмена студентами и профессионалами, спортивная и религиозная кооперация, то есть все то, что может обновить память совместных веков. Таким образом, информационное пространство, и можно сказать ‘мода’, будут направлены на внутренние евразийские интересы Центральной Азии, и они приобретут достойное место в приоритетах будущих лидеров. А целью политики сближения в этом случае будут отнюдь не элиты, которые в какой-то мере в любом случае будут способны к космополитичности, а рядовые люди. Народ в итоге и есть то, под что стабильные правительства должны подстраиваться. Любой лидер должен говорить на языке своей страны, должен быть хотя бы терпим большинством. Великая сумма кумулятивных действий каждого отдельно взятого человека создает субъект с волей, и именно эта воля, направленная на нас, может сблизить субъекты России и Центральной Азии в будущем.

Уходя от теории, можно сказать иначе. Повторения одинакового метода, как правило дает, одинаковый результат. Работа исключительно с государственными начальниками показала себя ущербной тактикой. Может быть, пришло время сменить стратегию взаимоотношения с соседями?

Первоисточник: Геополитика.ру


Поделиться статьей

Текущий опрос

Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся