Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Федор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике

Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган рассказал в интервью телеканалу «24ТV», что во время визита в Москву предложил Владимиру Путину принять Турцию в Шанхайскую организацию сотрудничества. Путин, по словам Эрдогана, отнесся к идее с интересом. Турция недавно получила статус официального партнера ШОС по диалогу.

Ожидать скорого вступления Анкары, конечно, не стоит. Для организации куда актуальнее вопрос об отношениях с Индией и Пакистаном, а когда и как он решится — непредсказуемо. Однако сам факт такой дискуссии примечателен с точки зрения состояния региональной и глобальной политики.

Турция — видный член НАТО, в то время как ШОС на Западе принято обсуждать в контексте противостояния ему и евроатлантическим структурам. Контекст этот, к слову, ошибочный, задача ШОС не столько противостоять Западу, сколько «обойти» его, создав собственную региональную структуру. Однако восприятие существует. Желание Анкары войти в эту организацию можно соответственно расценивать двояко — либо как проникновение троянского коня, либо как свидетельство того, что Североатлантический альянс переживает упадок, а союзники начинают смотреть по сторонам.

Реальные мотивы скорее всего связаны с собственно турецкой логикой — Анкара проводит гиперактивную политику по всем направлениям и рассчитывает укрепить как отношения с «поднимающимися державами», так и переговорные позиции в диалоге с США. После довольно прохладного периода с Вашингтоном Турция вновь сместилась в его сторону в связи с сирийскими событиями, однако намерена по-прежнему подчеркивать собственную самостоятельную линию.

Членство Анкары в ШОС сместило бы баланс сил в этой организации, причем в необычном направлении. Турция еще с момента распада СССР искала способы стать патроном тюркоязычных экс-советских республик, правда, на это никогда не хватало ресурсов. В ШОС для этого открылся бы новый шанс: возглавить «блок» центральноазиатских государств, которые чувствуют себя зажатыми между двумя гигантами — Китаем и Россией. Это, конечно, чревато осложнениями со всеми, но не совсем бесперспективно. Особенно с учетом кризиса ОДКБ, который грозит оставить страны Центральной Азии один на один друг с другом и своими проблемами.

Тут, правда, есть еще один нюанс. Одной из приоритетных задач Пекина в рамках Шанхайской организации сотрудничества с самого начала было добиться от всех стран-участниц осуждения уйгурского (тоже тюркоязычного) сепаратизма в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР. При этом в Турции всегда были силы, солидарные с китайскими уйгурами и рассматривавшие поддержку их как важный политический инструмент в Центральной Евразии. Если Анкара всерьез намерена вступить, ей придется четко и ясно отмежеваться от этой поддержки.

Нескрываемым мотивом интереса к ШОС является обида Турции на Евросоюз, о чем Эрдоган сказал прямо. За десять лет правительство Партии справедливости и развития предприняло реальные усилия по сближению с ЕС — в плане как внутренних реформ, так и внешних отношений. С середины 2000-х связи забуксовали, а вскоре стало ясно, что в Единую Европу Турцию не пустят. Формально из-за несоответствия критериям, фактически из страха перед крупной мусульманской страной.

Теперь в условиях углубляющегося упадка ЕС и экономического бума в Турции политики в Анкаре откровенно глумятся над недавним пределом мечтаний. В упомянутом интервью Эрдоган попросту усомнился, что Европа в нынешнем виде сохранится к 2023 году. Мы, мол, посмотрим, кто к кому придет на поклон.

Любопытно, что отношение к Европе отчасти является фактором, из-за которого Анкара и Москва сейчас тяготеют друг к другу. При всех разногласиях, и конфликт из-за Сирии их еще раз подчеркнул, Россия и Турция структурно близки. Это две большие и значимые страны, веками принадлежавшие к европейской сфере и участвовавшие в европейской политике, но никогда не допускавшиеся в «ядро», рассматривавшиеся как «посторонние» относительно «настоящей» Европы. Сегодня на фоне европейской слабости и неопределенности у обеих держав есть соблазн отыграться за пренебрежение. Вряд ли эту задачу будут решать в рамках ШОС, но найдутся и другие форматы. Поэтому, кстати, и ссора из-за Сирии не будет фатальной.

Источник - Московские новости.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся