Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Федор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике

Немецкие власти отменили запланированную на начало декабря встречу сопредседателей форума гражданских обществ России и Германии "Петербургский диалог". В ведомстве федерального канцлера Ангелы Меркель считают, что в прежнем виде институт больше не имеет смысла, поэтому правительство Германии решило переформатировать "Петербургский диалог". Напомню, этот форум представителей гражданских обществ двух стран существует 13 лет и собирался, как правило, на полях межправительственных консультаций. Теперь он станет более боевитым и, прежде всего, займется преградами, с которыми гражданское общество сталкивается в России. Иными словами, более критично отнесется к российской политической модели. По крайней мере, таков замысел Берлина. Захочет ли помогать в его реализации Москва – неизвестно.

Хотя сам по себе "Петербургский диалог" не назовешь основой российско-германских связей, его фактическая отмена – событие знаменательное. Форум служил фасадом, общественно-политическим проявлением прочных бизнес-интересов. А они, если и не определяли курс правительства Германии, то очень существенно на него влияли.

Эта традиция уходит корнями в пятидесятые и шестидесятые годы прошлого века, когда ФРГ, несмотря на трагическое наследие войны, быстро начала восстанавливать присутствие на восточных рынках. Когда же в конце шестидесятых в Германию пошел сибирский газ, это цементировало фундамент, который и поныне определяет модель отношений двух стран. Модель выдержала испытание и холодной войной, и объединением Германии, и распадом СССР. Споткнулась она на Украине.

Германский бизнес, естественно, недовольный санкциями, вынужден уступить жесткому политическому курсу Ангелы Меркель. Она же руководствуется соображениями "другой Германии" – той, что намерена играть ведущую роль в Европе, а не просто быть "кассиром для всех".

Внутренняя трансформация Германии – главная причина того, что Берлин занял столь непривычную для Москвы позицию. Эпоха, когда Германия держалась в тени, избегала политической роли и старалась, памятуя прошлое, быть приятной во всех отношениях, заканчивается. Сама ситуация в Европе толкает Берлин к лидирующей роли – других локомотивов просто нет. Франция утонула во внутренних проблемах, Великобритания отчаливает от Старого Света в непонятном направлении. Вот и приходится Германии брать на себя все большую ответственность. А где ответственность, там и необходимость принимать болезненные решения. И о себе, и о других.

Первым звонком стала история полуторагодичной давности, когда Берлин обанкротил Кипр, дабы изменить тамошнюю экономическую модель. Дальнейшие действия по санации и обновлению Европейского союза, скорее всего, неизбежны, и Германии придется сталкиваться с растущим сопротивлением соседей и партнеров. Поэтому нужна опора и поддержка. А чтобы ей заручиться, приходится отказываться от некоторых привилегий прошлого. Например, особых, а потому весьма выгодных отношений с Россией.

Процесс подкрепляется объективными обстоятельствами. Постепенно меняется энергетическая конъюнктура. Замены России как поставщика по-прежнему нет, но совокупность отдельных шагов по диверсификации – от других источников до энергосбережения и альтернативных видов топлива – медленно меняет атмосферу. Ощущение большей независимости Европы усиливается, соответственно, становится более уверенным поведение с Москвой.

Берлину также важно следить за тем, чтобы его не заподозрили в намерении отойти от принципов атлантической солидарности. Украина дает такую возможность. И ирония в том, что это чуть ли не единственная тема, по которой Германия может серьезно солидаризироваться с США.

Отношения с главным союзником вообще-то прохладные. Откровения Сноудена потрясли Берлин. Выяснилось, что объектом прослушки являлось все, вплоть до личного телефона госпожи канцлер. Ну, а что касается большинства внешнеполитических начинаний Вашингтона, особенно на Ближнем Востоке, Германия никогда не испытывала энтузиазма.

К новой Германии надо относиться реалистически. С одной стороны, отношения не будут прежними. "Восточная политика", когда-то начатая Вилли Брандтом и продолжавшаяся до Герхарда Шрёдера, закончена. Но и ставить крест на особых связях не стоит. Лидерская позиция Германии все равно основана на ее экономическом могуществе. А оно – результат экспортной экспансии. И если появится реальный шанс того, что большой рынок к востоку от ЕС может закрыться безвозвратно, политики, скорее всего, вновь прислушаются к бизнесменам.

Источник: Вести

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся