Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Константин Косачев

Председатель Комитета по международным делам Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, член РСМД

О том, что и кто мешает России использовать в ее внешней политике «мягкую силу», спецкору ИД «Коммерсантъ» Владимиру Соловьеву рассказал глава Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству (Россотрудничество) Константин Косачев.

— Ведомство, которое вы недавно возглавили, попадало в информационное пространство в основном в связи с кадровыми изменениями в его руководстве. Широким массам о нем известно мало. С чем это связано?
 
— Я не стал бы умалять значение работы, которая была проделана в последние три года. Просто это специфическая работа, она направлена главным образом на зарубежную аудиторию. Смею утверждать, что в мире, особенно среди наших соотечественников за рубежом, Россотрудничество известно. Разнятся оценки. Кто-то его хвалит, кто-то ругает. Сколько людей, столько мнений. Это проблема не столько агентства, сколько раздробленной и разобщенной российской диаспоры за рубежом, но об этом нужно говорить отдельно.
 
Другое дело, что деятельность агентства очень слабо подсвечивалась в СМИ. Слабо рекламировалась, если хотите. А грамотный пиар порой имеет чуть ли не большее значение, чем содержательная работа. Одна из моих задач на позиции нового руководителя агентства заключается в том, чтобы то, что мы здесь реально делаем, было не просто востребовано теми, кому это нужно, но и известно всем, кто следит за нашей деятельностью и ее комментирует.
 
— Когда в 2008 году создавалось Россотрудничество, идея состояла в том, что оно будет продвигать российское влияние в мире при помощи так называемой мягкой силы. Россия умеет пользоваться этой «мягкой силой»?
 
— Пока не так эффективно, как многие наши соперники. Часто мы упрощенно понимаем определение «мягкая сила». Кто-то считает, что это набор инструментов к принуждению партнеров сделать что-то, только не прямых, а косвенных. Когда где-то аккуратно меняется регламентация экономического сотрудничества, где-то перекрывается вентиль. И вот такая полужесткая сила формально называется мягкой. Это одна, радикальная, трактовка этого понятия.
 
Противоположное, но не менее ошибочное мнение заключается в том, что мягкая сила — это некие мероприятия: концерты, выставки, фуршеты. Когда за влияние выдается присутствие и не более того.
 
И первое, и второе я считаю в равной степени неправильным. Термин «мягкая сила» придумал американский политолог Джозеф Най, который, если не ошибаюсь, определил его так: реализация собственных интересов через добровольное согласие к этому союзников, их соучастие в такой реализации, а не принуждение к союзничеству. Такое добровольное согласие наших потенциальных партнеров, наших потенциальных союзников на взаимодействие с Россией и должно быть предметом реализации нашей страной концепции мягкой силы. Но пока она находится в зачаточном состоянии, только начинает развиваться.
 
— Вам ближе трактовка Ная?— Она наиболее близка к тому, что должно быть на самом деле. Речь ведь действительно идет о том, чтобы образ России был естественно притягательным. Не просто потому, что нам хочется, чтобы Россию любили и относились к ней с симпатией, а потому, что наши потенциальные партнеры видят в России пример и модель для подражания. Эта задача звучит амбициозно, но она вполне реализуема. Нужно стать моделью для подражания с точки зрения обустройства экономики, политической системы, рецептов решения актуальных современных проблем вплоть до кричащей проблемы коррупции (где мы пока точно не являемся примером для подражания). Но, повторюсь, задачу надо ставить именно так.
 

Если брать постсоветское пространство, геополитические соперники России приходят на это пространство под лозунгом «Мы пришли к вам, чтобы помочь вам решать ваши проблемы». Россия же часто пытается восстановить свое присутствие и влияние на постсоветском пространстве, не скрывая того, что это нужно нам. Вот мы, Россия, присутствуем в такой-то географической точке, потому что это отвечает российским интересам. Это затрудняет реализацию концепции мягкой силы, это настораживает и отталкивает потенциальных партнеров.


Полная версия интервью на сайте Коммерсантъ-Online: «Против России действуют осознанно и целенаправленно, но на это нельзя обижаться»

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся