Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 29, Рейтинг: 4.79)
 (29 голосов)
Поделиться статьей
Виталий Наумкин

Научный руководитель Института востоковедения РАН, академик РАН, член РСМД

Сегодня водная проблема становится одним из самых острых «конфликтогенов» на Ближнем Востоке. Не убавляется и число тех, кто хотел бы, манипулируя социальными проблемами, возникающими в различных странах, причем не только в этом регионе, из-за водного дефицита и засухи, подорвать стабильность тех или иных режимов, попытаться разжечь массовое недовольство, направив его против правительств.

России повезло. Мы щедро наделены водными ресурсами, хотя часто не умеем к ним рачительно относиться. Однако в последнее время источником беспокойства в сфере экологии стала другая проблема — проблема мусора. Это наш эквивалент ближневосточной засухи. Мы проспали эту проблему, особенно в центре страны.

Извлечены ли уроки из опыта наших ближневосточных соседей? А ведь сегодня в мире есть немало тех, кто готов и экологическое лыко поставить в строку, лишь бы ослабить российскую государственность.

Когда начавшиеся в Сирии в 2011 г. беспорядки стали перерастать в серьезный внутренний конфликт с вмешательством внешних сил, политики и эксперты многих стран мира стали спорить о причинах кризиса. Тогда ныне покойный американский политик Збигнев Бжезинский в одной из своих статей написал: «В конце 2011 года в Сирии на фоне неурожая и засухи происходили волнения, подстрекаемые двумя известными ближневосточными автократиями: Катаром и Саудовской Аравией». В этом вполне здравом суждении (что в принципе не вполне характерно для этого автора) можно выделить две составляющие — о роли экологических причин как ключевых, вызвавших первую волну недовольства, и о действиях внешних акторов, которые из его искры разожгли пламя кровопролитного конфликта. В результате начавшихся в 2006 г. засухи и неурожая огромное число сирийских сельчан лишились источника существования, в города хлынула масса недовольных, которым не удавалось и там найти решение своих проблем. Конечно, свою негативную роль тогда сыграла и неадекватная реакция властных структур страны на первые протесты молодежи в Дараа. При этом, как писала известный эксперт по водной проблеме на Ближнем Востоке Франческа де Шатель, в Сирии превращение протестных беспорядков в войну происходило при поддержке давно существовавших здесь организованных групп.

Уроки из случившегося надо извлекать всем. Ведь сегодня водная проблема становится одним из самых острых «конфликтогенов» на Ближнем Востоке. Не убавляется и число тех, кто хотел бы, манипулируя социальными проблемами, возникающими в различных странах, причем не только в этом регионе, из-за водного дефицита и засухи, подорвать стабильность тех или иных режимов, попытаться разжечь массовое недовольство, направив его против правительств.

Водный кризис угрожает многим арабским государствам, Ирану, Израилю (кстати борьба Израиля за обладание запасами пресной воды всегда была одной из составляющих арабо-израильского конфликта). Возьмем, к примеру, Иран. По публикующимся оценкам, властям этой страны приходилось бороться с засухой в течение всего истекшего десятилетия. Джеймс Дорси пишет, что именно экологические причины в последние годы вызвали протесты в районах, населенных этническими меньшинствами — азербайджанцами и иранскими арабами (а этнические меньшинства, среди которых также белуджи, курды и другие группы, составляют в Иране примерно половину его населения). Мне известно, что иранские лидеры предпринимают энергичные шаги в правильном направлении для решения проблем населения. Тем не менее, бывший министр сельского хозяйства Ирана Иса Калантари предупредил в 2015 г., что без разрешения водного кризиса в предстоящие 25 лет страну могут быть вынуждены покинуть около 50 млн. иранцев. А силы, настроенные на подрыв стабильности в стране с помощью санкций и других подобных враждебных Ирану мер, не прекратят попыток использовать экологический кризис в качестве триггера для разжигания конфликта. Иранские политики небезосновательно опасаются, что назначение антииранского ястреба Джона Болтона советником президента Трампа по национальной безопасности может привести к активизации попыток свержения режима в Тегеране с использованием всех возможных инструментов. По данным интернет-издания «Аль-Монитор», примерно 90% населения Ирана и его экономической активности сосредоточены в областях «высокого водного стресса».

Есть и немало примеров, когда диспаритет в обеспеченности водными ресурсами и односторонние действия соседних государств на Ближнем Востоке и во многих других регионах вызывают напряженность в отношениях между соседями. Специалисты стали даже поговаривать о «водных войнах». Ведутся острые споры вокруг использования ресурсов Нила между 12 государствами, расположенными в бассейне этой реки, крупнейшие из которых — Эфиопия и Египет. Спорят за право доступа к ресурсам реки Брахмапутра Китай и Индия (в бассейне этой реки расположены также Бангладеш и Бутан). Известны проблемы, возникшие из-за водного диспаритета между центрально-азиатскими государствами (Казахстан — Кыргызстан, Таджикистан — Узбекистан), но в последнее время появились шансы их благополучного разрешения в интересах всех сторон. В этой связи нельзя не помянуть недобрым словом появлявшиеся в прошлом планы переброски стока сибирских рек в Центральную Азию, что имело бы катастрофические последствия для экологии огромной части Евразии и — в перспективе — для отношений между соседями.

waterwars4.jpg
Полигон "Ядрово"
Максим Блинов/РИА «Новости»

Но нам, действительно, повезло. Мы щедро наделены водными ресурсами, хотя часто не умеем к ним рачительно относиться (вспомним пресловутый целлюлозно-бумажный комбинат на Байкале). Однако в последнее время источником беспокойства в сфере экологии стала другая проблема — проблема мусора. Это наш эквивалент ближневосточной засухи. Мы проспали эту проблему, особенно в центре страны. Создавать систему переработки и утилизации отходов надо было давно, не дожидаясь когда мусорный петух начнет клевать в одно место власти тех же районов Московской области. Не буду вспоминать всем известные перипетии с ужасными свалками в Кучино и в Ядрово, вызвавшими массовое недовольство населения. Одна из них была закрыта, вопрос с другой решается — адекватные меры налицо. И в этих случаях поступала информация о попытках определенного числа деструктивных сил воспользоваться ситуацией для раскачивания социально-политической стабильности. Но извлечены ли уроки из опыта наших ближневосточных соседей? А ведь сегодня в мире есть немало тех, кто готов и экологическое лыко поставить в строку, лишь бы ослабить российскую государственность. Только не надо помогать им своими собственными необдуманными действиями. Да и без того, чтобы призвать к ответу коррумпированных чиновников, решить проблему не удастся.

Оценить статью
(Голосов: 29, Рейтинг: 4.79)
 (29 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся