Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 9, Рейтинг: 4.67)
 (9 голосов)
Поделиться статьей
Алексей Захаров

Научный сотрудник Центра индийских исследований Института востоковедения РАН

«Неформальный саммит» лидеров России и Индии 21 мая 2018 года в Сочи стал новым явлением в российско-индийских отношениях. Встреча прошла в преддверии ряда международных форумов с участием сторон.

Как отмечают в российском МИД, в ходе встречи были обсуждены вопросы «особо привилегированного стратегического партнерства» — торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества, взаимодействия в области энергетики, космоса, авиастроения, автомобилестроения, фармацевтики, химической промышленности и т.д. Кроме того, поднималась тема многостороннего сотрудничества в форматах Россия-Индия-Китай (РИК), БРИКС, ШОС, ООН.

По словам МИД Индии, В. Путин и Н. Моди уделили внимание международным вопросам и отметили важность построения многополярного мира.

Примечательно, что из официальных комментариев обеих сторон выпало военно-техническое сотрудничество — одна из ключевых сфер российско-индийских отношений, своеобразный фундамент партнерства стран.

В целом же можно констатировать, что встреча В. Путина и Н. Моди лишний раз продемонстрировала, что российско-индийские отношения находятся в огромной зависимости от активного взаимодействия на высшем уровне.


«Неформальный саммит» лидеров России и Индии 21 мая 2018 года в Сочи стал новым явлением в российско-индийских отношениях и был вызван накопившимися вопросами двусторонней повестки, а также глобальными проблемами, оказывающими все большее влияние на сотрудничество стран. Встреча прошла в преддверии ряда международных форумов с участием сторон. В июне В. Путин и Н. Моди примут участие в саммите ШОС в Китае, в июле — в форуме стран БРИКС в Южной Африке, в ноябре — во встрече лидеров государств G-20 в Аргентине. Наконец, на октябрь 2018 года запланирован официальный визит Владимира Путина в Индию в рамках ежегодного двустороннего саммита. В этой связи проведение внеочередной встречи было также необходимо для согласования позиций сторон накануне взаимодействия в многосторонних форматах.

Встреча В. Путина и Н. Моди имела насыщенную программу — неформальное общение в резиденции «Бочаров ручей», прогулка по Черному морю, посещение образовательного центра «Сириус» и культурно-этнографического центра «Моя Россия» в Красной Поляне. На протяжении всего дня лидеры заявляли о давней дружбе между странами и высказывали приверженность стратегическому партнерству. Наконец, кульминацией дня и одним из его наиболее неожиданных моментов стали личные проводы В. Путиным Н. Моди в аэропорту — редкий жест российского лидера в отношении зарубежных гостей, который наверняка отметили и оценили в Индии.

Ввиду неформального характера переговоров понимание их итогов займет какое-то время. Тем не менее, о некоторых результатах встречи можно судить по пресс-релизу МИД Индии и ответам министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова на вопросы СМИ. При их прочтении можно заметить разные акценты, сделанные внешнеполитическими ведомствами двух стран. В своих Гкомментариях глава российского МИД отметил обсуждение лидерами двух стран всего спектра «особо привилегированного стратегического партнерства» — торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества, взаимодействия в области энергетики, космоса, авиастроения, автомобилестроения, фармацевтики, химической промышленности и т.д. По его словам, поднималась тема многостороннего сотрудничества в форматах Россия-Индия-Китай (РИК), БРИКС, ШОС, ООН. Отдельно С. Лавров отметил развитие «большого евразийского проекта» и переговоры о создании зоны свободной торговли между ЕАЭС и Индией. Важным для российской стороны стало подтверждение лидерами приверженности выступлениям против попыток политизировать деятельность Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Стоит вспомнить, что Индия была одной из стран, высказавшихся на внеочередном собрании ОЗХО о необходимости беспристрастного расследования инцидента в Солсбери.

Попытки расширения взаимодействия двух стран будут сопровождаться борьбой за сохранение позиций в традиционных сферах сотрудничества.

Фокус индийского документа, посвященного итогам встречи В. Путина и Н. Моди, — плодотворное обсуждение международных вопросов. В нем особо отмечается согласие сторон по поводу важности построения многополярного мира (multipolar world). Однако внимательный анализ «видения» внешнеполитическими ведомствами стран итогов неформальных переговоров лидеров показывает, что, на самом деле, единство взглядов остается лишь на бумаге. На деле же полицентричный мир для России — это миропорядок без верховенства Соединенных Штатов Америки, а многополярный мир Индии должен быть освобожден от гегемонии Китая в Азии и других регионах. Не удивительно, что в пресс-релизе министерства иностранных дел Индии отсутствует упоминание РИК, ЕАЭС и российского проекта «Большой Евразии». Зато говорится о решении стран углубить консультации по вопросам Индо-Тихоокеанского региона. Как известно, российскими политическими кругами данный термин не используется, и отчасти это связано с тем, что он активно продвигается администрацией Д. Трампа и применяется в ВМС США. С. Лавров говорил об Азиатско-Тихоокеанском регионе и убежденности российской и индийской сторон, что новая архитектура безопасности и сотрудничества в АТР должна основываться «на внеблоковых принципах, принципах открытости, равной и неделимой безопасности». Какой бы термин ни употреблялся по отношению к региону, упоминание внеблоковости в контексте российско-индийских переговоров вызывает удивление, поскольку Индия является активной участницей четырехстороннего диалога по безопасности (Quad) совместно с США, Японией и Австралией. При всей аморфности этого формата намерения «четверки» имеют ясные очертания — противостоять усилению влияния Китая в регионе — и, в случае дальнейшего развития, Quad вполне мог бы квалифицироваться как Индо-Тихоокеанский блок. Примечательно и развитие Индией регионального взаимодействия в трехсторонних форматах — США — Япония — Индия и Индия — Австралия — Франция. Данные объединения преследуют аналогичную цель — остановить КНР. В этой связи не удивительно, что индийское министерство в своем сообщении не упоминало о приверженности «внеблоковым принципам» в регионе.

Примечательно, что из официальных комментариев обеих сторон выпало военно-техническое сотрудничество — одна из ключевых сфер российско-индийских отношений, своеобразный фундамент партнерства стран. В последние годы в области ВТС существовал ряд трудностей двустороннего взаимодействия, но сейчас оно оказалось под воздействием серьезного внешнего фактора в виде американских санкций, а именно закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (Countering America's Adversaries Through Sanctions Act, CAATSA). Положения этого законодательного акта, предполагающие введение ограничений против стран (и конкретных исполнительных лиц), которые вступят в «значительную сделку» с российским оборонным или разведывательным секторами, ставят Индию в непростое положение. Нью-Дели необходимо сохранить суверенитет в своей оборонной политике, при этом не разрушив партнерские отношения с США. Главная интрига переговоров В. Путина и Н. Моди — покупка Индией противоракетных зенитных ракетных комплексов С-400 — так и осталась актуальной и теперь разрешится осенью, во время визита президента России в Индию. В Нью-Дели заинтересованы в приобретении систем российского производства, но в условиях риска попадания под вторичные санкции США индийской стороне необходимо время для консультаций с Вашингтоном.

К сожалению, за красивыми формулировками официальных документов по итогам переговоров России и Индии незаметными остаются подводные камни двустороннего взаимодействия на современном этапе. Скрываясь за заявлениями о едином восприятии мира и региональных процессов, российско-индийские отношения все больше похожи на сотрудничество с разными стратегическими взглядами. Дружба стран носит парадоксальный характер — широкие имиджевые жесты, амбициозные планы и сентиментальные воспоминания уживаются в ней с отсутствием значимых достижений последних лет и развития связей за пределами секторального взаимодействия в области энергетики и ВТС.

Геополитические реалии сегодняшнего дня ставят перед Россией и Индией сложные задачи. По всей видимости, попытки расширения взаимодействия двух стран будут сопровождаться борьбой за сохранение позиций в традиционных сферах сотрудничества. Успех на этом пути возможен лишь при наличии откровенного диалога по проблемным вопросам отношений на всех уровнях двухстороннего партнерства.

Встреча Владимира Путина и Нарендры Моди лишний раз продемонстрировала, что российско-индийские отношения находятся в огромной зависимости от активного взаимодействия на высшем уровне. Именно саммиты привносят в них новую энергию и становятся хорошим поводом для СМИ и экспертов двух стран вспомнить о сотрудничестве Москвы и Нью-Дели в позитивном ключе. Достижение сторонами договоренности сделать неформальные встречи традицией можно рассматривать как попытку придать российско-индийским отношениям новый импульс. Вероятнее всего, именно проведение регулярных саммитов (чаще одного раза в год), лишенных бюрократических изъянов взаимодействия стран на других уровнях, должно стать рецептом для преодоления противоречий в дружбе России и Индии.


Оценить статью
(Голосов: 9, Рейтинг: 4.67)
 (9 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся