Распечатать
Регион: Россия
Оценить статью
(Голосов: 47, Рейтинг: 2.13)
 (47 голосов)
Поделиться статьей
Николай Кавешников

К.полит.н., доцент, зав. каф. интеграционных процессов МГИМО МИД России, в.н.с. Института Европы РАН, эксперт РСМД

Вокруг проекта «Северный поток — 2» продолжается активная политическая борьба. Европейская Комиссия надеется получить от членов ЕС мандат на ведение переговоров с Россией по вопросу статуса проекта. Стремление Еврокомиссии в данном вопросе выступать от лица всего Европейского союза не вполне обосновано. В ЕК прекрасно понимают уязвимость своей позиции, однако надеются, что, спекулируя на негативном политическим имидже России, смогут убедить страны ЕС поручить ей вести диалог с Москвой. Тем не менее вероятность того, что государства-члены дадут Европейской комиссии мандат на ведение переговоров по этому вопросу с Россией, невелика.

Осложняет ситуацию и решение Вашингтона о введении новых санкций против России, частично затрагивающих вопросы финансирования трубопровода «Северный поток — 2». В определенных кругах как в Вашингтоне, так и в ЕС есть политическое желание заставить Россию сохранить транзит через Украину, чтобы у Киева по-прежнему был инструмент влияния на Москву. Этот мотив в санкционной политике Вашингтона гораздо важнее экономического. Германия и Австрия, в свою очередь, видят в действиях США продолжение американской политики экстерриториального применения своего законодательства.


REUTERS

Идея увеличения мощности газопровода «Северный поток» до 110 млрд кубометров в год за счет строительства еще двух ниток возникла в связи со сложностями при реализации «Турецкого потока». Целый ряд европейских стран отнесся к проекту позитивно. Участвовать в его реализации выразили желание несколько европейских компаний, в частности Royal Dutch Shell, Uniper, OMV AG. Однако в связи с возражениями Польши, а также из-за возникновения юридических сложностей западные компании не смогли принять участие в реализации проекта в качестве членов консорциума Nord Stream 2 AG. Была выбрана схема, в соответствии с которой они предоставят Nord Stream 2 AG заемное финансирования в размере 50% стоимости проекта (9,5 млрд евро).

Вокруг проекта продолжается активная политическая борьба. Европейская Комиссия надеется получить от членов ЕС мандат на ведение переговоров с Россией по вопросу статуса проекта «Северный поток — 2». Германия, Австрия, Франция, Нидерланды, в сущности, заинтересованы в реализации проекта, но не готовы оказывать существенную политическую поддержку. Польша, Чехия, Словакия, страны Балтии резко критикуют проект. Некоторые страны Южной Европы, например Венгрия и Италия, отмечают, что строительство «Северного потока — 2» станет примером двойных стандартов, ведь ранее жесткая позиция Еврокомиссии привела к отказу от уже согласованного со всеми заинтересованными странами ЕС «Южного потока». Осложняет ситуацию и решение Вашингтона о введении новых санкций против России, частично затрагивающих вопросы финансирования трубопровода «Северный поток — 2».

Юридические споры

В Еврокомиссии прекрасно понимают уязвимость своей позиции, однако надеются, что, спекулируя на негативном политическим имидже России, смогут убедить страны ЕС поручить ей вести диалог с Москвой.

Сложность реализации проекта «Северный поток — 2» с юридической точки зрения заключается в необходимости учитывать энергетическое законодательство Европейского союза, в том числе положения Третьего энергопакета. Большая часть газопровода находится в международных водах, к которым нормы энергетического права ЕС не применимы. Однако точка сдачи газа находится на территории Германии; конечная часть газопровода проходит через территориальные воды Германии, на которые теоретически распространяется энергетическое законодательство ЕС. Трубопровод с технической точки зрения — единая система, которая не может одновременно функционировать в соответствии с двумя правовыми режимами. И компания-оператор трубопровода тоже не сможет функционировать без урегулирования этих противоречий.

Безусловно, бизнес-группы в Вашингтоне лоббировали введение именно таких санкций против России, однако считать, что все решения принимались ради экономических целей, будет неверно.

В контексте «Северного потока — 2» следует упомянуть о двух условиях, соблюдения которых требует энергетическое законодательство Евросоюза. Во-первых, управление трубопроводом должно быть отделено от добычи газа. Соответственно, компании, которые добывают и продают газ, не могут иметь ключевое участие в компаниях, управляющих трубопроводом. В данном случае речь идет о «Газпроме». Во-вторых, магистральные газопроводы на территории ЕС должны предоставлять так называемый «доступ третьих лиц к сетям», т. е. давать возможность прокачки по трубопроводам газа, принадлежащего иным компаниям, не входящим в консорциум по строительству и управлению трубопроводом.

Такие юридические требования при попытке их применения к «Северному потоку — 2» создают довольно сложную ситуацию. Прежде всего возникает вопрос, почему весь трубопровод должен жить по правилам ЕС, ведь на территории ЕС расположены только последние 12 км трубы (территориальные воды Германии)? Для «Газпрома», разумеется, абсолютно неприемлемо, если «Северный поток — 2», проходящий по международным водам, будет вынужден функционировать по внутреннему законодательству ЕС. Это создаст целый ряд проблем с окупаемостью проекта и наполнением трубы газом. Европейская Комиссия требует, чтобы половина мощности трубопровода оставалась незаполненной в ожидании газа других поставщиков (тот самый «доступ третьих лиц к сетям»). Но это нонсенс, ведь на дне Балтийского моря никто к газопроводу подключиться не может.

Схожая ситуация уже много лет существует с германским газопроводом OPAL, связывающим «Северный поток — 1» с австрийской границей. По требованию Еврокомиссии трубопровод уже много лет не может использоваться на полную мощность, что наносит ущерб не только «Газпрому», но и европейским потребителям. Понятно, что Европейская Комиссия стремится заставить Россию таким образом отказаться от принципа единого экспортного канала, т. е. монополии «Газпрома» на экспорт газа. Однако подобное давление Брюсселя с целью вынудить Москву изменить внутреннее законодательство контрпродуктивно.

В определенных кругах как в Вашингтоне, так и в ЕС есть политическое желание заставить Россию сохранить транзит через Украину, чтобы у Киева по-прежнему был инструмент влияния на Москву.

Следует отметить, что стремление Еврокомиссии в данном вопросе выступать от лица всего Европейского союза не вполне обосновано. Первичное право ЕС, а конкретно ст. 196 Договора о функционировании Европейского союза, устанавливает, что определение источников поставок и импорта энергоресурсов входит в национальную компетенцию, а не в компетенцию институтов ЕС. В Еврокомиссии прекрасно понимают уязвимость своей позиции, однако надеются, что, спекулируя на негативном политическим имидже России, смогут убедить страны ЕС поручить ей вести диалог с Москвой. Однако по этому вопросу интересы стран ЕС очень различаются. В ЕС есть целый ряд стран, заинтересованных в реализации проекта, прежде всего — Германия, Австрия, Нидерланды. Вероятность того, что государства-члены дадут Европейской комиссии мандат на ведение переговоров по этому вопросу с Россией, невелика.

Мотивы санкционной политики США

Вашингтон в русле политики санкций всячески пытается осложнить развитие топливно-энергетического комплекса России и реализацию отдельных энергетических проектов. Очевидно, что принятые недавно санкции направлены на осложнение финансирования проекта «Северный поток — 2». В этом решении Вашингтона сочетаются как политические, так и экономические мотивы. Однако на первый план выходит желание наказать Россию за «неправильную» политику.

Поставки газа из США в Европу начались и будут продолжаться, но в небольших количествах. С учетом затрат на транспортировку, сжижение и разжижение поставки будут довольно дорогими; российский газ на рынке ЕС будет более конкурентоспособен. Безусловно, бизнес-группы в Вашингтоне лоббировали введение именно таких санкций против России, однако считать, что все решения принимались ради экономических целей, будет неверно. Для США в отношениях с Россией более значимы вопросы большой политики.

Германии и Австрии видят в действиях США прежде всего продолжение американской политики экстерриториального применения своего законодательства.

Что касается перспектив реализации проекта «Северный поток — 2», то нужно четко понимать — имеется целый ряд газопроводов, соединяющих Россию и Европу. Мощность этих газопроводов весьма велика. Более того, уже сейчас имеющиеся газопроводы используются не в полную силу, поскольку объем спроса на российский газ в Европе меньше, чем имеющиеся трубопроводные мощности. В перспективе спрос на газ в ЕС будет расти, однако, скорее всего, довольно умеренным темпами. Новые трубопроводы между Россией и Европой могут быть полностью востребованы лишь в случае кардинального уменьшения транзита через Украину или полного его прекращения. Это вопрос очень сложный как с политической, так и экономической точки зрения. В определенных кругах как в Вашингтоне, так и в ЕС есть политическое желание заставить Россию сохранить транзит через Украину, чтобы у Киева по-прежнему был инструмент влияния на Москву. Этот мотив в санкционной политике Вашингтона гораздо важнее экономического.

Позиция Германии

Германия заинтересована в проекте «Северный поток — 2», однако по ряду причин руководство страны пытается политически дистанцироваться от его реализации. Берлин делает вид, что проект реализуется исключительно силами коммерческих компаний. Мотивы германского правительства понятны — оно не хочет давать сторонникам жесткой антироссийской линии повод для критики. Даже такая умеренная поддержка Германией проекта «Северный поток — 2» вызывает целый ряд негативных комментариев со стороны других стран ЕС. Немцы вынуждены это учитывать.

Решение Вашингтона о принятии санкций, которые могут затронуть финансирование проекта «Северный поток — 2», вызвало резкую реакцию в Германии и Австрии. Они видят в действиях США прежде всего продолжение американской политики экстерриториального применения своего законодательства. Под санкции могут попасть германские компании, так или иначе вовлеченные в этот проект. Такая политика США, будь то санкции в отношении Кубы или Ирана, которые американцы пытаются распространять не только на свои компании, но и на европейские, традиционно являлась поводом для раздражения со стороны европейских стран. Однако в этом вопросе позиция европейцев слабо влияет на действия США.


Оценить статью
(Голосов: 47, Рейтинг: 2.13)
 (47 голосов)
Поделиться статьей
array(2) {
  ["Энергетика"]=>
  string(20) "Энергетика"
  ["Россия"]=>
  string(12) "Россия"
}

Текущий опрос

У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся