Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 5)
 (4 голоса)
Поделиться статьей
Иван Тимофеев

К.полит.н., программный директор РСМД, член РСМД

Прохождение новых законопроектов, таких как DASKA, открывает американским регуляторам новые просторы для санкционного творчества. Впрочем, пока все эти меры носят ограниченный характер. По-настоящему чувствительным ударом будет, например, перевод ряда российских компаний из секторальных списков (SSI) в SDN-лист. Однако здесь возникают риски как для самих американцев, так и для их партнёров.

Президент США Дональд Трамп продлил действие указа 13660 от 6 марта 2014 г. «О блокировании собственности отдельных лиц, причастных к ситуации на Украине». Документ был подписан ещё Бараком Обамой и с тех пор продлевался ежегодно. Это был первый указ, фиксировавший санкции против России в связи с событиями на Украине. В марте 2014 г. было выпущено ещё два указа — 13661 и 13662, которые расширяли номенклатуру российских физических и юридических лиц, подпадающих под санкции, а также вводившие секторальные ограничительные меры. Все три указа фактически заложили основу современной политики санкций против России.

Последующие указы формировались на их основе. Они также были в том или ином виде инкорпорированы в хорошо известный у нас закон PL 115-44 (CAATSA). Подавляющее большинство россиян, включённых в SDN и прочие списки, были помещены туда именно в соответствии с мартовскими указами и последующими директивами Министерства финансов США. Их логика во многом задаёт смысловое ядро санкций в отношении России вплоть до настоящего времени. Почти со стопроцентной вероятностью они будут продлеваться независимо от того, кто будет занимать президентское кресло. Единственный вариант в текущих условиях — их замена или дополнение более жёсткими нормами.

Указ 13660 был принят на пике смены власти на Украине и начала крымских событий. Согласно указу, президент США делегировал министерству финансов во взаимодействии с государственным департаментом формирование списка лиц, чья собственность на территории США должна была подлежать блокировке. На них налагались визовые ограничения. Гражданам США запрещалось вступать с ними в коммерческие отношения предоставлять их какие-либо товары, услуги или средства. В принципе речь шла о стандартном наборе ограничений, которые часто используются в американской практике санкций. Интересно, что в документе Россия не упоминалась. Критерии попадания в SDN были довольно размыты и охватывали как крымские события, так и вообще предшествовавшие революционные процессы на Украине. Под санкции должны были попасть физические и юридические лица, подрывающие, по мнению американцев, демократические процессы и институты Украины, угрожающие её стабильности и целостности, незаконно присваивающие её активы, а также содействующие этим процессам. На основании Указа минфин включил в SDN-лист 138 россиян и украинцев, а также несколько организаций. Сколько-нибудь заметных российских политических фигур или компаний в нём не было, зато туда попали представители сверженной украинской власти, включая Виктора Януковича.

Стремительное развитие ситуации в Крыму породило следующий указ — 13661 от 15 марта 2014 г. В нём Россия уже прямо определялась в качестве причины происходящих событий. Соответственно для минфина и госдепа расширялись критерии внесения граждан, компаний и организаций в чёрный список. Теперь для попадания в SDN достаточно было быть частью правительственных структур России (включая парламент) и работать в отечественном оборонном секторе. Основанием для санкций могли быть прямые или косвенные действия от лица российского государства и материальная поддержка действий российских чиновников. Сам указ налагал санкции на семерых российских чиновников и депутатов. На сегодняшний день по указу 13661 в нём числится 147 физических и юридических лиц — значительное число государственных чиновников, руководителей крупных компаний, министерств и ведомств. Интересно, что в конце прошлого года минфин завершил административное дело против первой американской компании, попавшей под вторичные санкции за нарушение Указа 13661. Это была компания «Кобхэм», которая в 2014 г. поставила продукцию попавшей под санкции «Алмаз-Антей». Впрочем, «Кобхем» отделалась небольшим штрафом в 87,5 тыс. долларов, а её нарушения были признаны незначительными.

Спустя несколько дней, 20 марта 2014 г., Барак Обама подписал следующий указ — 13662. Он давал возможность минфину вводить секторальные санкции против отраслей российской экономики. Впоследствии ведомство выпустило четыре директивы, вводившие секторальные ограничения против финансового, оборонного и энергетического секторов. Под секторальные санкции попало 304 физических и юридических лица. Большинство из них (288) не вошли в SDN-лист, то есть санкции против них пока остаются более мягкими, не затрагивая их имущество.

Позже «украинский пакет» был дополнен указом 13865 (от 19 декабря 2014 г.), который блокировал торговлю и инвестиции американских граждан и компаний в Крым. Европейский союз со своей стороны ввёл фактически идентичные меры: санкции против отдельных лиц и компаний, секторальные меры и ограничения против Крыма.

Закон PL 115-44 (CAATSA) расширял и дополнял «украинские» санкции. В него также были включены сюжеты по кибербезопасности, Ближнему Востоку, правам человека, предполагаемому вмешательству и тому подобное. Однако пока большинство внесённых в чёрные списки россиян числятся там именно по указам 13660, 13661 и 13662, тогда как по CAATSA в них внесено 35 человек и организаций. Это число в перспективе может вырасти, а прохождение новых законопроектов, таких как DASKA, открывает американским регуляторам новые просторы для санкционного творчества.

Впрочем, пока все эти меры носят ограниченный характер. По-настоящему чувствительным ударом будет, например, перевод ряда российских компаний из секторальных списков (SSI) в SDN-лист. Однако здесь возникают риски как для самих американцев, так и для их партнёров. В случае сохранения отношений России и Запада на текущих уровнях подобный шаг вряд ли будет востребован.

Автор: Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба, программный директор РСМД.

Впервые опубликовано на сайте Международного дискуссионного клуба «Валдай».


Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 5)
 (4 голоса)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся