Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 12, Рейтинг: 3.58)
 (12 голосов)
Поделиться статьей
Владислав Белов

К.э.н., заместитель директора Института Европы РАН, заведующий Отделом страновых исследований, руководитель Центра германских исследований, эксперт РСМД

Посещение России стало первым среди зарубежных визитов Ф.-В. Штайнмайера после выборов в Бундестаг. Визит должен был заполнить образовавшийся вакуум в двусторонних отношениях на уровне исполнительной власти.

Федеральный президент выполнил поставленные им задачи. Он послал российской стороне сигнал о готовности к постепенному восстановлению взаимного доверия на фоне сохранения жёсткого подхода Германии к украинскому фактору, который будет определять содержание политического и экономического сотрудничества на высшем уровне в последующие годы.

В среднесрочной перспективе не следует ожидать каких-либо принципиальных изменений в политике ФРГ по отношению к России — она по-прежнему будет определяться ходом выполнения Минских соглашений. Не идёт речи и о росте какой-либо внешнеполитической самостоятельности ФРГ или её отдалении от евроатлантического вектора. Очевидно, не скоро мы увидим и концептуальные контуры новой восточной политики. Любой состав будущего коалиционного правительства Германии будет содействовать, а не препятствовать российско-германскому сотрудничеству. Поэтому важно ориентированное на будущее высказывание Ф.-В. Штайнмайера о том, что такие встречи надо продолжать, особенно между высокопоставленными представителями государств.


Посещение России стало первым среди зарубежных визитов Ф.-В. Штайнмайера после выборов в Бундестаг.

25 октября 2017 г. состоялся рабочий визит федерального президента Ф.-В. Штайнмайера в Россию. Информация о нём появилась буквально накануне и стала своеобразной сенсацией для экспертного сообщества. Очевидно, что это была инициатива российской стороны. Формальным поводом стала передача Кафедрального собора Святых Петра и Павла лютеранской общине в Москве в год 500-летия Реформации, которая должна была произойти за неделю до официальных торжеств в Германии, намеченных на 31 октября.

Известно, что предыдущий глава германского государства Йоахим Гаук считал В. Путина «нерукопожатным». Во время своего президентства он, несмотря на критику немецкой общественности, отказался от посещения России, в том числе для участия в торжественных мероприятиях по случаю открытия Года Германии в России (должно было произойти в июне 2012 г. в Москве на Красной площади) и в церемонии открытия Сочинской Олимпиады в феврале 2014 г. Последним федеральным президентом, посетившим Россию с официальным визитом, был Кристиан Вульф — это произошло в октябре 2010 г. Посещение прошло под девизом «Партнёрство с Россией во имя модернизации», который почти дословно воспроизводил название инициативы действующего тогда министра иностранных дел Ф.-В. Штайнмайера. Напомню, что в январе 2005 г. Россию посетил предшественник К. Вульфа — Хорст Кёллер. До этих визитов долгое время многие россияне считали главой государства федерального канцлера, а не федерального президента. Подробное освещение встреч К. Вульфа и Х. Кёллера в российских СМИ помогло разъяснить существующую в Германии иерархию государственных должностей и преимущественно представительскую роль президента в общественно-политической жизни страны. Хотя недопонимание роли федерального президента нередко встречается и в настоящее время.

С точки зрения политического опыта и потенциала Ф.-В. Штайнмайер существенно превосходит предыдущих трёх президентов.

Посещение России стало первым среди зарубежных визитов Ф.-В. Штайнмайера после состоявшихся 24 сентября 2017 г. выборов в Бундестаг. С марта по начало октября 2017 г. новый президент Германии (был избран абсолютным большинством Федеральным собранием 12 февраля 2017 г., вступил в должность 22 марта) мало присутствовал в активном немецком общественно-политическом дискурсе, в том числе по вопросам российско-германских отношений. По всей видимости, это было связано с нежеланием влиять на предвыборную кампанию. Исключением можно считать его интервью газете Frankfurter Allgemeine Zeitung в середине июня 2017 г., в котором он предостерегал Кремль от возможного вмешательства в немецкие выборы.

С точки зрения политического опыта и потенциала Ф.-В. Штайнмайер существенно превосходит предыдущих трёх президентов. Напомню, что Х. Кёллер и К. Вульф досрочно ушли в отставку, а Й. Гаук ничем особенным себя не проявил. Дипломатический талант и достижения нынешнего главы Германии бесспорны. Можно предположить, что в будущем он станет в один ряд с такими яркими политиками, как Р. фон Вайцзеккер и Й. Рау.

Рабочий визит в Россию объективно должен был заполнить образовавшийся вакуум в двусторонних отношениях на уровне исполнительной власти.

В. Путин и Ф.-В. Штайнмайер хорошо знакомы друг с другом, неоднократно встречались и обсуждали всю палитру современных международных отношений. И российский, и немецкий президенты были хорошо подготовлены к предстоящей встрече и переговорам в Москве. Перед визитом в Москву Ф.-В. Штайнмайер в Берлине дал развёрнутое интервью корреспонденту газеты «КоммерсантЪ» Г. Дудиной. В нём он изложил свою принципиальную позицию в отношении всех сфер сотрудничества с Россией, в том числе в контексте Крыма и Юго-Востока Украины. Примечательна ремарка в конце опубликованного текста: «некоторые ответы были существенно изменены при авторизации интервью». Осмелюсь предположить, что принципиальные для немецкой стороны формулировки в итоге были ужесточены.

Свой визит в Москву Ф.-В. Штайнмайер, по всей видимости, обсуждал с А. Меркель — внешнюю политику Германии традиционно формирует и определяет Ведомство федерального канцлера (Bundeskanzleramt) вместе с Внешнеполитическим ведомством (Aussenamt — аналог министерства иностранных дел). Принципиальных разногласий между ними в отношении России нет — они едины в необходимости сохранения жёсткой позиции по Крыму и Минским соглашениям. Важно, что основные положения современной внешней политики Германии были сформулированы в бытность нынешнего президента главой Ауссенамта (вспомним, например, «формулу Штайнмайера» в отношении Донбасса, предложенную в январе 2016 г.). 24 октября 2017 г. после начала работы нового Бундестага президент в соответствии с Основным законом ФРГ отправил в отставку прежнее правительство большой коалиции. Блоку ХДС/ХСС предстоят длительные и сложные переговоры с зелёными и свободными демократами — неизвестно, как долго они продолжатся и чем закончатся. Рабочий визит в Россию объективно должен был заполнить образовавшийся вакуум в двусторонних отношениях на уровне исполнительной власти.

Свои актуальные внешнеполитические тезисы глава российского государства озвучил на заседании Валдайского клуба в Сочи 19 октября 2017 г.; до этого (12 октября 2017 г.) там же в Сочи он встретился с представителями крупного немецкого бизнеса.

Протокольно важным для Германии был рабочий, а не официальный характер визита.

Изначально было ясно, что никаких новых инициатив глава Германии не привезёт и озвучивать не будет. Его задача — представлять за пределами государства существующую внешнеполитическую стратегию (он один из её соавторов), а также говорить об основных европейских ценностях — демократии, правах человека и пр. Ценностный подход традиционно является приоритетом при зарубежных визитах федерального президента. Поэтому немецкая сторона настояла на формировании своей повестки встреч Ф.-В. Штайнмайера: сначала диалог с представителями гражданского общества, участие в церемонии передачи Собора и лишь затем встреча с В. Путиным. Протокольно важным для Германии был рабочий, а не официальный характер визита. Российская сторона учла эти пожелания.

Представляется, что федеральный президент выполнил поставленные им задачи. Он традиционно отметил необходимость дальнейшего развития гражданского общества, в очередной раз высказал критику, в том числе «иностранных агентов», подчеркнул важность решения российского государства о передаче Собора для развития двусторонних отношений. Одновременно он послал российской стороне сигнал о готовности к постепенному восстановлению взаимного доверия на фоне сохранения жёсткого подхода Германии к украинскому фактору, который будет определять содержание политического и экономического сотрудничества на высшем уровне в последующие годы. Примечательно следующее высказывание президента ФРГ: «Для меня очень важно противостоять отчуждению прошедших лет и постоянно говорить о том, что мы вместе живём в Европе. Наш долг перед нашими народами при наличии всех разногласий, конфликтов всегда продолжать искать связующее нас». Контекстно данное послание также предназначено немецкому и европейскому политическому истеблишменту. Надеюсь, оно будет услышано и воспринято в конструктивном ключе, что, конечно, выгодно российскому государству.

Встреча президентов, которая продолжалась около трёх часов, стала логическим продолжением встречи федерального канцлера А. Меркель и главы российского государства 2 мая 2017 г. в Сочи. В. Путин, как и во время майских переговоров, сделал акцент на позитивных моментах в двусторонних отношениях. На передний план он выдвинул успехи в хозяйственной кооперации (отмечу существенные расхождения в российской и немецкой статистике по прямым инвестициям за 2016 г. — немцы приводят на порядок более высокие показатели), научной и гуманитарной сферах. Президент не стал упоминать «санкционный режим». Вместо этого он подчеркнул, что «в условиях различного рода политических ограничений <…> Германия остаётся одним из ведущих внешнеэкономических партнёров и ключевых инвесторов в российскую экономику». Среди прочего, это означает, что западные санкции не достигли своих целей — отечественный и немецкий бизнес постепенно приспособился к ним (но не снимает своих требований об их смягчении / их снятии).

Ориентированными на будущее стали упоминания российским лидером о стартовавшем перекрёстном Годе муниципальных партнёрств, предстоящих в ноябре 2017 г. форуме «Петербургский диалог» и Втором молодёжном форуме «Потсдамские встречи». Важным стало указание на единство мнений в отношении необходимости ликвидации террористов в Сирии и необходимости наращивания усилий по содействию политическому урегулированию. В контексте украинской тематики В. Путин выразил надежду на реализацию развязок, предложенных в своё время Ф.-В. Штайнмайером в рамках минских договорённостей, — в первую очередь это ответственность немецкой стороны. Позитивным моментом следует считать поддержку главой Германии инициативы российского президента о военной миссии ООН на Украине.

В среднесрочной перспективе не следует ожидать каких-либо принципиальных изменений в политике ФРГ по отношению к России — она по-прежнему будет определяться ходом выполнения Минских соглашений. Не идёт речи и о росте какой-либо внешнеполитической самостоятельности ФРГ или её отдалении от евроатлантического вектора. Очевидно, не скоро мы увидим и концептуальные контуры новой восточной политики. В этом отношении посещение немецким президентом Москвы, состоявшиеся встречи и переговоры ничего качественно нового не привнесли. Но стоит согласиться с мнением В. Путина, озвученным на совместной пресс-конференции: «Уверен, что визит пойдёт на пользу развитию двусторонних связей между Федеративной Республикой и Российской Федерацией». Любой состав будущего коалиционного правительства Германии будет содействовать, а не препятствовать российско-германскому сотрудничеству. Поэтому важно ориентированное на будущее высказывание Ф.-В. Штайнмайера о том, что такие встречи надо продолжать, особенно между высокопоставленными представителями государств.


(Голосов: 12, Рейтинг: 3.58)
 (12 голосов)

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся