Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 5)
 (5 голосов)
Поделиться статьей
Николай Калашников

К.э.н., советник директора ИЛА РАН, эксперт РСМД

В апреле 2018 г. на Кубе произошло историческое событие, о котором было объявлено заранее — представитель поколения революционеров Рауль Кастро передал управление страной представителю новой генерации руководителей, родившихся после революции.

Председателем Госсовета и правительства стал Мигель Диас-Канель Бермудес. А вместе с ним к власти приходят и люди, не заставшие СССР. Таким образом постепенно будет происходить омоложение всех ветвей власти. При этом Диас-Канель должен продолжить начатые Кастро реформы и укрепить социальный строй. Существующий сегодня на Кубе ряд экономических проблем провоцирует и социальные сложности, с которыми также придется справляться новому правительству.

Что касается внешней политики, никаких серьезных изменений в этой сфере после смены власти не ожидается. Кубинское правительство будет продолжать стремиться к отмене санкций, в данном случае вопрос состоит в том, как будут себя вести США. При этом власти Кубы положительно оценивают отношения с Россией, но признают, что дружественный характер этих отношений не дотягивает до стратегического партнерства, существовавшего между двумя странами во времена СССР.

В апреле 2018 г. на Кубе произошло историческое событие, о котором было объявлено заранее — представитель поколения революционеров Рауль Кастро передал управление страной представителю новой генерации руководителей, родившихся после революции. В том, что Национальная ассамблея народной власти выберет председателем Госсовета и одновременно правительства Мигеля Диас-Канеля Бермудеса, не было сюрприза. Его выдвижение на должность первого заместителя Р. Кастро, стоявшего во главе государства и правительства, в 2013 г., ясно указывало, кого Рауль готовит себе на смену.

Произошедшее событие является знаковым не только потому, что во главе страны после более полувека уже не будет стоять человек по фамилии Кастро. Важно, что передача власти впервые произошла в связи с введенным ограничением на занятие высших государственных постов — не более чем два срока по пять лет. Сменяемость власти является несомненным шагом в сторону демократизации системы управления страной. При этом, оставаясь во главе Компартии Кубы до 2021 г., Р. Кастро будет осуществлять политический контроль и помощь молодому руководителю в приобретении необходимого авторитета. Он считает, что М. Диас-Канель в 2021 г. должен занять пост первого секретаря ЦК партии. Это свидетельствует о намерении сохранить существующую модель концентрации всей власти в одних руках.

newcuba1.jpg
REUTERS

Внутренние проблемы и вызовы

В известной степени период руководства М. Диас-Канеля можно рассматривать как переходный в начатом Р. Кастро процессе омолаживания всех ветвей власти. Об этом свидетельствует возраст выбранного первым заместителем председателя Госсовета и премьер-министра Вальдеса Мессы, которому идет 73-й год. В соответствии с введенными возрастными ограничениями, он не сможет через пять и даже десять лет стать во главе государства. Таким образом, к концу 2020-х гг. произойдет не только полная замена революционного поколения — к руководству страной могут прийти люди, формирование личности которых происходило после распада СССР и исчезновения социалистического лагеря, в условиях реформирования существующей в стране модели социализма и большей открытости внешнему миру.

В данном случае М. Диас-Канелю отводится очень важная роль продолжить начатые Раулем Кастро перемены и укрепить социалистический строй. Эти задачи получили свое идейное оформление в принятой в 2011 г. VI съездом КПК и обновленной на VII съезде в 2016 г. программе «Направления экономической и социальной политики партии и революции». В дополнение к ней Национальная ассамблея утвердила в июне 2017 г. документы «Концептуализация социально-экономической модели» и проект «Плана социально-экономического развития до 2030 года». По сути, они являются дорожной картой, которой новый президент должен руководствоваться в период своей легислатуры.

Значит ли это, что М. Диас-Канелю отводится роль простого исполнителя, за плечами которого будет стоять революционная гвардия? Несомненно, своей деятельностью в кубинском комсомоле, во главе провинциальных партийных организаций и министерства высшего образования и особенно в качестве первого заместителя Рауля, он доказал, что ему можно доверить продолжение начатой «актуализации» кубинской модели социализма. Время покажет, что молодой руководитель привнесет в этот процесс. Свидетельством стремления к известной самостоятельности можно рассматривать его решение отсрочить до июля утверждение новых министров, чтобы лучше познакомиться с кандидатами в будущий состав кабинета.

Если заданные ориентиры развития достаточно четко определены, то пути их достижения во многом будут зависеть от способности М. Диас-Канеля придать ускорение процессу перемен. Он возглавил страну в условиях экономического спада, накопившейся усталости общества от сохраняющейся бедности и многих нерешенных проблем в социальной сфере. Прошедшие после VI съезда годы показали, что обозначенный Р. Кастро принцип «без спешки, но и без остановок» не обеспечивает необходимой динамики экономического развития и решения социальных проблем. Пришло время отказаться от тактики медленного продвижения вперед (скрывающейся за словами «адаптация» и «актуализация») вместо радикальных реформ в экономике.

Пока можно только гадать, сможет ли новый руководитель достичь успеха в борьбе с проявлениями устаревшего менталитета, инертностью поведения бюрократии и неверием в будущее, которые Р. Кастро определял как главное препятствие на пути продвижения вперед. Необходимо преодолеть топтание на месте в деле развития многоукладной экономики. Боязнь реставрации капитализма и чрезмерного обогащения отдельных категорий граждан фактически приостановила процесс развития частного предпринимательства в сфере услуг и сельского хозяйства. Это противоречит взятому курсу на возможное установление рыночных отношений и создание смешанной экономики, в которой самозанятые, мелкие и средние частные предприятия должны быть важным дополнением государственного сектора и иностранных компаний.

Рауль Кастро передал Мигелю Диас-Канелю эстафету задач, которые сам не смог решить за время своего правления.

Еще одним фактором медленного роста является невысокий уровень иностранных инвестиций. Руководство Кубы понимает, что без них страна не сможет преодолеть экономическое отставание и обеспечить в 2018–2030 гг. необходимый для развития ежегодный прирост ВВП свыше 2,3% (средний показатель в 2008–2015 гг.). После принятия в 2014 г. закона об иностранных инвестициях и открытия Особой зоны развития Мариэль казалось, что все препятствия для притока иностранного капитала сняты. Тем не менее оцениваемая потребность в ежегодных иностранных инвестициях в 2–2,5 млрд долл. обеспечивается лишь на 20–25%. Даже в Особой зоне Мариэль, которая должна стать крупным транспортно-логистическим и промышленным центром международного уровня, за четыре года зарегистрированы лишь 33 проекта с общим объемом инвестиций в 1,1 млрд долл.

Проблема не только в том, что после прихода к власти Д. Трампа возникла обоснованная угроза восстановления в полном объеме санкций против сотрудничающих с Кубой компаний. Проявленный после 2014 г. интерес многих инвесторов из стран Европы и Азии все еще сдерживают опасения, что Куба не сможет в полной мере выполнять финансовые обязательства и гарантировать защиту иностранной собственности от национализации. Поэтому задачей правительства М. Диас-Канеля является укрепление атмосферы доверия среди иностранных партнеров и создание у них уверенности в том, что Куба готова обслуживать кредиты и займы. Это крайне важно для кубинской экономики, т.к. именно при участии иностранного капитала происходит превращение туристической отрасли в краеугольный камень хозяйственного развития острова (в 2018 г. ожидается приезд 5 млн туристов).

Рауль Кастро передал Мигелю Диас-Канелю эстафету задач, которые сам не смог решить за время своего правления. Помимо указанных проблем с развитием частного предпринимательства и привлечением иностранного капитала, остро стоит необходимость повышения эффективности в деятельности государственных компаний, совершенствования налоговой системы и системы кредитования, отказа от использования двух параллельных денежных единиц (кубинского песо и конвертируемого песо) и т.д. Особое значение придается также осуществлению политики импортозамещения, прежде всего в производстве продовольственных товаров (на их закупку тратится около 2 млрд долл. в год) и энергетике (собственная добыча нефти обеспечивает лишь 40% потребности).[1]

От успеха в решении экономических задач зависит способность нового руководителя противостоять вызовам в социальной сфере. На фоне сохранения бедности населения, дефицита продовольствия и потребительских товаров, нерешенности жилищного вопроса появились новые проблемы. Старение населения при падении рождаемости создает угрозу дефицита рабочей силы, обостряет необходимость пенсионной реформы. Появление частного предпринимательства и масштабный приток валютных переводов из США (3,44 млрд долл. в 2016 г.) [2] ведут к имущественному расслоению населения. Происходит приобщение кубинцев к западным стандартам потребления в результате массового притока иностранных туристов и разрешения на поездки за границу. Все это создает почву для деидеологизации общества, признаком которой можно считать сокращение числа членов партии на 16% между двумя последними съездами. В этих условиях, по крайней мере в первое пятилетие своего руководства, М. Диас-Канель при отсутствии авторитета Р. Кастро должен будет проводить более жесткую политику в отношении оппозиционных организаций, внешним стимулом для которых стало восстановление дипломатических отношений с США. Изменение кубинской политики американской администрации в связи с избранием президентом Д. Трампа в известной степени облегчает борьбу руководства Кубы с инакомыслием, т.к. возвращает отношения между двумя странами во времена «осажденной крепости».

Международные отношения и фактор Трампа

Нет никаких оснований предполагать, что смена руководства на Кубе приведет к переменам в ее внешней политике. Будучи небольшим государством, она, тем не менее, играет заметную роль на мировой арене. Ее вклад в работу ООН отметил генеральный секретарь этой организации Антониу Гутерриш в ходе своего визита на остров 7–8 мая 2018 г. для участия в проведении здесь 37-й сессии Экономической комиссии для Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК). На этой сессии Кубе было передано временное председательство (на два года) в комиссии.

Латинская Америка является одним из основных направлений внешней политики Кубы. Выступая за сотрудничество со всеми странами региона, остров оказывал особую поддержку левоориентированным правительствам государств, входящих в Боливарианский альянс для народов нашей Америки (ALBA). Неслучайно первыми поздравить М. Диас-Канеля с избранием прибыли президенты Венесуэлы Н. Мадуро и Боливии Э. Моралес. Однако, говоря о Боливарианском альянсе, важно отметить, что кризисное положение в Венесуэле лишает ALBA той экономической основы, которую обеспечивала эта страна, и для сохранения организации от нового руководства Кубы потребуются дополнительные политические и экономические усилия.

Для Кубы главным условием нормализации является отмена торгово-экономических санкций, а политическое требование ликвидации базы Гуантанамо и возврата ее территории выглядит менее животрепещущим.

Произошедший в последние годы «правый дрейф» правительств латиноамериканских стран осложняет внешнеполитическую ситуацию для правительства М. Диас-Канеля. Так, например, призыв признать нелегитимными выборы нового главы государства нельзя охарактеризовать иначе как попытку подорвать переговорный потенциал и международный авторитет Кубы. Такой призыв прозвучал в ходе саммита ОАГ в апреле 2018 г. в Лиме. Большинство участников саммита не согласились с этим предложением, поддержанным вице-президентом США М. Пенсом, однако очевидна попытка северного соседа лишить остров поддержки стран региона.

Дипломатическая активность Кубы последних лет во многом имела экономическую подоплеку. Торговые отношения установлены с 170 государствами, однако решающую роль для экономики имеют связи с Венесуэлой, Китаем, Вьетнамом, странами ЕС, Бразилией, Мексикой, Аргентиной. Особую важность приобретает разностороннее сотрудничество с Евросоюзом, заявившим о готовности продолжать и углублять контакты с Кубой в связи с выборами в социалистической республике. Генеральный директор по международному сотрудничеству и развитию ЕС Стефано Мансервизи подчеркнул, что впервые двусторонние отношения опираются на «очень крепкую» институциональную основу.

Вместе с тем необходимо отметить значимость нормализации отношений с США для решения поставленных экономических задач. Для Кубы главным условием нормализации является отмена торгово-экономических санкций, а политическое требование ликвидации базы Гуантанамо и возврата ее территории выглядит менее животрепещущим. Соединенные Штаты, в соответствии с принятым в 1996 г. законом Хелмса-Бертона, готовы снять эмбарго только в случае выполнения их политического требования — демократизации общественно-политической жизни на острове. При этом шаги Б. Обамы по восстановлению отношений между двумя государствами были продиктованы возникшим в американских предпринимательских кругах и обществе запросом на экономическое сотрудничество с Кубой.

Приход к власти Д. Трампа заморозил прогресс в нормализации диалога между Гаваной и Вашингтоном, хотя продолжается совместная работа по 22 соглашениям, подписанным в последние два года президентства Б. Обамы. В кубинском вопросе Д. Трамп продемонстрировал изменчивость своих взглядов. В 2015 г. предприниматель Д. Трамп поддержал действия Б. Обамы, однако в ходе выборов и на посту президента оказался вынужден искать поддержку консервативных антикастровских кругов кубино-американцев, возглавляемых сенатором Марко Рубио. Риторика президента отражает их взгляды. При этом реальных действий, существенно затрагивающих достигнутые ранее договоренности, пока не наблюдается. Подписанный 16 июня 2017 г. меморандум о запрете на индивидуальные туристические поездки американцев на Кубу и на сотрудничество американских компаний с кубинскими партнерами, связанными с силовыми структурами, по сути, дублировал ограничения, существовавшие при Обаме. Более серьезные последствия имело решение администрации нынешнего президента сократить 29 сентября 2017 г. на две трети численность посольства республики в связи с «акустическими атаками» и выслать 17 кубинских дипломатов. Тем не менее проведенные американской стороной проверки не нашли доказательств причастности кубинского правительства к этим «атакам», и до конца 2018 г. можно ожидать возобновления нормальной работы обоих посольств.

Консервативные лидеры кубинской диаспоры считают, что санкции против Кубы должны быть усилены. Так, М. Рубио заявил: «Надеюсь, что президент уточнит список, чтобы он действительно включал все соответствующие организации, которые должны в нем находиться, как организации, контролируемые кубинскими военными». Чтобы дезавуировать уход с государственных постов Р. Кастро, как одно из условий отмены санкций в законе Хелмса-Бертона, выдвигается не только идея признать выборы М. Диас-Канеля нелегитимными. Обосновавшаяся в США международная «Комиссия за правосудие на Кубе» (Commission Justice Cuba) решила обратиться к Д. Трампу с предложением начать уголовное дело против Р. Кастро в связи с утратой им дипломатического иммунитета по обвинению в преступлениях против личности. Все это можно рассматривать как попытки противников нормализации отношений подтолкнуть Трампа к более жестким мерам. Подобных мер можно ожидать, если повысится угроза импичмента президента.

Благоприятный для России инвестиционный климат сохранится по крайней мере в ближайшие пять лет, пока в управлении страной будет сохраняться вектор, заданный Раулем Кастро.

Прогресс в отношениях двух стран зависит сегодня от американской стороны. Кубинское руководство, отстаивая свои главные требования — отмену санкций и возврат Гуантанамо — демонстрирует готовность развивать достигнутые договоренности. М. Диас-Канель намерен продолжать внешнеполитический курс Р. Кастро. На сессии Национальной ассамблеи 19 апреля 2018 г. он заявил: «Никто не сможет достичь цели ослабления Революции и покорения кубинского народа, потому что Куба не идет на уступки в вопросах о своем суверенитете и независимости, не торгует принципами и не приемлет условий. Мы никогда не уступим давлению и угрозам; решение о необходимых изменениях будет самостоятельно принимать кубинский народ».

Сотрудничество с Россией

Кубинское руководство положительно оценивает современное состояние отношений с Россией. Так, Р. Кастро заявил: «Двусторонние отношения с Российской Федерацией значительно расширились во всех сферах на взаимовыгодной основе. Мы никогда не будем неблагодарными и не забудем о помощи, оказанной народами, входившими в бывший Советский Союз, особенно русским народом, в самые тяжелые годы после триумфа нашего революционного процесса». На международной арене страны выступают союзниками, поддерживая друг друга. При этом дружественный характер отношений не дотягивает до уровня стратегического партнерства, существовавшего во времена СССР. Нельзя признать удовлетворительными масштабы внешней торговли, когда доля России в товарообороте острова составляет около 2%, а доля Кубы в российском товарообороте приближается к нулю. Невелик и объем инвестиций, оцениваемый всего в 100–400 млн долл. [3]

Возможен ли возврат к былому стратегическому партнерству? Думается, что ответ отрицательный, учитывая стремление Кубы максимально расширить географию своих экономических связей. По заявлению кубинских властей, они готовы укреплять торговые связи с традиционными партнерами, но давать преференции какой-либо одной стране не намерены. Вместе с тем складывается ситуация, когда Россия может рассматриваться как один из наиболее предпочтительных партнеров в преодолении имеющихся экономических проблем. Взаимной заинтересованности в расширении связей способствует ряд факторов. Во-первых, общая для России и Кубы неприемлемость действий США. Включение в американские санкционные списки компаний обеих стран создает предпосылки для развития сотрудничества между ними. Во-вторых, в отсутствие Венесуэлы среди поддерживающих Кубу государств нет таких, кроме России, которые способны и готовы оказать социалистической республике необходимую поддержку на льготных условиях. В-третьих, временное выпадение США из группы конкурентов за главенство на экономическом пространстве острова благоприятно скажется на активизации российских компаний. В конце концов, углублению отношений способствует и сохраняющаяся историческая память у Р. Кастро и его соратников о дружеских и во многом бескорыстных отношениях между двумя народами.

И Москва, и Гавана заинтересованы в увеличении номенклатуры и товарооборота, которые сегодня ограничены производственными и экспортными возможностями сторон. О готовности России прийти на помощь Кубе свидетельствуют возобновившиеся в 2017 г. поставки нефти и нефтепродуктов в республику. Кроме того, Россия может предложить рассмотреть вопрос о присоединении Кубы к зоне свободной торговли Евразийского экономического союза (по аналогии с соглашением, заключенным в октябре 2016 г. с Вьетнамом). Это может способствовать наращиванию взаимной торговли на льготных условиях.

Инвестиционное сотрудничество представляется особенно перспективным с точки зрения обеспечения долгосрочных взаимных интересов. Этой задаче в полной мере соответствуют осуществляемые совместные проекты в энергетике и транспортной инфраструктуре. Можно ожидать, что благоприятный для России инвестиционный климат сохранится по крайней мере в ближайшие пять лет, пока в управлении страной будет сохраняться вектор, заданный Раулем Кастро. Курс на стратегическое партнерство с Гаваной – прежде всего политическое решение, требующее обеспечения государственной поддержки планов всестороннего сотрудничества. Однако развивать современные экономические отношения с островом можно только на взаимовыгодной основе, не превращаясь, исходя из политической целесообразности, в страну-донора. В состоявшемся 20 апреля 2018 г. телефонном разговоре, В. Путин, поздравляя М. Диас-Канеля с избранием, подтвердил готовность сотрудничать с кубинским руководством в реализации направлений социально-экономической модернизации страны. В свою очередь, кубинский руководитель подтвердил намерение продолжать курс на углубление многостороннего сотрудничества с Россией.

Нет сомнений, что при новом руководителе строительство социализма на Кубе продолжится. Об этом свидетельствуют и первые политические заявления М. Диас-Канеля, и активизация политических выступлений противников кубинской власти за границей, прежде всего в США. Очевидно, что переходный период будет связан с социально-экономическими трудностями для общества, особенно в 2018 г. Новому правительству необходимо доверие населения. В ближайшие 2–        3 года перед главой государства будет стоять нелегкая задача ускорить решение существующих проблем. Только это позволит Мигелю Диас-Канелю завоевать должный авторитет своего народа. В условиях сохраняющегося противостояния с США для руководства Кубы не менее важно обеспечить поддержку мирового сообщества. Поэтому можно ожидать активного участия нового кубинского президента в международной деятельности. При отсутствии форс-мажорных обстоятельств в ближайшие пять лет преобразования на Кубе будут идти курсом, намеченным Раулем Кастро.

1. Куба накануне смены поколений. М., ИЛА РАН, 2017, с.30 и с.33

2. Там же. С. 71

3. Там же. С. 96

Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 5)
 (5 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся