Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Вита Спивак

Координатор программы «Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе» Московского Центра Карнеги, эксперт РСМД

Телефонный разговор президента США Дональда Трампа и председателя КНР Си Цзиньпина ждали долго и с напряжением по обе стороны Тихого океана. Американский лидер, еще недавно собиравшийся использовать статус Тайваня как инструмент давления на КНР, уважил просьбу Си и официально поддержал политику «одного Китая». Правда, осадок неопределенности в отношениях двух супердержав XXI века не исчез.

Телефонный разговор президента США Дональда Трампа и председателя КНР Си Цзиньпина ждали долго и с напряжением по обе стороны Тихого океана. Американский лидер, еще недавно собиравшийся использовать статус Тайваня как инструмент давления на КНР, уважил просьбу Си и официально поддержал политику «одного Китая». Правда, осадок неопределенности в отношениях двух супердержав XXI века не исчез.

Китайские предупреждения Дональда Трампа

Телефонный разговор президента Трампа и председателя Си привлек столько внимания из-за общей атмосферы напряженности вокруг будущего отношений США и КНР при новой администрации в Вашингтоне. Обстановка накалялась в последние месяцы во многом из-за агрессивной риторики Трампа в отношении Китая.

Как и многие кандидаты в президенты США, Д. Трамп во время своей избирательной кампании довольно жестко отзывался о Китае, обвиняя Пекин в нечестной торговле и агрессивном поведении в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях. Впрочем, выпады Трампа против Пекина, дополняемые намерениями выйти из договора о Транс-Тихоокеанском партнерстве и построить стену на границе с Мексикой, смотрелись скорее как еще один элемент бурной предвыборной риторики фриковатого кандидата.

REUTERS/Carlos Barria
Иван Курилла:
Дональд Трамп держит слово

Однако после избрания и инаугурации новый американский лидер оказался пугающе последовательным в воплощении предвыборных лозунгов. Одним из первых указов президента Д. Трампа стал выход США из договора о ТТП, заключение которого считалось одним из главных успехов администрации Барака Обамы в Азии. Далее, Вашингтон сделал первые шаги в процессе строительства стены на границе с Мексикой. В результате президент Мексики отменил запланированный на конец января визит в Вашингтон. Несмотря на это, Д, Трамп и по сей день настаивает на том, что Мехико должен заплатить за строительство стены на своей границе.

В таком контексте телефонный разговор избранного президента США и лидера Тайваня в начале декабря 2016 г. стал восприниматься уже не как «ошибка» неискушенного в международной дипломатии Трампа, а как реальная угроза для отношений двух крупнейших экономик мира. В Белом доме уже почти 40 лет не было официальных контактов с Тайбэем. Вдобавок через неделю после общения с Цай Инвэнь президент Д. Трамп заявил, что не понимает необходимости придерживаться политики «одного Китая».

Политика «одного Китая» и «принцип одного Китая» — две фундаментальные ступени развития взаимоотношений США и КНР в 70–90е гг. прошлого века. Оба этих дипломатических понятия в общем подразумевают, что для Вашингтона на международной арене официально существует один единственный Китай в лице КНР, в число провинций которого входит и Тайвань. Эта политика десятилетиями являлась непреложной основой для отношений США и Китая. Усомнившись в необходимости следовать этому курсу, новый президент США, судя по всему, попытался создать «рычаги давления» на Пекин по целому ряду вопросов, касающихся, например, торговой политики и безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Атмосфера враждебности Вашингтона по отношению к Пекину продолжила накаляться благодаря фигурам, жестко критикующих КНР, — Госсекретаря США Рекса Тиллерсона и руководителя Национального совета по торговле Питера Наварро. Глава Госдепа в ходе слушаний в Конгрессе предлагал запретить Китаю доступ к своим искусственным островам в Южно-Китайском море и сравнивал действия Пекина в акватории с «российской аннексией Крыма». Питер Наварро, имеющий докторскую степень по экономике в Гарварде, уже многие годы известен своей враждебностью в отношении Китая. Профессор Наварро написал несколько книг с жесткой критикой внешнеэкономической политики Пекина, которые согласуются с предвыборными высказываниями самого Д. Трампа по поводу возможной торговой войны с КНР.

В Пекине к этой серии дипломатических выпадов новой вашингтонской администрации отнеслись без лишних эмоций. Китайский МИД последовательно заявлял о непреложности политики «одного Китая» и невозмутимо демонстрировал отказ от любых попыток сделать это предметом для переговоров. В отношении же высказываний Рекса Тиллерсона по поводу Южно-Китайского моря министр иностранных дел КНР Ван И аккуратно рекомендовал американским коллегам освежить свои познания в истории Второй мировой войны.

Единственным интересным для СМИ выпадом Пекина за все то время, что Си Цзиньпин отказывался выходить на связь с Белым домом, ожидая официального признания политики «одного Китая», стала пропажа американского подводного беспилотника в водах Южно-Китайского моря в середине декабря. Оказалось, что дрон попал к китайским ВМС, которые расценивают воды Южно-Китайского моря как собственную акваторию вопреки международному праву и протестам ряда стран Юго-Восточной Азии, а также США. «Смелые» действия китайских военных повлекли ряд жестких высказываний и твитов американского президента. Беспилотник, впрочем, вернули Пентагону уже спустя 5 дней после инцидента.

Плоды телефонной дипломатии Белого Дома

Итогом почти трехмесячного перерыва в общении лидеров США и Китая и нарастающей напряженности в отношениях двух стран стал телефонный разговор Трампа и Си. Главным обнародованным результатом беседы стало согласие Д. Трампа придерживаться политики «одного Китая». В ведущих американских СМИ замелькали благосклонные комментарии, поддерживающие долгожданный «мудрый подход» Белого дома в отношении Пекина. С другой стороны, в некоторых газетах действия Трампа расценили как слабину и капитуляцию перед Китаем. При этом, комментируя свое решение поддержать политику «одного Китая», президент Трамп как бы оговорился, что сделал это «по просьбе» своего китайского визави.

Поддержка политики «одного Китая» — большой шаг вперед для неясно сформулированного курса американской администрации в отношении КНР и всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Тем не менее, новому американскому президенту потребовалось практически три месяца для того, чтобы осознать, что политика «одного Китая» — не предмет для торга с Пекином.

Сейчас точно неизвестно, что именно обсуждали Си Цзиньпин и Д. Трамп во время телефонной беседы. А тем для разговора у лидеров двух ведущих стран мира может быть много: проблемы северокорейской ядерной программы и механизмов разрешения морских территориальных споров в АТР, вопросы отношений Вашингтона с союзниками в Азии, работа над регулированием взаимной торговли и инвестиций. Эти проблемы ставят во главу угла, например, ведущие американские китаисты в опубликованном недавно докладе Asia Society с рекомендациями по азиатской повестке для новой администрации Белого Дома.

Оба лидера позитивно отзывались о результатах беседы и перспективах сотрудничества США и КНР, однако оценить реальные итоги их общения довольно трудно. Многое в отношениях двух крупнейших экономик мира сейчас зависит от того, будет ли Д. Трамп придерживаться агрессивных предвыборных заявлений относительно Китая или откажется от них в пользу собственного «разворота в Азию».

Если пытаться сравнивать и выявлять закономерности в курсе Вашингтона в Азии, то можно обратиться к только что завершившемуся саммиту президента США с премьер-министром Японии, главным союзником США в АТР. Во время предвыборной кампании Д. Трамп говорил о несправедливости военных обязательств Вашингтона по отношению к Токио. Однако уже во время встречи с Синдзо Абэ в Вашингтоне 45-й президент Соединенных Штатов решил не бросаться во все тяжкие и придерживаться традиционно взвешенного курса. По крайней мере, пока.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся